Глава 9, в которой мое терпение немножко лопнуло

– Как?! – полузадушенно прохрипел дед, глядя на призрачного волка квадратными глазами. – Как ты посмел допустить такое, тварь?!

Э-э-э, подождите, а почему он наезжает на Илью? Ну ни фига себе! Откуда он кнут выхватил, старый маразматик?! И что за намеки? Что за замашки? Это мой зайчик!

– Сидеть! – Мой громовой рык разнесся по дому так, что завибрировали тарелки в кухонном буфете. И неважно, на кого именно я рычала: на деда с кнутом, на волка, приготовившегося прыгнуть и цапнуть седого садиста, или на зайчика, покорно склонившегося под удар. Охренели все?!

Один Саша умничка – как сидел на своем месте, так и сидит, невозмутимо читает некрономикон. Только кружку со своим кофе со стола забрал, видимо, чтобы при драке ее не опрокинули. Ой! А Лилит ему тоже глазик подбросила!

Ну и остальные трое тоже сели. Дед обратно в кресло, из которого вскочил кнутом помахать, волк у моих ног, а зайчик… ну епашмать, что еще за коленопреклоненные игры? Неужели холопы действительно должны себя так вести?

Хорошо хоть в сторонке скучковался, а не перед дедом и не у меня под ногами.

Впрочем, подобострастием от зайки совсем не веяло. Мало того, Илья умудрился на секунду поднять на меня взгляд наполненных магией зеленых зрачков. Ни грамма испуга или опасения.

– Если вы забыли, барин, напомню, что мой договор велит выбирать сильнейшего, – непонятно высказался он, снова глядя при этом в пол. Хм, а почему мне кажется, что ковер, в который он так пристально смотрит, слегка дымится?

– Сильнейшего?! Сильнейшего?! – снова начал заводиться сдувшийся было дед.

– Барышня пробудила магию. Достаточную для поступления в академию. В вас магии нет, – буквально припечатал Илья.

– Кто пробудил, эта кукла?! Что за чушь?! Она же пустая… Как яичная скорлупа! – снова озверел старик.

Чего-чего? Почему я скорлупа? Да еще пустая? В смысле – почему он так свою родную внучку-то обзывает?

– Барышня сходила на охоту. – А ковер реально дымится, мне не показалось! Но не обугливается почему-то. – Внесла в казну рода несколько десятков тысяч золотых. И самостоятельно, абсолютно без моей помощи и намеков, пролила на алтарь кровь сильной жертвы.

– И ты хочешь, чтоб я поверил, что это не твои интриги?! – оскалился предыдущий глава, привставая с кресла.

– Клянусь, – Илья приподнял голову и взглянул уже на деда, – ни к пробуждению у Надежды магии, ни к ее желанию возглавить род и напоить кровью родовой алтарь я не имею никакого отношения. Жениха ваша внучка тоже привела в дом сама.

– Но и препятствовать не стал, так? И все же какая же ты тварь! Нечисть поганая!

– Помолчите оба! – Мое терпение не безгранично. Да-да, профессиональный массажист, остеопат и реабилитолог-физиотерапевт должен быть стрессоустойчив как скала, ибо больные ему попадаются очень разные. И лучше с ними по-хорошему, даже с самыми капризными и чокнутыми, ибо грех шпынять хворого. Но иногда… иногда и я умею разговаривать так, что меня слушаются даже действующие генералы ФСБ.

Все действительно замолчали. Даже Саша с заметным интересом оторвался от своей новой ненаглядной и уставился на меня.

– Приехал – хорошо, – с ледяной ласковостью улыбнулась я дедушке. – Илья приготовит твою комнату. Отныне тебе запрещено покидать дом без моего разрешения. Принимать гостей тоже можно, только поставив заранее в известность главу рода. И получив разрешение. Это понятно?

– Понятнее некуда. – Дед очень явственно скрипнул зубами и снова уставился на Илью: – Когда?

– Что «когда»? – вместо него уточнила я, не позволяя им снова переговариваться так, чтобы мне было непонятно.

– Когда она проснулась?

– Третьего дня как. – Илья сначала посмотрел на меня, получил разрешающий кивок и только после этого ответил. Умный заинька. – В обморок от страха упала.

– И ты не соизволил поставить меня в известность, тварь. – Дед явственно ярился, но нападать с кнутом больше не смел. Во всяком случае, у меня на глазах.

– Вы были слишком заняты в игорном доме госпожи Михельсон. – Уголки губ доктора Зайцева дернулись. – Если не ошибаюсь, вы пользовались ее гостеприимством как раз последние трое суток.

– Не лги, нечисть. Ты нарочно не позволил мне взять ее под контроль раньше, чем она освоилась и захватила власть в роду! – И все-таки как же раздражает, что этот старый поборник махрового патриархата даже не пытается общаться именно со мной.

– Я повторюсь, что подчиняюсь сильнейшему в роду, барин. Таков закон, разве нет? – И зайка впервые на моей памяти улыбнулся так открыто и радостно, что стало слегка жутковато.

– Вот и умничка. – Я обошла склонившего одно ухо к плечу волка и потрепала по волосам зайчика. Они у него мягкие, приятные такие под пальцами, сразу все впечатление жути ушло, как не было его. – Дедушка. Отныне тебе запрещено поднимать руку на доктора Зайцева. Это понятно? Или надо дословно подтвердить, что кнут, хлыст, палку и прочие предметы поднимать тоже запрещено?

– Доктора Зайцева? Доктора… ха! – прошипел бывший глава рода.

– А вот ему разрешено и даже приказано следить за твоим здоровьем и делать все, чтобы оно было в порядке, – с не менее садистской ухмылочкой закончила я.

И насладилась изумлением зайки, мгновенной бледностью старого козла и мягкой одобрительной улыбкой Сашеньки. Некромант в очередной раз с трудом оторвался от ужасно интересного чтива и отсалютовал мне почти допитой чашкой с глазиком.

«Ну ты и стерва, сладкая, – четвертое одобрение не заставило себя ждать, – вся в меня. Еще немного – и, может, захватишь в плен пару поселений».

– Илюша, проводи дедушку в его комнату. В половине пятого утра людям его возраста положено крепко спать.

– Будет сделано, барышня. – Зайчик легко поднялся с колен, одним плавным сильным движением.

– Ты хоть сама-то понимаешь, кому решила довериться? – внезапно спросил меня дед, принимая более-менее адекватный вид.

– Поговорим об этом завтра, дедушка. Ты устал. – Я кивнула в сторону лестницы.

– Надеюсь, до завтра он тебя не сожрет, – выдохнул старший родственник.

– Я несъедобная. А он хорошо целуется. Так что неизвестно, кто кого, – отмахнулась я. – И вообще. Я тоже иду досыпать. Саш, ты со мной?

Но некромант ответить не успел, потому что уже поднявшийся на пару ступенек лестницы дед едва не скатился обратно.

– Целуется? Да ладно, внучка. Ты… ты что, правда соблазнила нашего домового?!