Глава 7

– Ты о сорванных печатях Ланлинь? – уточнила я лениво и прежде, чем бог ответил, продолжила с тем же спокойствием: – Естественно, не видела, как я могла? Это не моя сюжетная ветка, понятия не имею, чем она занималась. Я свой долг выполнила – в академию поступила, на последний экзамен пришла, роль истеричной брошенки отыграла с блеском.

– Но ты и так поняла, что произошло! Этой идиотке следовало сначала отстрадать три месяца в академии и только потом, спасаясь от жестоких насмешек, забежать в закрытое пространство…

– …где, услышав оклик Юаня, рванувшего за ней, оступиться и слишком сильно навалиться на одну из стен, невольно выпустив толику ци. Древняя магия пробудилась бы, пропуская ее сквозь тайный ход в заброшенный ритуальный зал. А уже там она избавилась бы от печатей, – продолжила я, вспоминая, как актриса на экране проходила испытание за испытанием, заодно узнавая о своем предназначении и причинах, по которым на нее еще в детстве наложили печати. – Да, я смотрела дораму, и?.. Тебя беспокоит, что Пылинка, которая, смею напомнить, тоже досконально помнит содержание всех серий, сразу пошла по прямому пути и сумела избавиться от печатей без испытаний?

– Это рушит весь сюжет! – взвыл Сиян, хватаясь обеими руками за свои растрепанные патлы и меньше всего сейчас напоминая божественную сущность.

– Есть такое, – не стала отрицать я, с интересом рассматривая парня. Нет, определенно: бог должен быть постарше, поопытнее… Сейчас передо мной сидел типичный студент, в который раз явившийся на пересдачу и бездарно заваливший ее. – А тебе какая разница? Сам говоришь, что просто создал этот мир. За каким хреном его создавать и какой резон нас сюда запихивать, ты так и не сообщил, но не суть. Какая разница, что тут происходит? Даже если кто‑то из нас каким‑то образом призовет на головы всех жителей сверхмощный метеорит и все умрут – тебе‑то что? Или расстроишься, что старался, создавал мир, вбухал немало энергии, так понимаю, а тут пуф – и все, игрушка сломалась?

– Какая игрушка? – недоуменно нахмурился он, наконец‑то оставив свою шевелюру в покое и опустив руки. – Ты о чем?

– Разве вот это все не ради развлечения? Не средство борьбы со скукой? – настала моя очередь удивляться. Я‑то уже успела мысленно составить вполне правдоподобную версию о скучающем божестве – и на тебе, мимо.

Сиян пренебрежительно фыркнул, отвернувшись от меня. Несколько секунд помолчал, не торопясь отвечать, но все же неохотно разлепил губы.

– Это средство выживания, – процедил он.

– Поясни.

Парень стрельнул в мою сторону недовольным взглядом, но на меня такие штуки никогда не действовали.

– Ты же умная, никогда не задумывалась, почему в прошлом было столько легенд, сказаний, мифов, а сейчас только старые сказки и остались?

– Прогресс, – пожала я плечами.

– Вот именно! Раньше нам поклонялись, возносили хвалу, приносили дары…

– Жертвоприношения, ага, – скривилась я.

– Не обязательно. Материальные дары здесь далеко не самое основное. Своей верой люди подпитывали нас, наделяли могуществом, давали возможность жить дальше и процветать, – завелся Сиян, глядя на меня едва ли не обвиняюще, будто это я лично бегала с антирелигиозными транспарантами века напролет и требовала от людей забить на всех старых богов.

– А сейчас времена изменились и люди верят во что угодно, но, так понимаю, не в ваш пантеон, – кивнула я, понимая, к чему он клонит.

На какой‑то миг меня кольнула жалость. Логично предположить, что без энергии веры, то есть без пищи, большинство божественных сущностей погибли…

– Да! У многих не осталось сил, и теперь они вынуждены вечность прозябать на земле наравне с людьми! – выдал Сиян с нескрываемым отвращением, на корню уничтожив зародившуюся было жалость. Не заметив этого, он продолжил: – Лишенные божественного дара, они живут как простые смертные! Некоторые даже устраиваются на работу!

