Цитаты из книг автора «Дмитрий Быков»

был всегда сентиментальным, всегда добрым, жалеющим эту насекомую орду, – Пелевин вернулся в «Числах» и вообще во всем сборниее «ДПП (NN)» с новым источником вдохновения: абсолютной злобой, цинизмом, который переходит всякие границы, цинизмом, переходящим даже в свою противоположность, потому что сила ненависти такова, что от нее уже один шаг до

Поэтому большинство мистических сюжетов Тургенева разворачивается вокруг вещей действительно важных, не вокруг какого-нибудь старика сладострастника и четырех его сыновей, каждый из которых по-своему Карамазов, а вокруг, например, девушки, которая после смерти умудряется влюбить в себя робкого юношу. Потому что интересны на самом деле только робкие, тонкие и трудновыразимые вещи.

я глубоко убежден, что Тургенев, ничего не говорящий нам прямо, требующий от нас очень многого, требующий думать, требующий выискивать скрытые смыслы, аллюзии, композиционные намеки, – этот Тургенев есть лучшая школа для души. А то, что он не занимается вопросами о том, хорошо ли убивать старух, или хорошо ли, например, по-долоховски брать у друга деньги и спать с его женой – так он потому этим не занимается, что эти вопросы для него ясны. Потому что все, над чем билась тогда молодая русская литература, представлялось ему, человеку воспитанному, понятным, скучным, слишком очевидным, чтобы разбирать эти вопросы.

Что такое вечность – это банька, Вечность – это банька с пауками. Если эту баньку Позабудет Манька, Что же будет с Родиной и с нами?

эти ивы шепчут ему: «Когда-то и мы и ты, любимый, были свободны, – зачем же ты создал этот страшный, уродливый мир?» Мы понимаем, что только мухоморы способны еще вернуть Татарскому хоть какое-то ощущение вечности.

заговор против России, безусловно, существовал, только в нем принимало участие все население России.

Пелевин всегда воспринимался как писатель, который принес надежду». А в 1999 году этот писатель пришел и сказал, что надежды нет.

Можно сколько угодно говорить о том, что переход всего в абсолютную сияющую пустоту есть настоящая нирвана, выход из сансары, из колеса превращений. Но дело в том, что в пустоте ужасно скучно.

Базаров умер от пореза пальца?» Ну, разумеется, он умер не от этого, он умер от того, что он не вписался в жизнь, что у него нет навыков вписываться в жизнь, вставлять себя, вглаживать, каким-то образом врастать… «Мне мерещилась, – говорит Тургенев (все замучились повторять эту несчастную цитату), – фигура сильная, цельная, до половины выросшая из земли, грубая, здоровая и все-таки погибающая…» А почему погибающая? Да именно потому, что слишком грубая и слишком здоровая, потому что она абсолютно не умеет жить с людьми.

Один Николай Петрович получает в свое распоряжение Фенечку, Митеньку, прекрасное село, в котором все идет не как надо, и Базаров-то приезжает и говорит: «Как нерационально всё устроено!» Тем не менее эта нерациональность и есть залог всего. Потому что, если там все устроить правильно, по немецкой брошюре, все в тот же день развалится, а там все держится на честном слове, поэтому работает.