Цитаты из книги «Потерянные девушки Рима»

Но определение «borderline» как нельзя лучше описывало идею тончайшей преграды, отделяющей людей от зла. Иногда эта перегородка становится эластичной, позволяет короткие вылазки на темную сторону, всегда обеспечивая возможность прислушаться к зову, вернуться. Но иногда преодоленный барьер ломается, оставляя открытым опасный коридор, по которому некоторые люди с легкостью проходят туда и обратно

постояв рядом в ожидании напитка, они разошлись бы в разные стороны, остались чужими, не подозревая о том, что могли бы подарить друг другу любовь и, что уж вовсе невероятно, не испытывать из-за этой любви страданий.

Этот монстр не таился. Наилучшим убежищем для него служило безразличие окружающих.

Конечной целью, коренившейся в самой его природе, было не занять место какого-то человека, но стать этим человеком.

Охотник знал, что всех серийных убийц толкает на преступление кризис самоидентификации: в момент убийства они видят свое отражение в жертве и узнают себя в этом зеркале – им больше не нужно притворяться. На время расправы монстр, обитающий в глубине, пробивается на поверхность, являет себя в чертах лица.

Теория, которую он вывел относительно зверя, теперь подтвердилась на практике.

Это – единственный способ заставить его вернуться.

Ужас тоже имеет свои градации, свой кодекс поведения

Ибо третий урок, который она усвоила, заключался в том, что у каждого дома – свой запах.

Она всегда пыталась вообразить дальнейшее, продолжить исследование. Прогуляться невидимкой среди вещей, которые этим людям наиболее дороги. Наблюдать за ними в их самых тривиальных занятиях, как за рыбками в аквариуме.