– Как тебя зовут?– спросил Феликс, разглядывая юношу, который выглядел старше своих лет. Короткие, светлые волосы, слегка выгоревшие на солнце, были мокрыми и взъерошенными. Пыль покрывала его всю его голову. Немного отдышавшись, он произнес:

– Стив! Стивен Марли…

– Твои родители…они живы?– неловко спросил Джасир.

Стив бросил вдруг взгляд на аль Гази, взгляд, полный муки и страдания, покачал головой и отвернулся к окну. Джип несся быстро, оставляя позади себя город и брошенные на обочине дороги машины. Там, куда смотрел он, спокойной гладью текла река Чарльз. На деревьях давно уже распустились, словно подснежники зимой, листья. Приятно пахло свежей травой. Но Стив, словно не замечал всего этого великолепия. По его щекам вдруг потекли слезы. Он вспомнил все события последних двух часов, весь тот ужас, который испытал, в этот обыкновенный, казалось бы, ничем не примечательный, субботний день…Все молчали, ожидая, когда тот сам заговорит. И Стив заговорил через пару минут. Он резко вдруг повернулся, посмотрел сначала на Джасира, потом на Феликса и Глэдис.

– Мама моя…она, наверное, погибла,– подбородок юноши дрожал, глаза были полны слез.– Вы можете мне сказать, что происходит? – Стив вытер ладонью слезы,– Мама была дома, я гулял на улице с друзьями. Потом мы с ними пошли на баскетбольную площадку…

Дальше Стивен рассказал, как прямо на площадке, на него и на ребят, набросилось целое полчище огромных крыс. Никогда в жизни, он не видел таких огромных, и свирепых созданий. Он стоял ближе всех к забору из толстой железной сетки. В отличие от его друзей, он не растерялся и сразу же запрыгнул на забор. А его друзей крысы настигли очень быстро и буквально загрызли почти насмерть. По крайней мере, ни кто из них больше так и не поднялся. Дальше Стив просидел не менее получаса на том заборе, слушая как из дома, куда они с мамой недавно переехали, раздавались крики и призывы о помощи. Он слышал, как кричала его мама, звала его по имени. А он лишь сидел и плакал от своего бессилия, страха и злости и от того, что не может ничем помочь ей. Дальше, крысы оставили его в покое и разбежались в разные стороны. Его друзья лежали без движения. Один из них вроде бы дышал. Другой, Роки, был наверняка ранен, он немного шевелился, но подойти к нему Стивен не успел. Появившиеся откуда не возьмись крысы, снова набросились на него. Но Стив успел заметить, что третий его друг, Нильс, лежал весь посиневший, и даже, может ему это конечно показалось, начал меняться в лице. Единственное, что ему пришло на ум, это спрыгнуть с забора и, схватив лежавшую рядом бамбуковую палку, побежать к своему дому, на помощь матери. Но тут ему преградили дорогу с десяток огромных…полу гнилых крыс. Обратный путь был отрезан. И ему ни чего не оставалось, как прижавшись спиной к стене своего дома, защищать свою жизнь.

– Если бы не вы,– вздохнул Стив,– Я бы наверняка погиб,– он какое – то время помолчал и сказал с болью в голосе,– Моя мама…я должен вернуться…

Джасир положил на плечо юноше руку.

– Прости, Стив! Но…боюсь, что маме твоей уже ничем не поможешь. Прости!

– Вы…вы думаете?– тело Стива затряслось. Слезы потоком лились по его щекам.

– Мне очень жаль!– Джасир не мог найти слов, что бы как – то успокоить юношу.– Но, после укуса этих тварей…

– Вы можете мне объяснить, что происходит??– оборвал его Стивен срывающимся голосом.

Джасир уперся взглядом в лежащую перед ним дорогу.

– Д – да! Хорошо! Хорошо, Стив…я попытаюсь тебе все рассказать,– аль Гази поймал на себе в зеркале растерянный взгляд Феликса.

