– Что ж, ваши опасения мне понятны, Ваше Превосходительство, ведь несмотря на вашу неисчерпаемую мощь, исходящую из тьмы, вы слегка отстаете от ваших подданных, что прошли испытание в чертогах сознания, – Соломон указал на книгу Эклипс, хранящуюся на пьедестале возле трона Фредерика, – Но, если бы вы приняли силу от моей книги, то стали бы буквально венцом человеческой эволюции!

– Ты держишь меня за идиота, Соломон?! Думаешь, я забыл, как работает твоя проклятая книга?! – Фредерик в гневе оскалил острые клыки, считая, что его советник совсем потерял страх перед ним, – Я не собираюсь отдавать свою душу взамен на силу Эклипс!

– В таком случае, я мог бы предложить иной вариант, Ваше Превосходительство… – не сколько ни испугавшись гнева короля, алхимик лишь подошел ближе, – Мы могли бы позаимствовать уже заточенные внутри души, чтобы напитать вас нужной вам силой! Правда для настолько могущественного создания, как вы, может понадобится не одна лишь душа, а тысячи!

– Плевать сколько душ для этого потребуется! – Фредерик жаждал силы, как никогда раньше, движимый страхом перед смертью, – Я получу то, что заслуживаю по праву!

– Быть по сему… – Соломон поклонился королю и направился в свою лабораторию, чтобы разработать заклинание для поглощения душ.

Спустя несколько дней ритуал для усиления мощи короля Фредерика был готов. Он встал в круг, окруженный своими воинами, простыми людьми и другими, кто уже отдал душу книге Эклипс. Соломон взял несколько капель крови Фредерика и окропил ею обложку книги. Ритуал начался. Лишь произнеся первые слова разработанного заклинания, тела окруживших Фредерика жертв охватило параличом и сковала слабость. Их глазницы побелели, а рты широко раскрылись. Из недр тел принесенных в жертву вылетели небольшие белые сферы, судя по всему и являвшиеся их душами. Затем огоньки закрутились и образовав плотный поток направились прямиком в сердце короля. Но не одни лишь присутствующие лишились жизни ради силы Фредерика. Со всего города устремились тысячи огоньков, направлявшихся к центру ритуала. Тело самого Фредерика начало полыхать синим пламенем, словно открывая его новые возможности, пока тела тех, кто стоял вокруг истлевали до самых костей. Спустя несколько секунд ритуал завершился. Открыв глаза Фредерик увидел, что вместо окружавших его подданных, безмолвно стояли создания, напоминавшие его самого. Единственное, что отличало их от создателя – это необычный красный шлем, закрывавший глаза существ. Они замерли, словно ожидая приказов своего хозяина.

– Кто эти создания, Соломон? – осматривая существ, Фредерик обратился к алхимику, – Это моя новая сила?

– О чем вы, Ваше Превосходительство? – Соломон смотрел прямо на короля сквозь загадочных сущностей, – Я ничего не вижу…

Фредерик взглянул на существ в шлемах и мысленно приказал одному из них схватить со стола подсвечник и бросить прямо в алхимика. Создание моментально подчинилось воле хозяина и тут же предмет интерьера полетел по направлению к цели. Соломон без труда увернулся, словно зная, откуда пойдет атака, а Фредерик лишь рассмеялся.

– Вы овладели силой управления предметами с помощью силы вашего разума? – озадаченно спросил алхимик, действительно не видя, кто именно бросил в него подсвечник, – Мне казалось, что настолько высокая жертва должна дать нечто более могущественное…

Соломон подошел к королю, проходя сквозь невидимых воинов, даже не почувствовав чьего-то присутствия. В этот момент Фредерик понял, насколько велика его новая сила.

– Ошибаешься, Соломон! Хоть ты и не видишь их, но я вижу! У меня появилась собственная незримая гвардия, которая сумеет разнести любого врага в щепки, а тот даже не узнает о том, что именно его убило! – Фредерик сжал кулак, а существа повторили его движение, – Такой невероятной мощи обязательно нужно имя… Но какое? Соломон?