– Какой кошмар… – пробормотала я, не скрывая сарказма. Но Сиян принял это за чистую монету.

– Теперь ты понимаешь весь ужас ситуации?!

– В общих чертах. Но твоя сила и энергия при тебе, как я вижу. – Я с сожалением допила последний глоток кофе.

На губах Сияна тут же расплылась самодовольная улыбка, а глаза загорелись азартом, когда он продолжил:

– Да, поклонение богам сейчас в прошлом, но люди поклоняются другим людям, называя их кумирами! Ты не представляешь, сколько энергии они выплескивают ежедневно на своих любимцев. Собирать ее, пребывая в вашем мире, весьма муторно – там она грязная, рассеянная. Но на самом деле нет нужды ждать подачек, как и незачем собирать армию фанатов. Достаточно взять одного, самого ярого. И поместить его в условия, при которых эта энергия будет исторгаться сплошным потоком. Чистая, незамутненная, принадлежащая лишь мне одному…

Парень мечтательно улыбнулся, едва не облизываясь.

– И я очень рада за тебя. А мне зачем все это рассказываешь? Я на должность божественного психоаналитика не нанималась и по‑прежнему не уразумела, чем тебе мешает бурная деятельность Пылинки. Так понимаю, она все равно счастлива, энергия бьет ключом. В чем проблема?

– В том, что она эту энергию тут же перерабатывает на эти самые изменения сюжета! Изменив что‑то в одном месте, можно вызвать сюжетную дыру в другом, потребляя всю силу.

Сиян перевел дух, зацепился взглядом за мою поощряющую улыбку, и его понесло по кочкам дальше:

– Раньше так и было – люди, попадая в любимые книги, фильмы, сериалы, действовали четко по сюжету, чуть корректировали его, но доходили до конца, насыщая меня. А эта идиотка варварским образом ломает вообще все, тратя мою энергию до капли! Мне ничего не остается!

– Ну и оставил бы девчонку в покое, жалко, что ли? – ничуть не прониклась я его проблемами. – Явно это не первая фанатка, под которую ты создал мир. Другие‑то смирно выполняют свою роль и дают энергию, разве нет?

– Нет! – почти проорал божок. – Больше никого нет!

– Не поняла. А куда же они делись? – нахмурилась я, а в душе зашевелилось неприятное предчувствие. В голове сразу возникли картинки того, как изголодавшееся божество выпивает души невинных фанатов, насыщаясь энергией.

Сиян раздраженно закатил глаза, недовольный тем, что я вновь сбиваю его с мысли отвлекающими вопросами.

– Не так‑то просто найти истинного фаната, который не желает отправляться на перерождение, – пояснил он неохотно.

– Лучше искать надо. И потом, они у тебя что, одноразовые? – уточнила я несколько напряженным голосом. Но следующая фраза Сияна вновь вернула меня в расслабленное состояние.

– А ты как думала? – удивился божок. – Ну да, они проживают жизнь персонажа за пределами сюжета и тоже уходят на нормальное перерождение, дольше я их задерживать не имею пра… Короче, одноразовые, да. И редкие! А я не один такой умный, желающих много.

– Ага, – сделала я еще одну мысленную пометку. – Логично в общем‑то… То есть ситуация такова: тебе попал в руки фанат, на которого ты потратил энергию, создавая под него мир. При этом рассчитывал получить свои дивиденды, но Пылинка решила все иначе. И по факту этот фанат у тебя есть, но энергию не приносит, а ждать появления новой подходящей души можно очень и очень долго. – Я негромко хмыкнула. О том, что захапал он две души, упоминать не стала, учитывая, что фанат из меня так себе, а следовательно, энергия если и есть, то самый мизер. – Печально, что сказать. А от меня ты что хочешь?

– Повлияй на нее! – категорично заявил Сиян, будто это моя непременная обязанность.

