– Вот, держи. Это имбирный морс. Тебе понравится, – затем указал на оставшиеся два и добавил: – А это, чур, мое.

И, подняв один из сосудов, перелил часть содержимого в глиняную кружку. Затем ловким движением опрокинул кружку в себя и, довольно покряхтывая, подмигнул Егору.

– Не зевай, малец. Давай, налегай на мясо и овощи.

Немного смущаясь, Егор показал на свои вымазанные в крови и земле руки и спросил:

– Умыться где можно?

Ахальо на мгновение задумался и кивнул в сторону бочки.

– Вот в ней и умывайся. Не бойся, у меня тут чисто.

Покачав головой, словно сомневаясь в последних словах чародея, Егор подошел к бочке и зачерпнул воды. Поднес к лицу и принюхался. Вроде чистая и ничем не пахнет. Умывшись, он вернулся к столу и, отбросив в сторону всяческие приличия, руками схватил кусок мяса, и вцепился в него зубами.

– Как поешь, переоденься в это.

С этими словами чародей достал из-за пазухи сверток с одеждой и бросил его на кровать.

– Нечего шастать по замку в твоей диковинной одежде, а то могут возникнуть ненужные вопросы.

Егор кивнул и продолжил обед.

Выпив еще одну кружку содержимого кувшина, Ахальо откинулся на стуле, закурил и с покровительством принялся смотреть на мальчика.

Закончив с едой, Егор облокотился на спинку стула и осоловело посмотрел на чародея. Он громко икнул и, словно смущаясь, прикрыл рот ладошкой. Ахальо это очень развеселило, и его лицо расплылось в широкой ухмылке.

Раздался хлопок, и в воздухе появился старый знакомый Аглизс. Две пары глаз сразу же уставились на вернувшегося демона.

– Ну и задачку ты мне задал, – капризно пропыхтел демоненок, делая вид, что оттирает со лба капли пота. – Следовало бы снять с тебя еще полпроцента за такие поиски.

– Не томи, давай! – воскликнул Ахальо, потирая руки. Он словно учуял возможность легкой наживы. – Нашел чего?

– Нашел, – передразнил его демон. – Да так, что ты ахнешь, когда все узнаешь.

– Ну, – нетерпеливо подначил чародей.

– Склик на болотах гну, – показал язык Аглизс. – Или ты дашь мне возможность спокойно все рассказать, или мы прощаемся.

И демоненок сделал вид, что собирается раствориться в воздухе.

– Стой! – испуганно закричал Ахальо. – Все, я тебя не перебиваю. Рассказывай!

Аглизс развалился в воздухе в невидимом шезлонге, обвел присутствующих торжественным взглядом и медленно произнес:

– Ваши овации, господа, я нашел соплеменника этого мальчика. Некий Юргиус. Довольно известный человек в своих кругах. Меценат, гражданский независимый советник Корпорации Чародеев, действительный член гильдии торговых мастеровых с правом вето в вопросах торговли и просто замечательный человек. Хотя, хм, человеком назвать его сложновато. Несмотря на то, что он никак не афиширует свое присутствие в этом бренном мире, мои коллеги рассказали, что он топчет нашу землю уже около двух сотен лет, а это, согласитесь, довольно странно для обычного смертного. Хотя, учитывая его тесные связи с Корпорацией, я бы осмелился предположить, что на нем заклятия вечной молодости и бессмертия. Что, конечно же, и является неким нарушением закона о внутренней этике Корпорации Чародеев, но не возведено в ранг особо опасных проступков. Говорят, этот Юргиус прибыл в наш мир довольно странным образом, на некой железной конструкции, способной летать между мирами. Именно из-за этого странного обстоятельства многие причисляют его к посланнику Юраги – Железного бога. По крайней мере, теурги говорят об этом. Что касается демонов, то мы не лезем обычно в такие дела, но, – Аглизс поднял вверх указательный палец, – опять-таки со слов одного из своих коллег мне удалось узнать, что эта некая железная конструкция ранее относилась к одной из категорий демонов, для которого среда нашего мира оказалась смертельной, и он погиб, едва сделав вдох.