– Я знал одну даму из тех, кто был принесен в жертву… Не сказал бы, что горжусь этим знанием, но она была довольно известной куртизанкой в городе, которая обладала поистине великолепной силой наслаждения… – с некой скромностью взглянув на короля, Соломон указал на груду изящной женской одежды, оставшуюся от истлевшего тела жертвы, – Её звали Мэри, поэтому, отдав дань уважения этой особе, я бы использовал её имя для вашей силы – Bloody Mary.

С тех пор страх Фредерика слегка утих. Он больше не боялся вторжения потомков чудесного древа, зная, что Bloody Mary защитит его. Однако, слухи о теневом короле расползались все дальше по континенту. Люди говорили о том, что у графа Фландрии есть бессмертный покровитель. Кто-то даже выдумал слово, описывающее бессмертного воина – вампир. Оно происходило корнями из славянских земель, где монстров, пьющих кровь и боящихся света называли упырями. Дойдя до Фландрии это слово преобразовалось в понятие вампир. А тем временем, младший Эвальд внезапно заявил Соломону, что хочет обрести силу от его книги, надеясь, что она поможет ему в исследованиях и обучении. Соломон не стал противиться воле наследника короля и позволил Августу пройти испытание в чертогах сознания. Оказавшись в белом пространстве, Август попал на некий светский прием, где некий хозяин вечера, у которого не было лица, угощал таких же безликих гостей вином. Напиток был единственной красной субстанцией в абсолютно белом мире. Запах вина напоминал кровь, которую отлично отличал Август, ведь ей пропах весь замок его отца. Однако, понимая, что все это часть испытания, наследник выпил вино, полагая, что справится с последствиями. В ту же секунду все его тело сковал паралич – он не мог пошевелить даже пальцем, а безликие гости начали угрожающе направляться в его сторону. Август даже не испугался происходящего, он чувствовал, что держит ситуацию под своим контролем. Он знал, как изготовить отвар для снятия паралича наизусть. И хотя при себе у него не было ни единого ингредиента, даже колбы, он точно знал, каким образом отвар влияет на организм и сумел представить это до мельчайших деталей. Закрыв глаза Август думал о том, как отвар проходит по его пищеводу, проникая в кровоток через стенки желудка, ослабляя паралитическое воздействие. И это действительно сработало, Август вновь вернул себе контроль над конечностями и сумел противостоять безликим, атакующим его. Однако, вернувшись назад в собственное тело, Август обнаружил, что именно так и работает его новая сила, названная книгой Bad Blood. Он обрел способность накладывать эффект паралича на людей, но жертвуя при этом собственной кровью. Крошечные сущности, существующие бок о бок с его кровяными тельцами, обездвиживали жертву, проникая в её организм. Сам Август не горел желанием каждый раз оставлять раны на своем теле, ради людских страданий, поэтому счел свою новую силу бесполезной и практически полностью отказался от её использования.

Соломон же довольно сильно разгневал короля Фредерика тем, что не спросил его дозволения для испытания Августа, за что был лишена доступа к книге Эклипс. С этого момента все, кто хотел получить силу от книги, обязывались прийти лично к королю и проходили испытание с его дозволения без участия главного алхимика. Фредерик перестал доверять даже самым приближенным лицам, включая Соломона и главнокомандующего Дирка. Во всех он видел угрозу его правлению. Его паранойю усиливало и то, что в Клермон начали стекаться искатели приключений, унаследовавшие силу чудесного древа от своих предков, пытающиеся помериться силой с Фредериком. Конечно, Bloody Mary защищал короля, ведь этот сангрейн никто не был способен даже почувствовать, не говоря уже о том, чтобы увидеть. Однако, мысли о скорой кончине не давали покоя бессмертному правителю. Однажды он вызвал к себе своего сына Августа, которой уже проживал четвертый десяток жизни.