НЕД БИКЕНС

Солнце уже давно очертило полукруг, на чистом, без единого облака небе. Большой, черный ворон, медленно покружив над кровавым побоищем, осторожно опустился на крышу одной из разбитых, полицейских машин, не далеко, от сидящего на земле человека. Птица громко каркнула, проверяя, живой тот, или нет. Черные глаза птицы еще сверху заметили будущее пиршество. Но лишь вот этот, согбенный и застывший в одной позе человек, внушал ему беспокойство. Видя, что сидящий на земле человек не падает признаков жизни, ворон вспорхнул в низ, к одному из трупов и опустившись прямо на его окровавленную голову, ударил клювом. Еще не остывшая кровь, разожгла в нем аппетит. Ворон хотел было еще раз ударить по голове, но от резкого выстрела, эхом разлетевшемуся, по всему открытому пространству перед воротами скотобойни, от него в разные стороны полетели окровавленные перья…

Капитан Бикенс убрал пистолет в кобуру и попытался подняться, оглушенный собственным выстрелом. Нога нестерпимо ныла. Болела рука и на виске вздулась шишка. Слегка подташнивало. Дрожащей рукой он достал сотовый и набрал номер участка. Но в ответ получил лишь полную тишину. Удивленный, он набрал другой номер. То же самое. Значит, как он понял, со связью что-то случилось. Он потянулся к висевшей на плече, прицепленной к портупее рации, и попытался связаться с патрульными машинами. Но рация лишь издавала гнусное кряхтение в эфире, никто не отвечал.– Может, вышла из строя?!– подумал Бикенс. Прихрамывая и кривясь от боли, он обошел все место кровавого побоища, стараясь не смотреть на изуродованные тела сослуживцев, и выискивая глазами, чью нибудь целую рацию. Но все было тщетно. Его лишь единожды вырвало, когда он случайно зацепился взглядом за раскроенный череп знакомого офицера со своего отдела. У того остались жена и трое детей. Капитан стоял в растерянности, не зная, что предпринять. Мозг его буквально разжижился. Ему казалось, что голова вот – вот взорвется от распиравшей ее боли.

Скотобойня находилась в полукилометре от трассы, на развилке двух дорог, идущих в город. До самого города было рукой подать. Но идти туда пешком, об этом нечего было и думать. Правая нога сильно опухла и болела. Да еще и ко всем несчастьям в придачу, заныло бедро. Поначалу оно не давало о себе знать. А теперь вдруг резко заныла, словно раскаленная печка, в которую только что подбросили дров. Нед приспустил брюки. Так и есть. На верхней части бедра правой ноги красовался огромный синяк. По всей видимости, он как подал тогда, от разлетавшихся вовсе стороны кирпичей, так все себе и отбил.

– Вот ты черт!– с досадой проговорил капитан.

Произошедшее, все время, словно кошмарный сон стояло перед его глазами. Смерть его товарищей, их изуродованные до неузнаваемости тела, и не менее страшное и приводящее его в трепет, рогатое чудовище. Капитан терялся в догадках, кем мог быть этот… он не знал даже, как назвать его, демон что ли?! И откуда он появился? Его даже не брали пули. Огромный. Наверное, не меньше трех метров. Рогатый. А рожа..? Это – демон. Точно, демон. Но как? Откуда? Бикенс в мистику никогда не верил, так же, как не верил и в потусторонние силы. Но как тут можно было поспорить с очевидными фактами, с тем, что он сам только что увидел своими глазами. То, что существо было не из этого мира, это было ясно как день. Но вот вопрос: как оно сюда попало? Капитан доковылял до ближайшей, раскуроченной полицейской машины. Приложив немало усилий, для того, что бы достать из бардачка аптечку, он вынул из нее все необходимые медикаменты и сам себе оказал первую медицинскую помощь; йодом смазал ушибы везде, где только можно и жгутом перетянул щиколотку. Бикенс собрался отдохнуть еще хотя бы минут десять, а потом дойти до развилки. Вокруг скотобойни была лесистая местность, за которой протекала река и виднелись окраины города. Была, конечно, слабая надежда, что проезжавшие мимо машины не увидят – так как мешали деревья – так хотя бы услышат выстрелы. Но раз никто не появился, значит, машин никаких поблизости не проезжало. Жаль! Он лишь успел об этом подумать, как вдруг увидал, как несколько машин промелькнуло среди деревьев. Когда они вынырнули на открытое пространство, Нед с облегчением увидал, что машины были полицейскими, по крайней мере, передние три. Два черных, тонированных, джипа ехали позади. «Наверняка Федералы»,– подумал капитан. Обычно, только они разъезжают на подобных машинах.

