Цитаты из книг автора «Джон Грин»

Видишь, Айзек, если отобрать у них – впереди бордюр – ощущение собственной правоты, если повернуть ситуацию так, будто они сами нарушают закон, глядя – впереди ступеньки, – как их машину забрасывают яйцами, они теряются, пугаются и считают за благо вернуться к своей – ручка прямо перед тобой – тихой страшненькой жизни.

– Нет. Просто… – Он долго смотрел в потолок и наконец сказал: – Я люблю этот мир. Я люблю пить шампанское. Мне нравится не курить, нравится слушать, как голландцы говорят по-голландски, а теперь… Я так ни в чем и не поучаствовал. Ни в одном бою не был.

– Эй, – сказал Огастус, тронув меня за талию. – Эй, это все ничего! – Я кивнула и вытерла лицо тыльной стороной ладони. – Вот козел… – Я снова кивнула. – Напишу я тебе эпилог, – пообещал Гас. Я заплакала сильнее. – Обязательно напишу, – повторил он. – И получше любого дерьма, которое накропает эта пьянь. У него мозг уже как швейцарский сыр. Он даже не помнит, что когда-то написал книгу. Я могу написать в десять раз лучше. У меня в романе будет кровь, кишки и высокая жертвенность, смесь «Царского недуга» и «Цены рассвета». Тебе понравится.

– Уже? – улыбнулся Гас. Он открыл сайт распродаж под названием «Бесплатно или за грош», и мы начали составлять объявление. – Название? – спросил он. – Качели ищут дом, – предложила я. – Бесконечно одинокие качели ищут любящий дом, – уточнил он. – Одинокие качели с легкими педофилическими наклонностями ищут детские попки, – решила пошутить я.

ейзел Грейс. У тебя ручка и бумага под рукой? – Я сказала, что да. – Ладно, тогда нарисуй кружок. – Я нарисовала. – Теперь нарисуй маленький кружок внутри первого! – Я так и сделала. – Большой кружок – это девственники. Маленький – это семнадцатилетние девственники без одной ноги.

– Здорово, – согласилась я, хотя так не считала. Это фильм для мальчишек. Не понимаю, отчего мальчишки ожидают, что нам понравятся их фильмы. Мы же не ждем, что они проникнутся женским кино. – Мне домой пора. С утра лекция. Я сидела на диване, пока Огастус искал ключи. Его мать подсела ко мне и произнесла: – Мне оно тоже очень нравится.

Фаланксифора, например, не существует. Я его придумал – хочу, чтобы появилось такое лекарство

Мы поговорили о блестящем замечании Питера ван Хутена о том, что время – худшая из шлюх

– Нелепость какая, – сказала я.

меня не в обычае лишать себя простой радости говорить правду. Я влюблен в тебя, я знаю, что любовь – всего лишь крик в пустоту, забвение неизбежно, все мы обречены, и придет день, когда всё обратится в прах. Я знаю, что Солнце поглотит единственную Землю, какую мы знали, и я влюблен в тебя.