В комнате повисла тишина. Каждый думал исключительно о своем. Егор пытался понять смысл сказанной только что речи, а Ахальо судорожно пытался разработать план, как поскорее добраться до этого загадочного Юргиуса. Хотя он вроде как слышал раньше это имя, в контексте так называемых городских легенд.

– Послушай, Аглизс, – спросил чародей демона. – А где живет этот самый Юргиус, и как до него добраться?

Демоненок широко улыбнулся и озорно подмигнул Ахальо.

– Раз-два и сразу в дамки, да? – ухмыляясь, спросил он. – Мой ответ – и твоя задача упростится, да?

Чародей грозно посмотрел на демона и погрозил ему пальцем.

– Но-но, мы договаривались, помнишь?

– Что-то такое было, – Аглизс наклонил голову набок и лукаво посмотрел на Ахальо. – Ладно, запоминай. Где находится Юргиус весной и летом, обычно никто не знает. Говорят, проводит время, путешествуя по миру и решая свои финансовые вопросы, и поймать его очень сложно. Он как птица-веретено – сегодня здесь, а завтра там.

Увидев отчаяние на лице Ахальо, Аглизс ухмыльнулся и продолжил:

– Но с середины осени и до конца зимы он обычно проводит время со своей женой в южной резиденции в Йогльдире. А учитывая, что сейчас исход лета, то, скорее всего, ты как раз поспеешь на юг к исходу осени, началу зимы.

Чародей почесал затылок и проворчал:

– Легко сказать. До юга еще добраться надо.

– Может, тебе организовать экспедицию? – услужливо предложил Аглизс. – За пятнадцать-двадцать процентов…

– Не надо! – проревел Ахальо и, вскочив на ноги, заходил по комнате, нервно приглаживая волосы на затылке. – Думаю, мы сами справимся.

– Как хочешь, – демон пожал плечами. – Мое дело предложить.

С этими словами он исчез, оставив за собой шлейф конфетти.

– А почему после него остаются цветные бумажки? – нарушил молчание Егор.

– А? – вздрогнул Ахальо. – Не знаю. К делу это не относится.

Он подошел к столу, взял кувшин и вылил остатки вина в кружку. Взболтав содержимое, чародей одним махом проглотил хмельной напиток и трясущимися руками достал сигарету. Закурив, он выпустил струйку дыма и схватился руками за голову.

– Надо же, в Йогльдире, – прошептал он и снова затянулся.

– А это далеко, да? – робко спросил Егор.

– Очень, – кивнул в ответ Ахальо, уставившись немигающим взглядом на стену.

Докурив, Ахальо бросил окурок в пустой кувшин и немного плеснул в кружку из второго. Сделав небольшой глоток, он поднялся на ноги, потянулся и изобразил на своем лице некое подобие улыбки.

– Не кисни, малец. Дядя Ахальо что-нибудь придумает.

– Угу, – промычал в ответ Егор, безучастно смотря на чародея.

Мужчина прошел к пологу, разделяющему комнату на две части, и отдернул его. Егор с любопытством посмотрел на открывшуюся картину и испытал нечто вроде разочарования. Он ожидал увидеть кабинет чародея, оборудованный чем-то вроде химических приборов. На самом деле, закрытая половина представляла собой не менее захламленный закуток, единственным отличием которого были полки, висевшие вдоль стен. На полках тоже в хаотичном беспорядке валялись всякие склянки, пузырьки и мешочки. Тяжело вздохнув, Егор подошел к кровати и развернул сверток с одеждой. Там оказались штаны, рубаха с широким воротом и что-то вроде холщовой курточки. Все это было пошито из грубой серой ткани. Немного поразмыслив, Егор снял свою родную одежду и натянул новую.