Он сидел, прислонившись спиной к колесу разбитого форда, когда к нему подошли двое полицейских и шестеро людей в черных костюмах. Они представились федеральными агентами. Хотя могли бы этого не делать. Полицейские и так знавшие хорошо Бикенса, кивнули ему головами, не сводя изумленных глаз с побоища.

Капитан назвал себя и свое звание. Он медленно поднялся и теперь стоял, опершись об крыло разбитого форда.

– Вы можете объяснить, что здесь произошло, капитан?– спросил один из федералов, невысокого роста, с глубоко впалыми глазами и тонкими, как лезвие, губами. Его впалые глаза, то и дело бегали, не останавливаясь, по разбросанным повсюду трупам полицейских. Он старался не выдавать своих эмоций, и тем не менее, глядя на его бледный вид, было понятно, что ему не терпелось пойти самому все как следует осмотреть, но перед этим надо было опросить единственно выжившего, свидетеля. Другие агенты ФБР стояли тут же, полукругом, внимательно слушая его каждое слово. Двое полицейских давно ходили по месту трагедии, тихо о чем-то перешептываясь между собой. Они сокрушенно мотали головами. Лица их были угрюмы. Через минуту они исчезли за разбитыми стенами скотобойни.

Капитан рассказал федералам, все как было, не упуская по возможности, не одной детали. Во время всего его рассказа, лица федералов изменились, став из каменных, какими они были до недавнего времени, восковыми.

– А вы не скажете, как здесь сами оказались?– неожиданно спросил Бикенс.

Агент непонимающе посмотрел на капитана.

– Вы в курсе, что происходит в городе?– вместо ответа спросил он.

– Слышал. Но не видел. А что?

– В городе творятся ужасные вещи! Назревает настоящий хаос!– агент казалось, собирался прожечь Бикенса взглядом своих впалых, маленьких и колючих глаз.

– А виновник то же существо, что было недавно здесь?– напрягся Бикенс.– Вы знаете, где оно сейчас?

– Пока, к сожалению, не знаю! У нас собственная частота, по которой общаемся только мы. Когда нам стали поступать сведения о каком-то чудовище, наводящим ужас в городе, то мы тут же стали прослушивать все полицейские частоты. Мы следили за всем, что происходило у вас, в то же время, теряясь в догадках, что это за существо и откуда взялось. Мы нашли его через спутник. Но тут у нас пропала вся имеющаяся связь и монстр исчез. Мы до сих пор не можем понять причину этого.

– А можно это объяснить появлением …демона?– спросил вдруг Бикенс.

– Демона?– нахмурил лоб агент,– Понятия не имею. Может и так. Мы тоже вначале так предполагали. А с чего вы решили, что это…демон?

Пока они стояли, разговаривали, остальные пятеро федералов ушли обследовать место гибели полицейских. Поэтому, они остались стоять вдвоем.

– А у вас есть какие-то другие версии, кто бы это мог быть?– усмехнулся капитан.– Это же очевидно. Хотя я и сам не верю во всякую подобную чертовщину. Но, извините, как вас…

– Агент, Арчи Стэтхэм!– мотнул головой федерал.

– Так вот, агент Стэтхэм. Я на все сто процентов теперь уверен, что эта тварь, убившая всех этих полицейских, и причем, прямо на моих глазах, ничто иное, как существо из другого мира…А может и из потустороннего мира. Как вам будет угодно.

агент Стэтхэм прикусил губу и призадумался, глядя себе под ноги.

– Буду откровенным, капитан!– надломленным голосом проговорил он через секунду,– Это существо и я с вами соглашусь, не из нашего мира. Эта новость для нас является шокирующей. Но вот вопрос: от куда оно??

– Я бы тоже это хотел знать! И откровенно говоря, теряюсь в догадках,– ответил удрученно Бикенс.