– Август, ты наверняка понимаешь, что у моей обширной империи куча врагов и недоброжелателей? Я не хотел бы, чтобы все, чего я достиг и чего создал, кануло в лету… – сидя на троне, Фредерик слегка подался вперед, будто пытаясь говорить шепотом, – Если однажды меня убьют, я хочу, чтобы ты занял престол и продолжил моё дело…

– Нет, отец… – в голосе Августа звучала явная тоска, – Я не хочу…

– Что значит не хочешь? – король гневно нахмурил брови, поражаясь ответу сына, – Ты мой единственный наследник! Мне некому передать власть, кроме тебя! В конце концов, ты ведь мой сын! Родной сын!

– Я знаю, отец… – речи отца не принимали Августа, – Но я не хочу править… Это не мой путь. Я хочу исследовать мир, познавать тайны мироздания, изучать науки… Управление графством… миром… или чем ты там правишь… это не для меня…

– Август, подумай лучше! Ты сможешь изучать все, что захочешь! У тебя в подчинении будут тысячи ученых! – Фредерик яростно стукнул кулаком по подлокотнику, – Все, что ты только мог бы пожелать, будет в твоих руках! Но все это рухнет с моей кончиной!

– Ты бессмертен, отец! – прокричал Август не выдержав напора отца, – А я нет! Я обычный человек! Таким я и останусь! А обременяя себя правлением, я упущу сотни открытий! Я хочу быть частью науки, а не наблюдателем!

– Что ж… Я тебя понял, сын… – Фредерик удрученно опустил голову, – Я не стану заставлять тебя…

– Я хочу покинуть Клермон, отец… – добавил Август перед уходом, – Этот город изжил себя. Я не узнаю ничего нового, оставаясь здесь, а моя душа жаждет просвещения.

– Я тебя не держу… – Фредерик проводил взглядом сына.

Однако, Фредерик солгал своему сыну. Он не хотел, чтобы Август уезжал из города, надеясь, что тот одумается и примет наследие отца. Ночью король пробрался в комнату, где спал Август, окружив сына своими клонами Bloody Mary. Незримые сущности схватили Августа за руки и ноги, чтобы тот не мог сопротивляться. Август проснулся, чувствуя давление на свои конечности, и пришел в ужас увидев перед собой лицо отца.

– Отец? Что происходит? – ошеломленный Август глядел в стеклянные глаза Фредерика, – Что ты делаешь?

– Прости, сын… – в голосе короля звучало сожаление, – Я не могу позволить тебе уехать…

Фредерик занес свою руку над лицом Августа и медленно провел заостренным когтем по ладони, пуская себе кровь. Алая жидкость брызнула на лицо Августа, заливая его глаза. Он почувствовал, как что-то с силой давит ему на суставы в челюсти, словно тисками. Один из клонов крепко держал Августа за лицо, пытаясь разжать его рот. И хотя сын короля пытался сопротивляться, но, не видя того, кто его удерживает, он не знал даже в какую сторону уйти, чтобы вырваться из захвата. Спустя пару минут, у Августа уже сводило мышцы лица и он не мог сопротивляться, из-за чего его рот предательски раскрылся. Кровь, сочащаяся из разрезанной ладони Фредерика, полилась прямо в горло Августа. В этот момент он осознал, что его отец собирается сделать его таким же бессмертным существом, как и он сам – вампиром. Фредерик лишь холодно глядел в испуганные глаза Августа, глотающего его алую кровь. Поглотив достаточно крови, Август скорчился от невыносимой боли, изменяющей каждую клетку его смертного тела. Его отец тем временем наблюдал за этим с полным безразличия лицом. Когда Август закричал в агонии, стало явно заметно, как его клыки становятся необычайно острыми, а его тело холодело. В этот момент Фредерик покинул комнату сына, не дождавшись окончания обращения.

