Глава 5, неожиданно неприличная

— Тебе не кажется, что это натуральное жлобство? Тайны династии — и всего двести тысяч золотом? По два очка в характеристики? Один навык на выбор из уже имеющихся? — Я откинула голову на плечо Систу и расслабилась, чувствуя, как одни его щупальца нежно разминают мне шею, а другие довольно бережно растирают мочалкой тело.

— Сладкая, не наглей, — вздохнул сорок второй и с помощью тонких тентаклей устроил бурление в воде на манер джакузи. — Я не могу слишком тебе подыгрывать. Нас и так уже несколько раз закинули во внесюжетные ивенты именно потому, что глобальная система подозревает.

— Что подозревает?

— Что, что, жульничество и взятки в особо крупном размере! Правда, я так и не понял, что она имеет в виду. Жертв ты мне не приносишь, души не скармливаешь, даже алтари в мою честь не строишь. Не считать же твои молочные железы в качестве подкупа?

— Хм? — Я открыла глаза, подняла ладонями грудь и оценила вес. — Ну ты же не можешь отрицать особо крупный размер?

— Ты бесстыжее всеядное млекопитающее, пользовательница, — буркнул Сист и заворочался подо мной. — Сказала, что тебе нужно помыться и расслабиться, а сама?!

— Моюсь и расслабляюсь, что не так?

— Зато я почему-то напрягаюсь! — хмыкнул он, откидываясь головой на бортик. Вопреки возмущению, одна из ладоней сорок второго продолжала поглаживать меня по влажным волосам.

— Весь или только некоторые места? — Я поерзала на нем, чтобы проверить свою догадку.

— Сладкая! Ты…

— Понятно, весь напрягаешься, а некоторые места особенно сильно, — хихикнула я, разворачиваясь в кольце щупалец и принимаясь целовать, куда достану. В нос, которого нет на маске, в губы, которых тоже вроде как нет, в ресницы… о, а они, оказывается, пушистые. За большими фиолетовыми фонарями это было никогда не определить. Оставалось только закрыть глаза и будто слепой исследовать пальцами и губами черты чужого невидимого лица. Высокий лоб, густые прямые брови, лишь на кончиках уходящие чуть вниз, щекочущие ресницы на слегка вытянутых (как мне казалось) глазах, ровный нос без следа горбинки, уже знакомые губы, за которыми прячутся внушительные клычки и нечеловечески длинный язык.

Да епашмать, имею право! У меня стресс! Гарем! Династические игры! Переселение в академию на территорию царского заложника! Сам Горыныч три в одном, в конце концов! Должно быть в этой страшной сказке хоть что-то приятное?

И черта лысого это приятное сейчас от меня сбежит, особенно такое мокрое, мыльное и щупальное! Я задолбалась быть паинькой!

— Сладкая… ты что делаешь?

— В конце концов, если мне нельзя спать с мужем, это не гарем, а издевательство, — пробормотала я, скользя губами от его ключиц ниже, по кубикам пресса, еще ниже…

— С-сладкая! Айх… ты… ты меня укусила?!

— Мхм… — Я коварно улыбнулась и нырнула под воду, чтобы еще раз укусить. Ну почти укусить! Хех, а Сист у нас депилированный, оказывается, как в лучших традициях поднебесных айдолов! Или у космических ктулху в принципе нет лишнего волосяного покрова?

А знаете, что я еще выяснила? Наш осьминожек, оказывается, серый! Гладкая кожа серебристо-серого цвета с едва заметным фиолетовым оттенком там, где сосуды ближе к поверхности. О, значит, кровеносная система тоже в наличии. Но сейчас важно не это, а само действо.

М-да, не удивлюсь, если сюда сейчас весь гарем сбежится, чтобы выяснить, по какому поводу потоп. Потому что Сист всю воду из здоровенной ванны выплеснул!

— С-сладкая! Ты нарываешься! На неприятности…

— Ничего подобного. Вовсе даже нарываюсь на приятности и тебе советую заняться тем же самым. — Я облизнулась, глядя на кубики его пресса снизу вверх. — Да помню, помню про девственность, свадьбу фиг знает которую подряд и невъе… потрясающие свойства твоего семени, от которого меня разорвет на много маленьких Надежд. Ну, если его принять с правильного… э… конца. А если перорально? Тоже разорвет?

— Что?! — Кажется, на этот раз мне удалось шокировать сорок второго настолько, что он замер в достаточно забавной позе. Все щупальца застыли вертикально, кое-где прошивая мебель и стены, и маска… маска на лице начала медленно таять, становясь все прозрачнее! Ух ты! А подбородок у него симпатичный, острый и волевой!

Эх, жаль, я засмотрелась и упустила инициативу. Надо было продолжать наступление.

— Ха… — выдохнул сорок второй, слегка успокаиваясь. К моему сожалению, уже ставший ненавистным предмет гардероба вернулся к стандартному виду. — Рано тебе еще там откусывать. Зубы не выросли.

— А отса…

— Сладкая! Да что с тобой сегодня?!

