И в такую бесшумную, сухую сентябрьскую ночь, когда сквозь антрацитную черноту еще проступала кое-где золотая пыль осени, она приехала к нему по адресу, которого он не указал.
Но если даже оно предопределено, о чем заговорили в двадцатые годы почти все серьезные люди, – это не повод приближать неизбежное. Мы все умрем, но лучше не торопиться.