Август пришел в себя лишь утром, очнувшись от обжигающей боли. Через небольшую щелку в занавесе на окне пробивались лучи яркого солнца, сжигающие кожу на руке сына короля. Он испуганно отпрянул назад, рухнув с кровати. Взглянув на руку, Август увидел, как прожженная почти насквозь кисть начинает быстро затягиваться.

– О нет… – Август быстро засунул пальцы в рот, нащупывая острые клыки, – Что же ты наделал, отец…

В эту минуту Август осознал, что с ним произошло. Супротив его воле Фредерик обратил родного сына в вампира, надеясь, что тот не сумеет покинуть Клермон, боясь сгореть на солнце. Однако, огромная обида, горящая в сердце новообращенного, оказалась куда сильнее страха перед небесным светилом. Ночью того же дня Август принял решение навсегда покинуть родной город, чтобы исследовать мир, пускай даже ему теперь придется скрываться от солнца. За полуночным сбором вещей его застал учитель Соломон Сангре.

– Куда ты собираешься, Август? – подкравшись, словно тень, Соломон резко положил руку на плечо Августа, – Не боишься уезжать с таким недугом?

– Соломон? Откуда ты знаешь? – новообращенный вампир вздрогнул, не ожидая увидеть своего учителя в такой момент, – Хотя, плевать… ты ведь доверенное лицо моего отца… кому, как не тебе знать, что он со мной сделал…

– Знаешь, Август, я тобой горжусь! Даже став бессмертным созданием, как твой отец, ты не страшишься окружающего тебя мира. Так что, единственное, что я могу тебе сказать - это пожелать удачи в пути, ведь я научил тебя всему, что знал, а значит ты должен стремиться к новым знаниям! – алхимик улыбнулся, глядя в безжизненные глаза Августа, – Но что же твой отец? Ты не боишься разгневать короля?

– Спасибо за напутствие, Соломон, но мне все равно, как отец воспримет мой уход! – Август закрыл последнюю сумку с вещами и направился к выходу из комнаты, где его уже ждала повозка с запряженными лошадьми, – Пускай ищет себе нового наследника, если ему так дорога его империя…

– Пусть будет так, – Соломон откланялся, хитро улыбаясь, – Главное, чтобы тебя не сожрало чувство вины, если вдруг что-то случится с твоим отцом…

Последние слова Соломона заставили Августа остановиться. Широко раскрыв глаза, он вспомнил их разговор после ритуала создания философского камня. Мысль о кончине отца не давала покоя Августу по сей день, несмотря на глубокую обиду.

– Постой, Соломон… – Август бросил сумки на пол и подбежал к алхимику, – Ты ведь сумеешь найти способ воскресить моего отца, если вдруг что-то случится? Плевать сколько жизней придется отнять ради этого, но обещай мне, Соломон, что найдешь способ!

– Хм… Даже после того, как отец жестоко предал твое доверие, ты все равно страстно жаждешь его спасения? Какая поразительная преданность! – Соломон был крайне поражен рвением Августа, – Да будет так! Я даю тебе слово, Август Эвальд, что разработаю особый ритуал, который вернет к жизни твоего отца! А если и меня не станет, учитывая то, сколько ты теперь способен прожить, то я сохраню записи о ритуале в своих архивах!

– Спасибо тебе, Соломон, – облегченно выдохнув, Август поднял с пола свои сумки и направился к выходу, – Спасибо за всё…

Наследник короля сел в повозку и погнал лошадей прочь из города. Яркая луна благоволила его пути и освещала ночную дорогу. Проводив взглядом Августа, Соломон направился назад к себе в лабораторию. Он действительно хорошо относился к сыну короля Фредерика, поэтому его обещание не было пустым. И у него уже появилось пару идей, каким образом этот ритуал можно было бы осуществить. Новой записью в дневнике Соломона Сангре, вшитом в кроваво красную обложку, стало – Ритуал воскрешения короля.

