Цитаты из книг автора «Джером Джером»

Хорошо бы гончими его, ракалию, потравить

– Благословлю!.. Благословлю анафему!.. И он так кричал «благословлю», словно хотел оторвать голову:

Да, истинно могу сказать, этой удивительной ягоде я обязан тем, что ныне живу, а не нахожусь в мрачных обителях Тартара, как говорили древние.

человек создан, чтобы страдать, как солнце – чтобы светить.

Порою горе наше поистине глубоко и мучительно, и мы безмолвно стоим перед лицом Ночи, ибо у нашего горя нет слов, а есть только стон. И Ночь полна сострадания к нам. Она не может облегчить нашей боли, но она берет нашу руку в свою, и маленький мир уходит куда-то далеко-далеко и становится совсем крошечным, а мы на темных крыльях Ночи переносимся пред лицо еще более могущественного существа, чем она сама, и вся жизнь человеческая, освещенная сиянием этого существа, лежит перед нами как открытая книга, и мы понимаем, что горе и страдание – лишь ангелы божьи.

Когда мы любовь хорошенько усвоим И жизни глубокую правду поймем, Мы заново жизнь, как чертог, перестроим,   – Дай, я закончу, – сказала Джесси:   А прежнюю всю в черепки разобьем!

Это письмо должен Вам доставить мой ключник Трофим ровно в 8 часов вечера. Если же привезет его пожже, то побейте его по щекам, по профессорски, нечего с этим племенем церемонится. Если доставит пожже, то значит в кабак анафема заходил.

эманципе, все у ней дураки, только она одна умная

Впустили. Сидит в обыкновенной венской качалке этакий кулич необъятный. Щечки – земляничное желе, грудь на пульмановских корсетных рессорах, глаза – две коринки, – ничего мистического. Что ж, может, у нее главная сила внутри скрыта. Как жемчуг в устрице… На столе тоже ни черепов, ни змей в банке. Самая ординарная бутылка мадеры да халва на блюдечке.

Предсказываю прошедшее, рассказываю настоящее, заглядываю в будущее. Брюнетам скидка. Имеющим свою квартиру – льготные условия платежа. С оккультным приветом, Веранда Брахмапутра.