Мне пришлось его усыпить, – продолжал он. – Он уже не мог ходить и скулил, когда я его брал на руки. Всю ночь скулил не переставая. Я не оставлял его ни на минуту, но уже понимал, что это конец. – Вид у Гийома виноватый, будто он стыдится своего невыразимого горя. – Глупо, конечно. Как говорит кюре, это ведь просто собака. Глупо так убиваться из-за пса. – Вовсе нет, – встряла в разговор Арманда. – Друг есть друг. А Чарли был хорошим другом. И даже не слушайте Гейно, он ничего в этом не понимает. Гийом глянул на нее с благодарностью.