– Да! И мы тоже – Стэтхэм не сводил глаз с федералов, ходивших между трупами и заглядывавших в разбитые машины.– Кстати, одна полицейская машина чудом вырвалась отсюда, вы в курсе, нет?

– Нет!– капитан был удивлен.

– Сержант, Боб Доусон его зовут. Мы его случайно встретили по дороге, когда сами ездили, искали этого…демона. Он кое- что рассказал из того, что вы мне сейчас тут поведали. Я отправил людей в воинскую часть, так как я уверен, нам потребуется помощь военных.

– Еще как, потребуется!– заверил Бикенс, кинув взгляд на изуродованные тела.

Подошли двое полицейских, с федералами.

– Ну что там у вас?– спросил у них Стэтхэм.

– По всей видимости, эта тварь питается говядиной!– ответил один из агентов,– Мы наткнулись на объеденные останки животных. Хочу сказать, аппетит у него будь здоров.

– Хорошо, что хоть не человечиной. Надо будет вызвать машины из морга. А вы,– Стетхэм кивнул полицейским,– останетесь тут до приезда нашего специального отдела. Не надо, что бы тут появились случайные свидетели и стали пускать сплетни.

Полицейские кивнули головами, и ушли заниматься своими делами. Агент Стэтхэм посмотрел на Бикенса.

– В другое время и при других обстоятельствах, я бы сказал вам, что с этого момента мы забираем дело в свою ведомость. Но,– агент провел рукой по вспотевшим волосам и расслабил слишком туго завязанный галстук на шее,– столкнувшись с такой угрозой, я говорю о…демоне, или кем он там еще является, уверен, что отныне, всем нам придется работать сообща. Кстати, вам капитан, обязательно надо съездить в больницу. Джек, один из моих людей, отвезет вас туда. Вы как себя чувствуете?

– Спасибо. Отлично!– соврал Бикенс.

Стэтхэм с подозрением посмотрел на его бледное лицо. И очевидно, остался не доволен внешним видом капитана.

– Джек,– обратился он к высокому, крепкому парню с короткой стрижкой под ежика, ни дать ни взять настоящий федерал,– Отвези капитана в ближайшую больницу. А сам возвращайся в контору. Расскажешь там обо всем, что здесь видел.

– Хорошо!– ответил тот мягким голосом, совершенно не вязавшимся с его внешностью.

– Все. Езжайте! Счастливо, капитан,– Стэтхэм пожал крепкую руку Бикенса. Пожатие его было не менее крепким,– Пускай вас там хорошенько осмотрят. Джек поможет вам в этом.

– Спасибо!– ответил Бикенс.– Хотя, если честно, то не стоило…

– Нет. У вас просто ужасный вид. Езжайте.

Бикенс кивнул головой и повернувшись, поковылял к одному из черных джипов.

– Помоги ему!– крикнул Стэтхэм Джеку, видя, как тяжело ступает капитан.

Джек помог Бикенсу дойти до машины, немного приобнв ег, посадил на заднее сидение, после чего сам уселся за руль, завел двигатель, и джип, рванув с места, помчался в сторону автострады.

Из-за постоянных пробок, в больницу они попали только через три часа.

– Без сотовой связи, словно без рук,– жаловался Джек,– Просто ужас,– он с тоской смотрел на свой телефон.– В городе твориться черте что, а узнать что и как нет никакой возможности. Проклятье! Что же делать?

Их джип стоял в общем патоке, медленно, словно черепахи, двигающихся машин. Солнце сильно припекало, пришлось включить кондиционер. Приятная прохлада освежила салон. Встречная полоса была так же забита машинами, в которых виднелись злые и потухшие лица водителей…

В больнице было полным полно народу, словно половина города вдруг резко заболела и решила поехать, обратиться к врачу и причем, в одну и ту же больницу. Все отделение хирургии было забито ранеными; кто с тяжелым и не очень, диагнозом. Никто из врачей не принимал без очереди, все были заняты, повсюду было столпотворение. Люди болтали все как один о страшном чудовище, убивших и покалечивших сотни людей. Может, они и преувеличивали, но, тем не менее, факт оставался фактом: Демон существовал и все о нем уже знали, и пересказывали друг другу, наверняка в искаженном виде. Джек Смолл растолкал недовольных его бесцеремонным поведением мужчин, которые расступались в стороны, но скорее при взгляде на Бикенса, в его перепачканной, полицейской форме, открыл дверь в хирургию, и зашел туда вместе с капитаном.