— Хочу мужа, — насупилась я. — И награду хочу за свои старания. Сколько дней подряд уже надо мной издеваются, красивый гарем показывают. Я на них, как на рыбок в аквариуме, слюнки пускаю, а съесть не могу!

— А… — Судя по взгляду, монстрик что-то лихорадочно читал в воздухе. — О, понял. У тебя овуляция?

— Понятия не имею, но у меня точно еще и стресс!

— Хм, про стресс тут тоже есть, — кивнул он сам себе. — И кажется, мы с Лилит даже знаем безопасный способ справиться сразу с обеими проблемами.

Фиолетовые фары на маске сузились до щелочек, и сорок второй немыслимым образом скользнул по дну ванны вниз, прямо под меня. Невозможность дышать под водой систему совершенно не смущала.

Оу. Х-ха!

Нет, ну… ну так тоже хорошо! Вот и раскрылись лучшие преимущества длинного и очень подвижного языка. В сочетании с обвивающими тебя со всех сторон щупальцами и фиолетовой подсветкой из-под воды…

Как неприлично, однако. И как прекрасно!

Спустя полчаса Сист вынул меня из ванны чистую и похожую на медузу — все тело превратилось в расслабленный кисель. И понес куда-то. Я даже не интересовалась, куда именно. Только краем уха услышала вдруг злое шипение:

«Что ты сделал с барышней?!» — И кто-то другой перехватил меня на руки и тоже потащил. Куда-то.

«Что, что… Обеспечил дозой безопасного натурального успокоительного. Ты постель приготовил? Почему одеяло только одно? Если эта хрупкая форма жизни замерзнет, заболеет и умрет, что станем делать?»

«Да эту форму лопатой не убьешь. — Хм, это чей голос? Горыныча-брюзги? — Но вот такая, тихая и покорная, она мне, пожалуй, даже нра… не так противна».

«Положите Наденьку в постель и идите все отсюда. — Ого, а вот Сашиного ментального шипения я не ожидала. — Пока что я один тут законный муж. И соответственно, только у меня есть право спать рядом!»

«Да щаз-з-з!»

О, какой, однако, дружный мысленный хор. Отдельных голосов даже и не разобрать.

«Ха, салаги… — раздалось едва слышное над ухом, и я прямо почувствовала, как мое личное кошмарище расплылось в довольной улыбке. — А зубы нарастить еще успеем…»

Глава 6, воинственная до неприличия

— Что?! ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?! — Вы когда-нибудь слышали, чтобы кто-то орал шепотом? Вот и я раньше — ни разу. Даже сначала решила, что это продолжение моего психоделического сна о странных фиолетовых облаках, из которых иногда выпадают котики Слонечки и странно друг на друга шипят. Совсем как представители моего гарема.

Я с трудом открыла глаза и попыталась понять, на каком я вообще свете, в какой реальности и кто это изображает проколотую шину.

— Что же делать?! Я не могу строить глазки сразу всем недоброжелателям, тут не родная деревня. Да и надоело мне, если честно. — О, это домовой. И он скорее зол, чем встревожен.

Э…

— Тридцать вызовов, значит? Сколько из них со смертельным исходом? Может, если разрешены артефакты, получится собрать урожай душ. — А это Сист, тоже почему-то недовольный по самые щупальца.

Так, погодите… погодите. Про какие это вызовы они хором шипят?

— Наша нежная леди не должна брать на себя такое отвратительное бремя. Она должна сиять на приемах, наслаждаться шумом моря и… — Судя по звуку, рыбку насильно затолкали куда-то поглубже в подсознание.

— Да она при всем желании столько грудью не раздавит! — О, а вот и тот, кто затолкал.

— Я не потерплю, когда на мою собственность покушаются! — Божечки-кошечки, этот занудно-высокомерный тон ни с чем не перепутаешь.

Ага. Три в одном в полном составе. Громкое какое. Не шипит, просто так возмущается, вслух. Особенно почему-то брюзга.

— А я говорил, что тренироваться надо, вместо того чтобы гарем на хвост наматывать… — опять Сист.

— Ты же сам его и намотал! — снова Илюша, его шипение на этот раз непередаваемо саркастично.

— Спокойнее, господа. Чего вы переполошились? Я, как единственный и официальный муж, разберусь с этими нахалами… хм… и нахалками сам. Просто не разрешу жене участвовать в поединках в связи, ну, с… с чем-нибудь, вы придумаете. Займу ее место. Имею право. Не стоит так шуметь, вы разбудите Наденьку.

— Хм-хм… а задохлик дело говорит, — обрадовался байкер. — Брюзга, что там по закону, жениху доля полагается? Я тоже не прочь развлечься.

— Тебе нельзя, забыл? Ты инкогнито навсегда.

— Зато мне можно. — Хм, отчего нежное мурлыканье русалочки сейчас кажется таким… угрожающим? — Обо мне все равно известно всем заинтересованным. И я давно не развлекался.

