Отзывы на книги автора «Дмитрий Данилов»

Под занавес прошлого года в Редакции Елены Шубиной вышел сборник современных писателей "Тело", вообще-то, название куда длиннее, а список авторов внизу страницы мог бы составить конкуренцию какому-нибудь из текстов. Признаюсь, меня-читателя зеленое лицо пивоваровского "Посвящения Вике" и обилие букв на обложке скорее отпугивало - какой-то советской плакатностью от них веет. Но рассказы, особенно когда есть возможность отщипнуть по чуть-чуть от каждого блюда на пиршестве духа, где ведущие прозаики (и некоторые поэты) поделились своим опытом переживания телесности - ну как тут устоять.

И таки да, это хорошо. Как минимум потому что масштабный проект, собравший под одной обложкой сорок авторов (финальный редакторский спич "Об авторах" тоже вполне себе рассказ, уж точно,не хуже некоторых здешних) - такой проект дает возможность получить представление о цвете российского писательства, широкой публике мало известного. Вы пока совсем ничего не читали у Варламова. Николаенко, Некрасовой, только слышали краем уха о номинациях и премиях. Но вот прочли один рассказ, подумали про себя: А с ним/с ней я бы продолжил/а знакомство," - зацепило это вас чем-то. И вот уже целенаправленно ищете авторские книги. Ну, хорошо же?

Здесь нет единого концепта: а давайте все напишем о бодипозитиве или напротив, о неприятии своего тела; о том, как мужские свиньи эксплуатируют женские тела, порабощая души или об освобожденной от назойливого мужского диктата женской телесности; о рождении или умирании; о цветущей юности или немощной старости; о бессилии изменить данные природой физические кондиции или о том. как удалось похудеть на 40 кг, просто наладив доброжелательное общение с собственным телом; о гормональных взрывах пубертата или об изменениях в связи с менопаузой. Здесь нет единства тематики, мы все живем внутри своих тел. зависим от их потребностей, воспринимаем мир сквозь фильтр собственного самочувствия, здоровья, усталости, сытости, тактильности. И все, о чем мы говорим, так или иначе касается тела. Никто не в мире чистых идей.

Нет единого для всех формата. Кто-то пишет рассказ в хрестоматийном понимании, с завязкой, фабулой, кульминацией и финалом, даже с некоторой моралью в конце. У другого эссе, зарисовка, очерк, стихотворение, пьеса, фрагмент более объемного произведения, манифест, трактат ("Отец Мороз" Авченко напрямую восходит к "Похвале глупости" Эразма). Каждый написал о том, что близко, тем способом, который близок. И конечно, не стоило бы даже мечтать об уровне, позволяющем составить реальное представление о творчестве авторов.

Я точно не полюбила бы Майю Кучерскую за пьесу "Пионы" и хорошо. что повезло прежде прочесть ее романы. Примерно то же могу сказать о фрагменте про родинку Даши Благовой (именно после него я надолго отложила "Течения"), и про "Мы с тобой одной крови" Кати Манойло. Вера Богданова намного интереснее и глубже, чем можно решить, прочитав "Антитело" Куда более адекватное представление о творчестве в целом дают рассказы и стихи Марины Степновой, Алексея Варламова, Саши Николаенко, Алексея Сальникова, Юрия Буйды, Евгении Некрасовой, Анны Матвеевой, Аллы Горбуновой, Сергея Шаргунова, Елены Колиной, Арсения Гончукова, Татьяны Стояновой, Фридриха Горенштейна, хотя последний здесь на роли свадебного генерала и гостя из прошлого. И совершенно блистательный Денис Драгунский с "После тела", в его остросоциальную прозу, с позиций представителя среднего класса, невозможно не влюбиться.

