Цитаты из книг автора «Дмитрий Глуховский»

Да, еще три патрона, но что такое три жалких патрона, если отдаешь их за пиалу искрящегося эликсира, примиряющего тебя с несовершенством этого мира и помогающего обрести гармонию?.. Отпивая бражку маленькими глоточками, оставшись наедине с собой в тишине и покое впервые за последние несколько дней, Артем попытался восстановить в памяти произошедшие события и понять, чего же он добился и куда ему теперь идти. Еще один отрезок намеченной дороги преодолен, и он опять оказался на перепутье.

Нельзя, Артем. – Открывай. Открывай, говорю.– Начстанции сказал… Сказал, не выпускать никого.– Ты за идиота меня, что ли? Кого – никого? Кого это – «никого»?– У меня – приказ! С целью защиты станции… От облучения… Не открывать. Приказ у меня. Понимаешь?!– Тебе Сухой приказ дал? Тебе мой отчим такой приказ дал? Открывай давай.– Мне же по шапке из-за тебя, Артем…– Ну я сам тогда, если ты не можешь.– Алло… Сансеич… Да, на пост… Тут Артем… Ваш. А что я с ним сделаю-то? Да. Ждем. – Настучал, а? Молодец, Никицка. Настучал. Отвали! Я открою все равно. Все равно пойду!

– Вдохновение – от слова «вдох», – сказала Александра, и неясно было, спрашивает она или утверждает. – Зачем тебе вдыхать такое? Что это тебе даст?

Весь мир лежит в руинах. Человечество почти полностью истреблено. Радиация делает полуразрушенные города непригодными для жизни. А за их пределами, по слухам, начинаются бесконечные выжженные пустыни и дебри мутировавших лесов. Но никто не знает наверняка, что там.

Могло ли так быть в действительности, что упорство, с которым он продолжал свой путь, влияло на дальнейшие события? Неужели решимость, злость, отчаяние, которые побуждали его делать каждый следующий шаг, могли неизвестным образом формировать действительность, сплетая из беспорядочного набора происшествий, чьих-то поступков и мыслей стройную систему, как сказал Сергей Андреевич, превращая обычную жизнь в сюжет?

Судя по тому, что творилось на земле с момента ее… эээ… сотворения, богу свойственна только одна любовь: он любит интересные истории. Сначала устроит заваруху, а потом смотрит, что из этого выйдет. Если пресновато получается, перцу добавит. Так что прав был старик Шекспир: весь мир – театр. Вот только вовсе не тот, на который он намекал, – заключил он.

«Память человеческая подобна песку в пустыне, – думал Николай Иванович. – Цифры, даты и имена второстепенных государственных деятелей остаются в ней не дольше, чем запись, сделанная деревянной палкой на бархане. Заносит без следа».

И, поверь, я ничего не делаю зря. Тебе может показаться, что некоторые мои действия лишены смысла и даже безумны. Но смысл есть, просто он недоступен тебе, потому что твое восприятие и понимание мира ограничено. Ты еще только в самом начале пути. Ты слишком молод, чтобы правильно понимать некоторые вещи.

Вот три кита, на которой держится наша великая держава: нефть, оружие и бабы!

Где живешь, куда идешь, во что веришь, во что не веришь, кто виноват и что делать?