Неда Бикенса сразу же обслужили, при этом буквально засыпав вопросами о том, что правда ли в городе появилось чудище с рогами? Пока ему делали рентген, перебинтовывали ногу, намазав ее мазью, он нехотя, уклончиво отвечал на вопросы. Джек Смолл стоял у окна и молча смотрел вниз, на улицу. Поток машин не рассасывался. Люди все так же куда-то спешили или стояли на тротуаре, о чем- то оживленно разговаривая. Бикенсу так же обработали бедро и голову. На руке сделали сетку из йода.

Выйдя из больницы, Джек спросил капитана, куда его отвезти. Бикенс назвал адрес. Мужчины сели в машину. Вообще-то ему следовало бы ехать в участок, но он вдруг почувствовал себя разбитым и уставшим, что плюнув на все, решил ехать домой и немного отдохнуть, принять душ и сменить форму. Бикенс снял фуражку и вытер носовым платком мокрую голову.

– Сворачивай здесь направо!– сказал он Джеку,– И возле вон того столба притормози. Все, спасибо.– Нед благодарно пожал руку Смоллу, вышел из машины и осторожно, стараясь не наступать на больную ногу, поднялся к себе на второй этаж. Звук работающего мотора машины федерального агента затих где-то на соседней улице.

Зайдя в свою квартиру, Бикенс тщательно закрыл на все засовы входную дверь. Раздевшись до гола прошел в ванную, принял прохладный душ, переоделся в чистое белье и накинув халат, пошел готовить кофе, чувствуя, как глаза наливаются свинцом. Раньше кофе и сигареты были неотъемлемой частью его жизни. Но курить он лет пять как бросил и поэтому, оставалось лишь наслаждаться ароматным напитком. Налив горячий кофе в большой китайский бокал, капитан сел на диван, прямо напротив недавно купленного телевизора с большим экраном и по привычке попытался его включить. Но сколько не жал на кнопки пульта, телевизор не включался. Проверил батарейки. Вроде новые. И тут он понял: аппаратура, электроника, тоже не работает, так же как и сотовая связь. Кстати, как там связь? Он взял в руки телефон, набрал первый же попавшийся номер и убедившись, что связь так и не появилась, со злостью отшвырнул его в сторону. Потом присел на диван, облокотившись об мягкую спинку и расслабив мышцы уставшего тела…

Из своих сорока лет, Нед Бикенс двадцать отдал службе в полиции. Он имел хороший послужной список, безупречную репутацию и хорошие виды на отличную пенсию. Он был в прошлом женат, имел дочь, которой в следующем году должно было исполниться шестнадцать. Бывшая жена, после развода, переехала жить в другой город и забрала с собой дочь, которая любила отца больше матери. Пятый год Бикенс уже не видел ее. Последний звонок от дочери был два года назад. Тогда, Хенди позвонила ему и сказала, что живут они в Детройте. Мама вышла замуж и ждет ребенка. И добавила, что очень сильно скучает по нему. При этом, Нед слышал, как она плакала. Текли слезы и у него. Они долго еще общались, и Хенди пообещала позвонить ему в конце недели. Прошло две недели, но она так и не позвонила. Тогда позвонил он сам. Но телефон оказался выключенным. Бикенс звонил каждый день на протяжении всего месяца. После даже пытался пробить ее номер. Но все было тщетно. Телефон был зарегистрирован на мать. Наверняка, подумал он тогда, бывшая жена и была причиной того, что дочь перестала с ним общаться. – Ладно,– подумал он тогда,– может сама позвонит…

Капитан сидел, пил кофе и вдруг почувствовал, как сильно хочется курить. Нервы были ни к черту. Тяжелый день, каких у него еще никогда не было, измотал его в конец. Как умный, многое повидавший на своем виду человек, Бикенс чувствовал всеми своими нервными окончаниями весь ужас неотвратимого будущего.