Цитаты из книг автора «Джон Грин»

Ты так стараешься быть собой, что даже не догадываешься, насколько ты уникальна

– Холодная, – сказал он, прижав палец к моему бледному запястью. – Это от недостаточной оксигенации, – решила сумничать я. – Обожаю, когда ты говоришь со мной на медицинском языке. – Огастус встал и потянул меня за собой, он не отпускал руку, пока мы не подошли к лестнице.

Руку я выдернула, но обернулась. – Они не убивают, если их не зажигать, – сказал Огастус, когда мать затормозила у обочины. – А я в жизни ни одной не зажигал. Это метафора, вот смотри: ты держишь в зубах смертельно опасную дрянь, но не даешь ей возможности выполнить свое смертоносное предназначение. – Метафора? – засомневалась я. Мать ждала, не выключая двигатель. – Метафора, – подтвердил Огастус. – Ты выбираешь линию поведения на основании метафорического резонанса? – предположила я. – О да, – улыбнулся он широко, искренне и настояще. – Я очень верю в метафоры, Хейзел Грейс.

Она сказала: «Теперь меня никто не назовет мамой!» Это задело меня за живое.

Не в звездах, нет, а в нас самих ищи / Причину, что ничтожны мы и слабы»[7]

Амстердам городом грехов, но на самом деле это город свободы. А в свободе большинство видит грех.

Нет, не труба, – заметила я. – Это изображение трубы. Понимаешь? Любые изображения вещей имманентно абстрактны. Это очень тонко.

Единственным выходом было пытаться развалить мир, сделать все черным, безмолвным и необитаемым, вернуться во времена до Большого Взрыва, в начало, когда было Слово, и жить в пустоте несозданного пространства наедине со Словом.

И в трубке стало тихо, хотя он и не нажал отбой. Мне даже показалось, что он здесь, в моей комнате. Даже еще лучше: будто я не в моей комнате, а он не в своей, и мы где-то в другом месте, призрачном и эфемерном, которое можно посетить только по телефону.

«Я позволил себе повалять дурака, Хейзел Грейс. Я все понимаю. (Однако мы оба знаем, что «ладно» очень игривое слово. «Ладно» пропитано чувственностью!)»