Подводя итог: я-читатель люблю рассказы за даруемую ими возможность молниеносного проживания маленькой жизни. И думаю, я такая не одна. С этой задачей сборник отлично справляется.#РЕШ_2025

Казалось бы, тема беспроигрышная – рассказы московских писателей о Москве, о Москве своего детства, все пропитано ностальгическим духом, немного умильно, сладковато, трогательно… Но не получилось. Очень много абсолютно похожих и одинаковых историй о том, как мы жили в Гнездниковском, на Патриках, в доме Нирнзее, в Спасоглинищевском или Кривоколенном, а мимо шел знаменитый композитор Богословский или писатель Серафимович или актер Жаров или певец Собинов, он же троюродный кузен второй жены моего деда. Я рада, что авторы так удачно жили, но Москва отнюдь не заканчивалась в пределах Бульварного кольца и в ней были и окраины, и рабочие кварталы. И эти истории для меня были гораздо привлекательнее, чем написанные словно под копирку истории о домах исторического центра. Или рассказ о горячих бубликах Дениса Драгунского, тех самых, о которых писал его отец – «они, небось, чай с бубликами попили и легли спать» Или «Сретенские стихи» Вероники Долиной (тут я, возможно, необъективна).

И злил неумолчный стон, разлитый по страницам книги – «Москва, которую мы потеряли»
Да не Москву мы потеряли! Детство наше мы потеряли, ушло, неумолимо и навсегда. И не в снесенном доме было это детство, а в тех воспоминаниях, что отзываются в сердце. И говорите что хотите, но Арбат для меня не был моим Арбатом, я не жила там, у меня не было друзей в Арбатских переулках, и перестроенный Арбат для меня так же отстранен, как и старый Арбат. А трепетать потому что «Здесь когда-то Пушкин жил, Пушкин с Вяземским дружил» я не умею. А вот двор моего детства скоро рухнет под ковшом экскаватора в рамках проводимой реновации и то сказать, странно, что до сих пор уцелела эта крупнопанельная малогабаритная шлакоблочная хрущевка–двушка с четырехметровой кухней, в которой мы вчетвером прекрасно размещались…. Но кто будет страдать по облезлой пятиэтажке в Узком переулке? Даже жильцы покинут его с удовольствием. Впрочем, это я очень здорово отвлеклась

Хотя не исключаю, что восторженным почитателям жанра городского романса все это очень понравится. Да еще и иллюстрации замечательные. С мелкими деталями, тщательно проработанные, с подробностями, такой эффект узнавания, как в детских книгах. Спасибо Алене Дергилевой за еще одну отсылку к детству

Не читаю антиутопии, но тут заинтересовала аннотация, да и книга небольшая. Но после прочтения я совершенно не поняла посыл автора. Задумка мне понравилась - в недалеком будущем тюрьма для смертников превращается практически в санаторий с полным обеспечением, где смертная казнь заменена на пулемет, мимо которого ты должен проходить ежедневно. Но выстрелит он и разнесет тебя в куски в любой момент или нет, решает случай, который может произойти, а может и нет и ты можешь в достаточном комфорте прожить всю жизнь.
Реализация этой задумки мне показалась абсолютно бестолковой и бессмысленной. Как то все началось и закончилось ничем. Социальные проблемы затронуты очень поверхностно, больше разговоров, да и те ни о чем. Еще и слог у автора очень своеобразный, он просто рубит фразы, частенько используя повторения. В итоге не понравилось, читать автора далее желания нет.

Сборник рассказов от разных авторов, коренных москвичей.
Рассказы неоднозначные. Понятно, что это заказ от издательства. Но много историй очень и очень симпатичных.
В основном, это воспоминания детства, о той Москве, которой уже, к сожалению, нет.
О Сандунах. О бубликах и брынзе. И тех домах, которые безжалостно сносились или фактурно перестраивались. Вот видим мы сейчас и Арбат, и Пречистенку, и Замоскворечье, и Сретенку... Видим, да. Только вот те, которые жили там несколько десятков лет назад, уже и не узнают родные улицы.
И это печально. Но очень интересно прочитать воспоминания этих людей.
Я не заморачиваюсь. Конечно, города меняются. Особенно крупные Мегаполисы. Слава Богу, уходят в небытие коммуналки, колонки во дворе, убогие дворы, подвалы и фасады старых домов. Но как же жаль, что эти дома и дворы не восстанавливают, не реконструируют, а просто тупо продают для ... Кого? Понятно, да?!
Моя дочь училась в Академии, главный корпус который находился в Замоскворечье (и довольно-таки давно, прямо за Третьяковкой). Через два года, они уже обитали в Измайлово и подмосковных городах.
Но это не важно.
Меня поразило, что как по-разному все относятся к одному и тому же городу! Всё-таки у каждого он свой. Не всегда любимый, но родной.
Было интересно!

