Цитаты из книг автора «Дженин Камминс»

Лидии страшно не хотелось сходить с поезда – ведь они с таким трудом сюда попали. Теперь они наконец-то двигались с нормальной скоростью, так что она предпочла бы остаться тут до самого севера. С другой стороны, если бы не эти сестры и их советы, Лидия с Лукой никогда не попали бы на «Ла-Бестиа». Благодаря им к Луке вернулся голос. Они знают, что делают.

Некоторые из грузчиков кидали мигрантам какую-нибудь еду и наполняли их фляги водой. Другие, словно кто-то велел им не помогать мигрантам, вели себя так, будто на крыше поезда не было ни души.

Затаив дыхание, мигранты покорно ждали – в напряженных позах, на взвинченных нервах. Они буравили взглядом местность в поисках движения позади фигур рабочих, которые разгружали и загружали пустые вагоны

Иногда поезд останавливался, и через некоторое время Лука сообразил, как можно предсказать стоянку. Сначала происходила резкая смена направления – это означало, что где-то поблизости находится достаточно большой город, куда, по решению проектировщика, должны ходить поезда. Поезд поворачивал, изгибался, замедляясь из-за маневров, а потом тормозил у станции. Распластавшись, мигранты постарались сделаться незаметными. Лука и Лидия поступили так же. Вместе с остальными они высматривали темные фургоны с белыми звездами – федеральную полицию, которая снимает мигрантов с поездов

Первые несколько часов на «Ла-Бестиа» оказались захватывающими. Состав неторопливо катился то на запад, то на север, и Лука наконец-то почувствовал, что они двигаются вперед. Ему нравилось ощущать себя пассажиром, нравилось, что за все отвечает гигантский механизм. Они пили воду из фляги и ели батончики мюсли.

Наконец все устроились вместе; рядом сидело еще четверо молодых мужчин, включая того, что поймал Луку после прыжка. Лидия следила, как они воспринимают появление Ребеки и Соледад. Она изучала их лица: каждый, осознав невероятную привлекательность девочек, чуть отодвигался от них.

Ребека и Соледад ехали на несколько вагонов дальше, потому что спрыгнули первыми; но вскоре стало видно, что девушки идут назад: они переступали через выпуклости на крышах, перепрыгивали пропасти между вагонами и нагибались, когда поезд нырял под очередной мост. В ужасе наблюдая за ними, Лидия то и дело дергалась.

Ступни у нее болели так, как не болели с детства – когда она прыгала с качелей и, тяжело приземлившись, ощущала в ногах теплое гудение эха. Боль была тянущей, но приятной. Она напоминала, что Лидия жива, что эти ноги ей еще пригодятся, что при необходимости они еще побегают.

достала из рюкзака холщовые ремни. Первый она привязала одним концом к петле для ремня на джинсах Луки, а другим – к металлическому кольцу на решетчатой крыше. Вторым ремнем она таким же образом привязала к поезду себя. Лидия не знала, поможет ли такое хрупкое крепление, если Лука действительно упадет. Но она должна была попытаться

То был вечер понедельника, чуть меньше двух недель назад. Лидия запомнила, потому что до этого разговора она привезла Луку с футбольной тренировки; сын хотел есть, так что она дала ему тост и банан, хотя ему пора было в постель. Он сильно наследил в коридоре, так как забыл снять бутсы, и Лидия рассердилась, потому что подметала совсем недавно. Всего каких-то две недели назад ее могла разозлить грязь на полу. Невероятно. То, что случилось в реальности, затмило самые кошмарные воображаемые страхи