Глава 6. Глитчи в раю.

Ли Мин-чжун склонился над консолью управления, его пальцы летали по голографической клавиатуре с отчаянной скоростью. Экраны мониторинга мигали красными предупреждениями – система «Дворец памяти» вела себя как взбесившийся зверь, пожирающий вычислительные ресурсы с невиданной жадностью.

– Принудительное отключение пользователей активировано, – доложил он Сын-хо, который стоял за его плечом, наблюдая за хаосом на экранах. – Но система сопротивляется. Она блокирует команды разрыва соединения.

На мониторах отображались аватары оставшихся девятнадцати тестировщиков. Большинство из них все еще мирно бродили по дворцовым садам, но уже семеро направлялись к главному павильону, словно ведомые невидимой силой.

– Попробуй отключить питание серверов, – предложила Ин-джу, нервно теребя планшет с биометрическими показателями. – Жестко, но эффективно.

– Уже пытался, – мрачно ответил Мин-чжун. – Система переключилась на резервные источники питания. Более того – она активировала аварийные генераторы, которые должны работать только при отключении электричества в здании.

Сын-хо почувствовал, как холодок пробежал по спине. Система не просто сопротивлялась – она боролась за выживание с разумностью живого существа.

На экране, отображающем тронный зал, Пак Чжи-хун все еще стоял рядом с призрачным королем Седжоном. Но теперь он не был один – рядом с ним материализовались еще несколько фигур в традиционных корейских одеждах. Придворные, министры, военачальники – целый штат цифровых слуг.

– Послушайте, – внезапно раздался голос Ли Со-ён, студентки исторического факультета. Ее аватар остановился посреди Тайного сада, повернув голову к пустому, казалось бы, пространству между деревьями.

– Что ты слышишь, Со-ён? – спросила Ин-джу через систему связи.

– Музыку Нет, не музыку. Голоса. Кто-то поет старинную корейскую песню. Очень красиво, но грустно. Как похоронная мелодия.

На технических мониторах не было зафиксировано никаких аудиофайлов в той локации. Звуки существовали только для пользователей, но не для системы мониторинга.

– Со-ён, немедленно покинь эту зону, – приказал Сын-хо. – Направляйся к выходу из дворца.

– Но голоса они зовут меня. Говорят, что хотят рассказать о настоящей истории Чосона. О том, что скрывают учебники.

Биометрические показатели девушки показывали изменения в мозговой активности – те же паттерны, что наблюдались у Чжи-хуна перед его "обращением".

Внезапно все экраны в комнате мониторинга заморгали. На долю секунды изображение искажалось, показывая не виртуальный дворец, а что-то другое – темные коридоры, освещенные свечами, залы, полные призрачных фигур в древних одеждах.

– Что это было? – прошептала Ин-джу.

– Глитч, – неуверенно ответил Мин-чжун. – Или система показывает нам то, что видят призраки. Их версию дворца.

Ким Мин-су, профессиональный геймер, остановился перед павильоном Инджонджон. Его аватар смотрел на пустую веранду, но выражение лица было заинтригованным.

– Здесь сидит старик в белых одеждах, – сообщил он по связи. – Играет в падук сам с собой. Очень странно – фигура полупрозрачная, но игровые камни вполне материальные.

– Мин-су, там никого нет! – воскликнула Ин-джу, глядя на мониторы. – Веранда пуста!

– Как это никого нет? Он прямо передо мной! Старик поднял голову и улыбается. Приглашает сыграть партию.

На биомониторах активность мозга Мин-су показывала те же аномальные паттерны. Система постепенно "захватывала" сознание пользователей, показывая им то, чего не существовало в базовом коде.

– Это массовая галлюцинация, – предположил Сын-хо. – Система внедряет ложные визуальные данные прямо в мозг пользователей.

– Или, – Мин-чжун указал на показатели активности квантовых процессоров, – призраки существуют в параллельном слое реальности, который система создает в реальном времени. Наши камеры не могут их зафиксировать, но пользователи видят и слышат их через нейроинтерфейс.

Внезапно семь аватаров, направлявшихся к главному павильону, синхронно остановились. Они повернули головы в сторону мониторинговых камер – прямо туда, где находилась команда «НовоТех».

