Цитаты из книг автора «Донато Карризи»

Преступление, которым Виктор запятнал себя в детстве, навсегда стерто из памяти, от преступлений, совершаемых детьми, не остается следа в полицейских архивах. Мир не может принять тот факт, что ребенок с его чистой душой способен творить зло хладнокровно и безжалостно.

зло, единожды порожденное, порождает другое зло

Есть место, в котором мир света встречается с миром сумерек. Там-то и происходит главное: в краю теней, где все разрежено, смутно, нечетко. Ты был стражем, призванным охранять эту границу. Ибо время от времени что-то прорывается в наш мир. Твоей задачей было изловить это и отправить обратно во мрак.

всех серийных убийц толкает на преступление кризис самоидентификации: в момент убийства они видят свое отражение в жертве и узнают себя в этом зеркале – им больше не нужно притворяться. На время расправы монстр, обитающий в глубине, пробивается на поверхность, являет себя в чертах лица. Для человека, за которым он охотится, – для его зверя – все гораздо сложнее. Его истинная личность, собственная идентичность отсутствует, поэтому он должен раз за разом брать ее взаймы у кого-то другого.

Как бы иногда ни хотелось удержать его при себе, она потом понимала, что просто обязана всегда его отпускать. Это – единственный способ заставить его вернуться

дома умирают так же, как люди.

глаза глубокой, меланхолической синевы.

Просто в Ватикане боялись, что, сунув нос в дела церкви, он обнаружит нечто вовсе не относящееся к данной истории

– Хочу вам кое-что сказать… – наклонился Фогель к мэру, понизив голос, словно собирался доверить ему что-то важное. – Меня учили, что существуют два отрезка времени, в которые можно что-то сделать: сейчас и потом. Отсрочка может оказаться мудрой, иногда просто необходимо как следует взвесить ситуацию и возможные последствия. Но, к сожалению, в определенных обстоятельствах излишние рассуждения могут обернуться колебаниями, а то и, того хуже, слабостью. Промедление может усугубить ситуацию. И поверьте мне, нет худшей огласки.

заурядность более приемлемой всегда делает злодей и это он в конечном итоге мастерит повествование.