Цитаты из книг автора «Дмитрий Быков»

И появился в печати сначала без бала сатаны, потом в 1973 году с балом сатаны. И спокойно это прошло все виды цензуры. Потому что зерно, сущность этого романа идеально соответствует Советской власти.

его демонологией был. Советская власть не обладала, может быть, столь развитым головным мозгом, но со спинным у нее все было в порядке, на уровне инстинктов она прекрасно все чувствовала. Советская власть знала, где советский роман, а где антисоветский. «Мастер и Маргарита» – советский роман, хороший советский роман.

в 1938 году в России появились три великих книги. "Мастера" Булгаков заканчивал до 40-го, вносил правки, вписывал историю с Алоизием Могарычем, вписывал, вычеркивал в "Прощении и вечном приюте" большие куски и так далее.

Именно поэтому знаменитая булгаковская лестница была расписана словами "Воланд, мы ждем тебя

Есть две таких великих лестницы в русской литературе и в русской, соответственно, топографии: первая ведет в квартиру Раскольникова, в его мансарду.

Я один из тех счастливых москвичей, которые еще помнят лестницу в доме 10 по Садовой, которая вела к "нехорошей квартире

Но главная трагедия этого романа была в том, что демонология Булгакова стала почти что Евангелием для средней интеллигенции 60-70-х годов

в Париж и Барселону пошляки ездят и пачкают их своими сальными травелогами – что-нибудь типа «Необходимость путешествий» или «Невозможность путешествий», про то, как они открыли для себя Гауди или закрыли Ван Гога. А на эту вашу улицу они не приедут никогда, и это гораздо более настоящий Париж, чем тот, в который вы рано или поздно попадете. Или уже попали – и все поняли.

Смешно гоняться за ребенком с ведром черной икры, умоляя попробовать ложечку. Глядишь, втянется, и что тогда делать?

большинству. Во-вторых, нужно создать круг близких, которые, так сказать, допущены – и в каждой секте обязательно есть круг допущенных, которые понимают, что скрамливаемая большинству идея неверна, что она являет собою лишь софистику и манипуляцию, зато вот они в своем тесном круге понимают все правильным образом: людям надо дать великую обманку, чтобы они не отвлекали немногих избранных. Есть, наконец, третья категория – это