— Обойдешься, нюня, ты официальная государственная тайна. Даже то, что о тебе все «кто надо» знает, а «кто не надо» догадывается, не повод рушить систему.

— Именно поэтому я, как президент студсовета, а также лучший учащийся последних трех лет, в том числе и по боевым дисциплинам, сам ликвидирую это возмутительное безобразие. Первокурсникам на боевом ринге делать нечего! Особенно в смертельных схватках. Мало того, такая массовая атака — самый настоящий буллинг. Что неприемлемо в лучшей академии страны.

Я мысленно зааплодировала коту-морозильнику, оценивая то, с каким величием это было сказано.

— Ну, технически да, — выдохнул Илья. — В академии такое запрещено. Только вот все понимают, что здесь растят будущую элиту страны, которая обязана выгрызать себе место под солнцем зубами. Потому часто смотрят на подобную травлю сквозь пальцы: если учащийся не смог отбиться сам, то и продолжать учиться в академии ему не стоит.

— Я им выгрызу. Так выгрызу, что… — Да епашмать, с каких пор Александр умеет звучать настолько по-зверски? И могильным холодом веять на всю гостиную, чтобы аж до моей спальни пробивало!

Пора просыпаться, однако, тем более уже позднее утро, судя по солнышку в окне. Вот что секс животворящий с девушками делает… Надо вставать и бежать, пока мой гарем все живое в академии не перебил, явно ведь к этому идет!

— Мальчики, доброе утро. О чем спорим?

Надо же, какая я молодец, встала, прокралась, высунулась и застала гарем врасплох! Даже сорок второй одним задним щупальцем вздрогнул! Не говоря уже об остальных участниках беседы.

— Решаем, что сегодня будет на завтрак, — ответил Сист, почти безразлично подтачивая напильником когти. — Есть выбор между чьими-нибудь кишками на главной академической арене и яичницей.

— Кхм…

— Моя леди, как много вы успели услышать? — А рыбка у нас шустрая, успел раньше всех подхватить меня на руки, перенести на диван и устроить там между собой и грудой подушек. — Хотите горячего шоколаду? Можно с лесными орехами или с каштанами.

— С утра? Ты хочешь, чтоб у нее к тридцати развился сахарный диабет или ожирение? — тут же возмутился Илья, откапывая из подушек свободное пространство и впихивая в него… Сашу. — Барышня. Яйца пашот, чай, овсянка с отрубями, молочный коктейль с ягодами.

— А Сойкина с вызовом среди тех тридцати есть? — вздохнула я, покорно позволяя тискать себя с двух сторон сразу. Потому что Сашенька решил от рыбки не отставать и сопел мне в ухо, обнимая за талию и стараясь не смотреть вниз.

— Нет. Она отказалась от претензий и выплатила виру. Точнее, это сделали ее родственники. Видимо, поняли, что на собственную замену ты вполне сможешь выставить мужа. И мне кажется, о силах Александра они осведомлены даже больше, чем его родная семья. Слишком уж осторожничают, в отличие от остальных.

— Жа-аль…

— Сладкая, не думал, что это скажу я, но ты действительно слишком слаба для хорошей драки с существами разумнее собаки, — тяжело вздохнул сорок второй, избавляясь от напильника. — Предоставь это дело своим мужчинам.

— А как же тренировки? На ком мне расти?

— Монстры ждут тебя в подвале. В этот раз можно выпустить игольчатых гиен.

— Это скучно. — Честное слово, сама от себя не ожидала подобной воинственности. Да я всю жизнь предпочитала два боевых стиля: дипломатичная мудрая черепаха или длинноногий заяц! Проще говоря, умела либо заболтать конфликт, либо вовремя смыться с глаз долой. А теперь чего? Меня система половым путем заразила? Точнее… языковым? Там зубы недалеко и… Тьфу! О чем я думаю?!

— Успеешь еще повеселиться. — Сист с выражением непривычного умиления на маске погладил меня по голове щупальцем. — Через пару десятков лет, если ты, конечно, не умрешь от какой-нибудь случайности, ты станешь сильнейшей амебой в этом царстве простейших. А пока у нас хороший шанс продемонстрировать мощь подобранных мной юнитов и внушить ужас всем недоброжелателям. Заодно пусть те, кто не оценил нашу прелесть вовремя, кусают локти. Это же отдельное удовольствие, правда, сладкая?

— А кроме того, ты должна прежде всего подумать об учебе. Развлекаться будешь после, — подвел итоги ледяной брюзга. — Я лично прослежу за посещением и успеваемостью! Моя невеста не смеет быть нарушителем дисциплины или обладать заурядными способностями!

У-у-у…

— Не волнуйся так, в случае чего я помогу, — любезно кивнул Снегов, протирая платком тонкие квадратные очки.

— Хм?

— Лично возьмусь за репетиторство. Клянусь, ты у меня, даже внезапно проснувшись ночью, сможешь все экзамены сдать, — самодовольно усмехнулся кошак, надевая блестящие от полировки окуляры.

Как там говорил поезд-призрак?

А-а-а!