Я чуть не влюбилась в эту книгу, но хороший конец помешал. Самой странно, но увы.
Вообще книга очень странная - по "верхнему слою" это реально ни о чём, или "что вижу, о том пою". Автор ездит в разных поездах и описывает то, что видит, либо то, что приходит ему в голову. Причём никаких красивых описаний, ни в коем случае, это больше похоже на перечисления (как я понимаю, примета фирменного стиля автора). Не знаю, как бы я отреагировала на такой текст в читалке, но я слушала аудиоверсию. Илья Усачёв своим голосом чуть ли не погружал меня в медитацию (тревожные музыкальные заставки мешали, кто их придумал?). Идеальный эффект - автор своими поездками добивался примерно такого же состояния. У него и причина была. Очень скоро становится понятно, что он таким способом проживает тяжесть утраты близкого человека. Вполне возможно, что в книге ещё полно смыслов, но мне хватило этого. И если автор в итоге со своим грузом справился, то мой груз, каким бы он ни был, остался со мной, и к финалу наши пути разошлись. Осталось такое вот странное ощущение - вроде бы всё кончилось, по уму, хорошо и логично, но надо было по-другому. Не знаю как, но по-другому.
Определённо могу посоветовать книгу любителям железных дорог, ностальгии, нестандартной современной прозы и аудиоверсий с приятным голосом и размеренным исполнением. Сама попробую следующую книгу Данилова прочитать как обычно и сравнить эффект.

Вагончик тронется, перрон останется.

Дмитрий Данилов известен давно, хотя в основном не широкой публике, а ценителям театралам. После феерического прошлогоднего успеха романа "Саша, привет" о нем узнали примерно все, и я со всеми. Прочла пьесу "Человек из подольска", удостоенную "Золотой маски", а значит, о Данилове прозаике и драматурге минимальное представление имела. Вчера пришлось много ездить, в том числе на электричке, чем не повод познакомиться с Даниловым эссеистом и очеркистом?

"Пустые поезда 2022 года" сборник путевых историй, ядро которых - поездки по железной дороге в память о маме, не пережившей в двадцатом последствий ковида. осложненного инсультом. В отличие от Стивена Кинга, например, автор любит поезда, с детства много ездил на них, очень часто с мамой, книга начинается новеллой "Бологое-Осташков-Бологое", герой которой безуспешно пытается дозвониться из поезда до больницы, чтобы узнать о самочувствии мамы: то связи нет. то занято, потом таки дозванивается, и вроде какая-то смутная надежда появляется. Вот если бы маму забрать домой и ухаживать за ней там -дома стены помогают, но с этим долбаным ковидом все непросто. Знаю, потому что у меня муж лежал после инфаркта в двадцатом, и даже навещать никак нельзя было, только передачи в строго определенные часы.

Следующая новелла "Псков-Дно"- это уже начало жизни, в которой мамы нет и долгого прощания с ней. Каждая следующая поездка включает немного истории железных дорог: когда строилась ветка, какие по ней ходили поезда, какие составы (я прежде ничего не слышала о рельсовых автобусах), об истории станций, как было как стало, почти ничего о природе, кое-что о попутчиках, сдержанно о воспоминаниях, связанных с путешествиями в этом направлении. Минимум оценок и эмоций, спокойная констатация. В русской литературе, так уж сложилось, тема железной дороги значима, от некрасовского "а по бокам - то, все косточки русские" и станции Астапово до "подъезжая к станции у меня слетела шляпа", бесконечного Курского вокзала Венички и быковского "ЖД".