– Как уехал?! Кто его отпустил?! – узнав о том, что Август покинул город, Фредерик пришел в ярость, – Казнить дежурных у городских ворот, которые пропустили моего сына! Как вы могли его отпустить!

– Ваше Превосходительство, я понимаю ваше разочарование, но уверен, что отсутствие наследника, не навредит вашей империи, – Соломон вежливо откланялся, пытаясь успокоить короля, – Ваше могущество неоспоримо, поэтому ни один из этих выскочек, унаследовавших силу древа, не сумеет одолеть вас.

– А где ты был, Соломон?! Неужели Август не говорил с тобой перед отъездом?! – от злости вены на лбу Фредерика налились кровью, – Ведь именно тебе мой сын доверял больше всего! Если я узнаю, что это ты позволил ему уехать, твоя голова первой окажется на гильотине!

– Что вы, Ваше Превосходительство! Если бы я знал, что ваш дражайший наследник соберется покинуть город, я бы обязательно поговорил с ним и убедил остаться! – Соломону явно не хотелось лишиться головы, поэтому он солгал, – Разве вы сомневаетесь в моей верности?

– Ты уже наделил моего сына силой книги без моего ведома, подорвав моё доверие, Соломон! – Фредерик недоверчиво взглянул на алхимика, после чего обратился к Дирку, – Приказываю немедленно отправиться на поиски моего сына! Поднимайте всех воинов! И чтоб на рассвете Август стоял перед моим троном!

– Позвольте, Ваше Превосходительство, я считаю, что отправить все войска на поиски – не рациональное решение, – остановив Дирка, который уже бросился выполнять указания короля, Соломон решил вставить слово, – Подумайте, вашей империи сейчас ничего не угрожает. Наследники древа – одиночки, они разгруппированы и не способны бросить вам достойный вызов. Даже ваш главнокомандующий с легкостью справится с парой подобных выскочек, а чего стоят ваши силы, я даже говорить не буду, ведь вы и сами прекрасно об этом знаете.

Фредерик не ответил. Он лишь указал жестом главнокомандующему отставить приказ. Слова Соломона на какое-то время убедили его в том, что Августа искать не стоит. К тому же, Фредерик в некоторой степени уважал волю сына и надеялся, что он может одуматься и вернуться домой. Тем более, теперь Август бессмертен, а значит смерть от старости ему точно не грозит. Фредерик успокоился, но лишь на пару веков. Хотя для обычного человека такой срок был бы больше жизни, но для короля вампиров – это как короткий выдох после тяжкого боя. Но однажды, один случай лишь усилил паранойю Фредерика. На закате четырнадцатого века, в замок Ла Фронтьер Ноктюрн с политической миссией явились пятеро французских послов, желавших обсудить с самозванным королем Фландрии поставки железа из клермонских шахт.

– Что привело вас в скромные владения лорда Клермона – Фредерика Первого? – настороженно спросил Соломон, говоря от лица короля, – Решение о поставках выносит граф. Он должен был выдать вам грамоту с разрешением и своей печатью, по которой мы бы согласовали поставки. А без этой грамоты, мы, увы, не можем оказать вам помощь.

– Мы наслышаны о влиянии короля Фредерика на территории Фландрии, – посол стоявший в центре вежливо поклонился восседающему на троне вампиру, – Слухи о теневом правителе ходят по землям уже довольно давно, а значит, нет разницы, пойдем ли мы к графу или нет, ведь все вопросы все равно решаются здесь, в Клермоне!

– Что за вздор, уважаемый милорд? Разве люди вашего положение склонны верить слухам? – Видя невозмутимое лицо Фредерика, Соломон решил не раскрывать карты, – Сколько лет уже ходят эти слухи? Разве человек способен прожить несколько веков, держась у власти так долго? Лорд Клермона принял власть от своего предшественника всего пару лет назад и по прежнему отвечает лишь на распоряжения графа Фландрии.