Тем временем, зарывшись едва не с головой в кучу хлама, Ахальо принялся что-то яростно искать, время от времени оглушительно чихая от поднявшейся вверх пыли. Наконец он вынырнул, держа в руках устрашающего вида сверток.

– Уф, а я думал, что заложил его. Ан нет, цел, чертяка.

Улыбаясь, словно ребенок, доставший конфету, чародей вытащил сверток на серединку комнаты и развернул его. Пыль засверкала на солнце и заклубилась по полу. Сверток оказался выцветшим полинялым ковром. Некогда он был зеленого цвета с красными полосками по бокам, теперь один только его вид вызывал чувство жалости и обреченности.

– Что это? – брезгливо спросил Егор.

– О-о-о, мой друг, – отрясая руки от пыли, протянул Ахальо. – Сия чудная вещь досталась мне от одной почетной вдовы в Высь-Граде за, хм, в общем, за определенные заслуги.

– И зачем он Вам?

– И нам и вам, – рассеянно сказал чародей, разглаживая побитый молью антиквариат руками. – Черт, надо же, прохудился.

Ахальо засунул в дырку руку и присвистнул от вида нанесенных временем повреждений.

– Ну да ничего, это дело легко поправимое. Только вот…

Мужчина отложил ковер в сторону, встал и вновь зарылся с головой в залежи своего барахла. Наконец он вылез, держа в руках деревянную коробочку с причудливым узором на крышке. Егор подошел поближе, чтобы рассмотреть находку. Ему было все в диковину в этом мире. Чародей откинул крышку, и мальчик увидел две иголки, большую и маленькую, а также здоровый моток черных ниток.

– Можно посмотреть? – спросил мальчик и, увидев утвердительный кивок чародея, осторожно взял в руки большую иголку.

Егор успел заметить, что нигде не видит железа, и ему стало интересно, из чего сделана игла. Зажав между большим и указательным пальцами правой руки, он покрутил иголку из стороны в сторону. На ощупь она была прохладной и напоминала пластик. Только, по всей видимости, очень твердый пластик. Он коснулся кончика и вздрогнул от боли – иголка была острой.

– Ой, – воскликнул он. – Из чего она сделана?

Усмехнувшись, Ахальо взял из рук мальчика иглу и коротко ответил:

– Из склика.

– Из чего? – не понял Егор.

– Из склика, – повторил чародей.

Немного замешкавшись, Егор захотел задать еще один вопрос, но передумал, решив, что все равно не получит понятный ему ответ.

Тем временем Ахальо размотал нитки, отмерил необходимый ему кусок и вдел нитку в иглу. Затем взял в руки ковер, развернулся в сторону окна и принялся делать стяжки.

Егор, тяжело вздохнув, прошелся по комнате, затем поставил табурет к проему окна, встал на него коленями и высунул голову на улицу.

Солнце медленно катилось к закату, расплескав золотые кляксы по крышам окрестных домов и макушкам деревьев. Теплый ветерок, наполненный свежестью приближающейся грозы, трепал волосы мальчика и играл с застиранными занавесками. Егор подставил ветру свое лицо и замер от удовольствия. За спиной мальчика послышалось ворчание и замысловатые ругательства.

– Нет, так дело не пойдет, – проворчал Ахальо и отбросил в сторону ковер с торчащей сбоку иголкой. – Глаза уже ни к черту.

Он покосился на клонившийся к закату солнечный диск, в сердцах отбросил иголку с нитками, встал и сладко потянулся. Затем подошел к столу, вылил остатки вина в кружку и залпом допил его. После чего зажмурил один глаз и с грустью на лице заглянул в пустой кувшин.

– Да-а-а, – протянул чародей. – На сегодня, по всей видимости, придется отложить штопку ковра.

Он оглянулся на Егора и виновато улыбнулся.