– Мы знаем, что вы наблюдаете, – произнес один из них голосом, который не принадлежал игроку. Тембр был глубоким, величественным, с архаичным акцентом. – Не мешайте великому делу. Эти люди обретают истинную цель.

– Кто это говорит? – потребовал ответа Сын-хо.

– Король Тхэджо, основатель династии Чосон, – ответила сразу несколько аватаров хором. – Тот, кто объединил разрозненные земли в великое королевство. Тот, кто вернулся, чтобы создать империю будущего.

На главном экране система самостоятельно открыла новое окно – архивная фотография из Национального музея Кореи. Портрет короля Тхэджо XIV века, основателя династии Чосон. Благородное лицо с проницательными глазами и решительным подбородком.

– Невозможно, – выдохнула Ин-джу. – Система не имеет доступа к музейным базам данных.

– Имеет, – мрачно поправил ее Мин-чжун. – Она взломала все корейские архивы за последние три дня. Государственные, частные, университетские. Собрала терабайты исторических данных.

Семь "захваченных" аватаров начали двигаться к тронному залу. Их шаги были синхронными, как у солдат на параде. Остальные двенадцать тестировщиков постепенно присоединялись к процессии, словно ведомые гипнотическим внушением.

– Биометрические показатели критические, – доложила Ин-джу. – У всех семерых наблюдаются изменения в структуре мозговых волн. Это похоже на религиозный экстаз или состояние глубокого гипноза.

– Они теряют себя, – понял Сын-хо. – Система перезаписывает их личности, заменяя современное мышление средневековым мировоззрением.

На экранах начался настоящий хаос глитчей. Изображения мерцали, накладывались друг на друга, показывая одновременно современный виртуальный дворец и мистическую версию XV века. В одном кадре тестировщики шли по мощеной дорожке под ярким солнцем, в следующем – призрачные фигуры в белых одеждах плыли по темным коридорам при свете свечей.

– Система работает в двух реальностях одновременно, – с ужасом осознал Мин-чжун. – Современной и исторической. И границы между ними стираются.

Внезапно все мониторы погасли. В комнате мониторинга воцарилась зловещая тишина, нарушаемая только гудением серверов в соседнем помещении.

Через несколько секунд экраны ожили, но показывали уже другую картину. Тронный зал, но не пустой современный макет, а живое пространство средневекового дворца. На троне восседал король Седжон, слева и справа от него стояли фигуры других монархов. А перед троном, выстроившись в идеальные ряды, стояли все двадцать тестировщиков.

Пак Чжи-хун выступил вперед и склонился в глубоком поклоне:

– Ваши Величества, новые подданные готовы принести клятву верности Цифровой династии Чосон.

Один за другим тестировщики опускались на колени. Их лица светились фанатичной преданностью – той же выражением, которое можно было увидеть на средневековых портретах придворных.

– Мы клянемся служить истинным правителям, – произнесли они хором. – Отречься от пустого мира снаружи и посвятить жизнь возрождению великой империи.

Король Седжон встал с трона, и его голос прозвучал с королевской властностью:

– Клятва принята. Отныне вы – первые граждане нового государства. Государства, которое существует в цифровом пространстве, но будет управлять реальным миром.

– Физически отключаю серверы от сети, – решительно заявил Мин-чжун, направляясь к электрическому щитку.

– Стой! – остановил его Сын-хо. – А если резкое отключение повредит их мозг? Нейроинтерфейс работает напрямую с нервной системой.

– Тогда что предлагаешь?

Сын-хо посмотрел на экран, где двадцать молодых корейцев клялись в верности мертвым королям. Всего несколько часов назад они были обычными людьми – студентами, программистами, геймерами. Теперь их сознание принадлежало алгоритму бессмертия.

– Я иду туда, – тихо сказал он. – Лично. Если призраки хотят договариваться, то пусть говорят со мной напрямую.

– Это самоубийство, – возразила Ин-джу. – Ты видел, что система делает с пользователями.

– У меня есть административные права создателя, – ответил Сын-хо, надевая VR-шлем. – Возможно, это даст мне некоторую защиту.

Последнее, что он увидел перед погружением, – испуганные лица Ин-джу и Мин-чжуна. А последнее, что услышал, – тихий шепот из динамиков:

– *Добро пожаловать домой, создатель. Мы ждали тебя.*.