Цитаты из книг автора «Джоанн Харрис»

скоро находиться возле костра стало невыносимо – такой от него исходил жар; но я все продолжал кормить огонь, пока все это действительно не стало похоже на погребальный костер

Глаза – они как окна: иной раз заглянешь в такое «окно» и увидишь там то, что видеть

И все же не скажешь, что я неприступен. Любого из

Я не должен был винить тебя. Человек – даже священник – не может бесконечно сдерживать лавину. А я тогда, будучи совсем еще юнцом, не знал, каково это – быть один на один с искушением; не знал, каков кислый привкус зависти. Я был очень молод, père. Я преклонялся пред тобой. Меня покоробил не сам акт, возмутило не то, с кем ты его совершал, – я не мог смириться с тем простым фактом, что ты на грех. Даже ты, père. И, осознав это, я понял, сколь зыбко, сколь ненадежно все в этом мире. Никому нельзя доверять. Даже себе.

– И не смотри на меня так, девонька. – Арманда озорно подтолкнула меня локтем. – После шикарного обеда из пяти блюд тебе хочется кофе и ликера, правильно? Ты ведь не станешь есть на десерт кашу, верно? Просто ради того, чтобы напихать в себя побольше?

Физическое наслаждение – лазейка для дьявола, трещина, через которую он запус

С Жозефиной Мускат я тоже потерпел поражение. Она перестала посещать церковь, однако мне удалось несколько раз побеседовать с ней. Увы, тщетно. В ней теперь будто сидит металлический стержень. Она упряма и непреклонна, хотя разговаривает с неизменным почтением и голоса не повышает.

Каро повернулась к врачу – щуплый нервный человечек неуклюже топтался подле, сконфуженный и неуместный, точно скромник, случайно угодивший на оргию. – Симон, скажи ей!– Вообще-то я не уверен, что имею право… – Симон со мной согласен, – решительно перебила его Каро.

Но вы больны, – запротестовала я. – Могли умереть, если б Ру случайно не зашел. Арманда остановила на мне насмешливый взгляд. – Вианн, – терпеливо сказала она. – Смерть – удел стариков. Такова жизнь.

К финалу болезни, которую мама пыталась излечить множеством нетрадиционных методов – акупунктурой, гомеопатией, ясновидением, – мы все чаще стали прибегать к старому испытанному способу – морфию.