Данилов продолжает и переосмысливает традицию, его путешественник "из обеспеченных", который вполне может позволить себе быстрый перелет из точки А в точку Б, ездит по стране на транспорте эконом-сегмента не из бережливости, но во исполнение некоего самому себе назначенного зарока проститься с мамой. И за всеми этими перемещениями исподволь рождается ощущение невосполнимой утраты, которая больше, чем потеря близкого человека, и распространяется на всю эту прикованную к рельсу нацию, даже и не понявшую, что потеряла.

Редкое умение драматурга, сказать всё, ничего не говоря, и Дмитрий Данилов владеет им мастерски

Решил вместо того, чтобы идти на пары, заглянуть в Stars Coffee и на несколько часов, наслаждаясь музыкой в наушниках и произнеся "мне большое капучино, пожалуйста", погрузится в чтение сборника стихотворений Дмитрия Данилова "Как умирают машинисты метро". Впечатления от прочтения оказались чрезвычайно приятными. Покорил этот стиль - белый стих, лишенный знаков препинания, который прекрасно читать под какой-нибудь лоу-фай. Это, по сути, речитатив, который течёт так же плавно, красиво и равномерно, как текст в песнях Гришковца. За кажущейся мрачностью стихотворений (часто встречается тема смерти или какие-то мрачновато серые картины бытия, то зима и снег, то неизведанность, и неизвестность и пустота космоса и пространства) стоит, на самом деле, идея - что всё хорошо, ничего страшного нет, что за смертью не следует конец, что в серой повседневности то тут, то там мелькает надежда, что за всем этим есть будущее. Что-то есть в этих стихах такое медитативное, что поглощает и успокаивает. К некоторым стихотворениям буду возвращаться, некоторые из них даже обладают неким терапевтическим эффектом. Давно не читал сборник стихов с таким удовольствием и интересом, очень помогла музыка. Включил волну музыки "Serenity", сгенерированную ИИ в Яндекс Музыке, и только её и слушал. Хорошо вписывается в стиль и настроение. К прочтению рекомендую. Перечислю наиболее понравившиеся стихотворения: "Как умирают машинисты метро", "Переключатель", "Железнодорожный переезд", "Белка и стрелка", "Египетский патерик", "Лучшие дни", "Грустная музыка во Владивостоке”, “Странные ангелы”, “Настоящий флаг России”, ‌”Доброе дело”. Не судите эту рецензию строго, она написана больше для себя, нежели для кого-то другого.

Раздумывая над тем, что же такое выбрать по заданной теме, наткнулась на данную книгу и после этого нырнула просто в неё с головой. Вот люблю я книги про путешествия на поездах, особенно это когда не что-то выдуманное, а реальное, живое, настоящее. И у автора прекрасно получилось это ощущение мне подарить.

Маршруты в книге разные, впечатления тоже разные и это очень интересно. Я сама, очень люблю ездить на поезде, моё детство и юность прошли в поездках с родными, с мамой, и меня эти путешествия завораживают, ну если не считать то, что меня после поездок всегда штормит и укачивает, но это так, мелочи. Поэтому, мне было совершенно не важно куда автор тут путешествовал, маленькие это были поездки или большие, главное они доставляли ему удовольствие, ну и мне, соответственно тоже.

Очень много тут внимания уделено прошлому, воспоминаниям, впечатлениям и это неспроста, потому что тут огромная благодарность именно маме автора. Признаюсь честно, я на финальных строчках просто плакала, прекрасно понимаю чувства автора, потому что у самой дедушки не стало в прошлом году и это тяжело, а вместе с тем жизнь продолжается и не заканчивается и снова поезда и дорога.

Перед нами сборник эссе разных авторов, которых связывает одно – московское детство. Все авторы в разное время родились в Москве и, как я поняла, специально для этого проекта записали свои воспоминания о городе своего детства, а точнее – о конкретных районах, улицах, домах, которые в детстве составляли целый мир.