Глава 8

Но мне пришлось его разочаровать, ибо я ни капли не прониклась заботами безработного божества.

– С какого вдруг перепугу? Мне она не мешает, – пожала я плечами, с сожалением покрутив в руках пустой картонный стаканчик.

– Ты в этом мире тоже находишься! – возмутилось божество, несколько растерявшись от моего отказа. – Кто знает, к чему приведут ее действия? Сюжет полностью изменится, разве ты не понимаешь? Может, уже завтра из‑за этого твой персонаж погибнет!

– Не думаю. Всего‑то и нужно будет, что не лезть к Пылинке. Пользуясь тем, что меня жестоко бросили перед всей академией, я вполне могу упросить родителей перевести меня в другую, подальше от всех ключевых персонажей. И порядок.

– Мы можем договориться! – тут же выпалил Сиян, на лице которого отразилось уже едва ли не отчаяние.

Похоже, я попала в самую точку, определив, насколько сильно ему важно пустить бурную деятельность Пылинки в нужное русло.

– Например? – заинтересованно приподняла я одну бровь.

– Хочешь, сообщу, где в мире находятся заброшенные магические колодцы, где можно напитаться силой и увеличить свое могущество?

– А ты откуда знаешь? В сюжете этого не было. Отсебятина пошла, на креатив потянуло при создании мира? – заинтересовалась я, вспоминая, что, кажется, да, кто‑то из героев говорил о существовании таких мест, но на этом все.

– Делать мне больше нечего! Ты недооцениваешь осведомленность Пылинки. Фанат на то и фанат, что помимо самого сюжета знает еще множество таких фактов, которые остались за кадром, но о которых авторы упоминали на своих личных сайтах, в интервью, а может, еще где, – пренебрежительно фыркнул он, дернув плечом. – Ну так что? Идет? Ты исправляешь все, что она натворила, и препятствуешь тому, чтобы натворила еще, а я даю тебе координаты этих колодцев, – предложил он искушающим тоном и тут же добавил поспешно: – Но только чтобы использование силы не влияло на дальнейший сюжет!

– Ну и за каким чертом мне это нужно? Пылинка вряд ли послушает меня прямо с порога, с первых слов. А если подумать, сколько всего надо уже исправлять по исходу первого ее дня в академии… Не‑а, мне и без могущества хорошо, – скупо улыбнулась я.

Сиян тяжело выдохнул, стрельнув в меня обиженным взглядом. Едва заметно шевельнул пальцами, и моего обоняния коснулся аромат любимого растворимого «три в одном». Стаканчик в моих руках, который я продолжала рассеянно вертеть в пальцах, ощутимо потяжелел и потеплел.

– За кофе тоже не продаюсь, но спасибо, – хмыкнула, пригубив напиток.

– Ну помоги, а? Ты же хороший человек, – вдруг заканючил Сиян, отчего я поперхнулась и едва не расплескала на свой ханьфу содержимое стаканчика.

– С чего ты взял? – опешила я, откашлявшись.

– Из твоего сознания. Когда брал информацию о мире из воспоминаний Пылинки и твоих, частично просветил ваши личности, – охотно пояснил он, не отводя от меня просящего взгляда.

– А говоришь, не извращенец. Как в свой мир зайти – так фу‑фу‑фу, а как наблюдать за событиями в нем и копаться в чужих мыслях – так ничего не смущает, да? – проворчала я. Но на лице Сияна не дрогнул ни один мускул – парень явно не испытывал ни малейшей неловкости от моих слов. Кажется, он даже не понял, что не так. – Я человек не только хороший, а еще и прагматичный. Быть хорошей и геройствовать за просто так в наше время больше неактуально.

– Чего ты хочешь? Может, завести семью, детей? Могу потратить часть энергии на то, чтобы кто‑нибудь из персонажей в тебя влюбился… – задумчиво протянул Сиян, покусав нижнюю губу, а в следующий миг его глаза загорелись какой‑то идеей. – А знаешь, даже можем тебе Юаня вернуть! Как только сюжет дойдет до конца и я получу много энергии, вполне можно будет внести это изменение!