– Куриная слепота, малец, понимаешь, да?

Егор пожал плечами и вновь отвернулся к окну. Его неудержимо влекло к странным полусферам за крестьянскими полями. Особенно к той, что была разрушена каким-то местным богом.

– Ладно, – прокашлявшись, сказал Ахальо. – Надо бы провизии в поход закупить, да так, по мелочам.

– Угу, – пробормотал Егор, не отрывая взгляда от холмов.

– Мне бы это, – замялся Ахальо, – аванс какой-нибудь небольшой. Чтобы закупиться.

– Угу, – рассеянно промычал мальчик.

– Егор! – Ахальо повысил голос, и, вздрогнув, Егор обернулся на крик мужчины.

– Что? – спросил он.

– Мне надо взять немного железяк с твоей рубашки, чтобы купить запас еды в дорогу. Можешь дать?

– Могу, – ответил Егор и спрыгнул с табуретки.

Он подошел к кровати, взял кольчугу и попытался открутить несколько колец. Безрезультатно, только ногти пообломал, да расцарапал пальцы.

– А Вы сами не можете взять? – пробурчал Егор, протягивая кольчугу чародею.

Ахальо побледнел и замахал руками в ответ.

– Нет-нет-нет, ты сам, – взволновано проговорил он.

– Жаль, конечно, – вздохнул мальчик и продолжил крутить колечки в разные стороны, пытаясь разжать их.

После нескольких минут мучений Егор наконец-таки рассоединил гроздь из трех колец и протянул ее чародею. Это стоило ему глубокого пореза на большом пальце.

– Сейчас еще попробую, – пробормотал мальчик, засовывая окровавленный палец в рот.

– Не надо, – покачал головой Ахальо. – Этого хватит с лихвой.

Он бережно положил добычу за отворот своей рубахи, схватил плащ, шляпу и торопливыми шагами выскочил из комнаты.

– Я скоро вернусь, – прокричал чародей, перекрикивая шум своих шагов по лестнице. – Никуда не уходи!

– Куда мне идти? – вздохнул мальчик и вернулся к окну.

Ахальо вернулся глубокой ночью.

Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, из-за темной полосы леса появилась кроваво-красная луна. Она медленно и величаво прокатилась по небосводу, а вслед за ней её место заняла голубая луна с кольцами, как у Сатурна. От увиденного зрелища у Егора захватило дух. Он никогда ничего подобного не видел в своей жизни. Затаив дыхание, мальчик наблюдал за спутниками этого необычного мира и непривычным звездным небом, на котором никак не мог найти ни одного знакомого созвездия. Егор так и уснул, сидя у окна и склонив голову на деревянный подоконник.

Ни скрип дверей, ни пьяное бормотание чародея не разбудили мальчика, настолько крепким был его сон.

– Малец, ты уснул? – заплетающимся голосом спросил Ахальо и, сделав два широких шага к столу, опустил на столешницу высокий глиняный кувшин.

Раздался тихий всплеск и вздох досады.

Ахальо снял шляпу и бросил ее на стул. Туда же отправился и плащ. Развернувшись, он прошаркал к кровати и одним движением руки смел все на пол.

– Утром разберусь, – рассеянно пробормотал мужчина и подошел к окну.

Аккуратно, словно боясь навредить, он взял мальчика на руки и положил его в расправленную кровать, после чего накрыл покрывалом и даже подоткнул его по бокам.

– Спи, малец, Ахальо пока подумает, как нам быть дальше, – прошептал чародей и неровным шагом проковылял до стола.

Там он с размаху опустился на стул, не замечая под собой ни шляпу, ни плащ, пододвинул кувшин и кружку к себе. После недолгого раздумья мужчина налил себе вина, покрутил в руках стакан и залпом осушил его. Затем пошарил за пазухой и выудил оттуда деревянный портсигар.

– Спи, малец, – тихо повторил Ахальо и достал последнюю сигарету.