Чего он никак не ожидал, так это отчетливого ощущения ее женственности, ощущения чего-то нежного и в то же время устойчивого в изгибе удлиненного розового черепа, покрытого черными прилизанными прядями.
Гарри и Нельсон водворяются в квартиру и принимаются за хозяйство. У Кролика всегда были хозяйственные наклонности, ему нравится, как пылесос втягивает пыль, как она проходит по шлангу в бумажный мешок, а когда мешок наполняется плотным серым пухом, он откидывает крышку «Электролюкса»,
Ах, черт, – говорит он, и слезы, о существовании которых он не подозревал, обжигают ему переносицу. – Я сам не верю, что это был я. Не знаю, почему я ушел.
У-у, он целыми днями только и делал, что твердил: «Папа сегодня придет?» До того мне надоедал, что я готова была выпороть его ремнем, бедняжку. Не напоминай мне про это, это слишком тяжело.
Ничего ты не был. Мне сказали, что ты тут, и я все время думала, что это твой ребенок, и мне казалось, что я рожаю тебя. Я так наглоталась эфира, мне кажется, я куда-то лечу, а ног у меня нет. Мне все время хочется говорить. – Она кладет руки на живот, закрывает глаза и улыбается. – Я совсем пьяная. Смотри, какая я плоская.
Если вы, молодой человек, сидите тут как стервятник в надежде, что она умрет, можете с таким же успехом отправляться туда, откуда явились, потому что она прекрасно обходилась и дальше обойдется без вас.