– А как же Пылинка? – усмехнулась я, вспоминая, какие дифирамбы она пела Юаню на форумах. – Вряд ли она захочет его отпускать.

– Перебьется. Но если ты не хочешь ее обделять… – огорченно протянул Сиян, но тут же вскочил с кресла, осененный новой идеей. – Вспомнил! У него же есть младший брат! Очень похож на него. Так что вполне можно его тебе и…

– И на хрен мне не нужен ни Юань, ни его брат, дядя, дедушка и кто там у них еще есть в семье. Впрочем, как и любой другой мужской персонаж в качестве поощрительного приза, – перебила я его, скривившись. Вместе с тем в голове уже оформилась мысль, и чем больше я думала в том направлении, тем больше она меня воодушевляла.

– А что тогда? Можно немного изменить что‑то, я готов потратить на это часть добытой энергии, но только после завершения сюжета, в котором ключевые сцены пройдут так, как надо… – протянул Сиян, глядя на меня со все возрастающим подозрением.

– Замечательно! Тогда моя плата – ты возвращаешь меня в мой мир, в мою реальную жизнь за пять минут до того, как произойдет столкновение с фурой.

– С ума сошла?! Это невозможно! – тут же вскричал он.

– А в прошлый раз ты другое говорил. Возмущался, что на это уйдет прорва энергии, но не говорил, что невозможно, – напомнила я ему его слова.

– Именно! Да вы вдвоем с этой полоумной столько не выделите, ясно?!

– Жаль. Ну ладно, возвращай меня тогда в комнату Джейсин, мне еще в другую академию надо успеть перевестись, пока обретшая могущество Ланлинь окончательно не пошла вразнос, – произнесла я, поднимаясь с места.

– Стой! Я тебя не отпущу просто так!

– Да? Ну ладно, можем и здесь посидеть. Больше не переживаешь, что я жру твою энергию? – участливо поинтересовалась я, возвращаясь в кресло.

– Аргх! – нечленораздельно то ли зашипел, то ли зарычал Сиян.

Я лишь скупо улыбнулась, отсалютовав стаканчиком. И, учитывая, что это уже было в моих интересах, решила подсластить пилюлю.

– Ну, в принципе, мы можем и договориться. На моих условиях. Подумай сам. Только за сегодня она уже порвала и запутала сюжет. А ты подумал о том, как именно она сняла печати? Это даже не эффект бабочки, а самый настоящий взрыв в атомном реакторе. Такими темпами Пылинка не только свою энергию сожжет, но и до твоей доберется.

Сиян икнул.

– Я же максимально исправлю ситуацию, ты получишь свою долю, я свою. – Настала моя очередь побыть в роли искусительницы.

– Ну, вообще‑то… – Сиян насупился и некультурно ткнул в меня пальцем, – тебе исправить сюжет тоже выгодно. Если эта дура накосячит слишком сильно и миру не хватит энергии на заполнение всех дыр, он просто схлопнется!

– И что?

– И ничего. На перерождение!

– Ну и ладно, я все равно изначально туда шла. – Что‑что, а в покер я играть умею, то есть блефовать с лицом египетского сфинкса – мое второе «я».

Божок уставился на меня с открытым ртом, даже дышать забыл, кажется.

– Впрочем, – выдержав паузу, все же чуть улыбнулась я, – мы можем договориться. Как я и предлагала – на моих условиях.

– На каких? – еле слышно просипел Сиян.

– Ну… сейчас придумаем. Кстати, почему ты Пылинке не сказал, что она ломает мир?

– Она мне не поверила, – нахмурился бог. – Обозвала глючной системой, поехидничала на тему «а что, ты можешь мне запретить?», поняла, что не могу, и послала…

– М‑да. Безумству храбрых поем мы песню. Ладно, доставай ручку, тетрадку, клавиатуру – что там у тебя есть. Будем список составлять.