Во сне я объедаюсь шоколадом, катаюсь в шоколаде, и он отнюдь не рассыпчат, но мягок, как плоть, словно тысячи подрагивающих губ ласкают, по чуть-чуть пожирают меня.
я и сама точно не знаю, от которого из увядшего венка любовников я зачала. Но это не имело значения. Можно было бы очистить яблоко в полночь и, бросив кожуру через плечо, выяснить инициалы отца моей дочери, но меня это никогда не интересовало