Так из кусочков складывается неполная карта Москвы. Дополняется она чудесными иллюстрациями – акварелями Алены Дергилевой. Пожалуй, именно иллюстрации понравились мне больше всего. На них Москва – абсолютно непарадная и очень живая. Каждый рисунок – сценка из жизни города, в которой не только красивые старинные стены или резные двери, но и яркие вывески, которые завтра сменятся другими, куда-то спешащие люди в характерных или странных нарядах, снежные сугробы, какой-то мусор, который еще не успели убрать, уличные коты, автомобили. И в каждой иллюстрации есть какая-то история, какая-то суета, кто-то торопится, кто-то просто занят своим делом – в общем, есть жизнь, очень московская жизнь.

Что же касается текста, эссе получились разными. Это непростой жанр, я думаю, сложнее обычного рассказа. Нужно рассказать о городе и о своем детстве, не опираясь на сюжет или обычную композицию рассказа, но рассказать интересно для незнакомых людей. Одни авторы с задачей хорошо справились, других читать было трудновато из-за специфического стиля, третьи и вовсе сбились на какие-то бессвязные перечисления знаменитых людей, которые жили с ними в одном доме, а также своих родственников и соседей, перемежая родню сетованиями о том, что солнце раньше было ярче. Лучшие эссе получились у тех авторов, которые отвлеклись от полуабстрактных воспоминаний и не пытались объять необъятное, а вспомнили какой-то характерный случай, ритуал, явление, соответствующее эпохе. Например, горячие бублики с маслом у Драгунского или поход с отцом в баню у Гаврилова.

Вообще у сборника есть общее настроение, внутренняя связь, и это хорошо. Но с моим мировоззрением это связующее звено как раз совсем не совпадает. Практически у всех авторов звучит мысль, что Москва уже не та, Москву уничтожают, город теряет индивидуальность, и так далее и тому подобное. Мне как раз кажется, что в последнее время Москва преображается в лучшую сторону – есть, разумеется, и минусы, причем серьезные, но в целом вот такое позитивное ощущение. И более того, мне никогда не были понятны стремления сохранить в неприкосновенности каждый дом и каждый камень, рядом с которым когда-то стоял, например, А.С. Пушкин в течение пяти минут. Город живет, меняется, обновляется, в нем должно быть место как наследию, так и наследникам. Иначе он развалится и превратится в пыль.

Сборник в целом неплохой, хоть и не все эссе я бы назвала удачными, но видимо, я не попадаю в аудиторию, которой он адресован. Мне видится скорее читатель старше меня, который не будет пытаться узнать о старой Москве, а скорее мысленно дополнит сборник собственными воспоминаниями и чувством ностальгии.

Внушительный коллектив из 12 авторов составил ёмкую, полезную книгу-инструкцию к начинающему писателю нон-фикшн.

За обложкой скрываются рекомендации по созданию:

Литературной рецензии (Галина Юзефович);
Биографии/автобиографии (Дмитрий Быков, Ирина Лукьянова, Алексей Вдовин, Екатерина Лямина);
Эссе (Александр Генис);
Рецензии на фильм (Антон Долин);
Травелога (Дмитрий Данилов);
Интервью (Ольга Орлова);
Канала в Telegram (Егор Апполонов);
Подкаста (Яна Семёшкина);
Лонгрида (Александр Горбачёв).

Каждая тема взята в отдельную главу и проработана, как вы видите, мастером своей области. На биографии выделено три автора, как следствие и три главы.

Мне очень понравилось это учебное, в некоторой степени, пособие. Множество практических советов, упражнений, а также ссылок на вспомогательный материал создало по-настоящему прикладную книгу.

К слову, полезна она будет не только в создании нон-фикш, но и станет подспорьем для некоторых элементов создания крупной прозы, вроде романа.

Советую ознакомиться с этим трудом каждому, кто получает удовольствие от писательства!