Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Где нет зимы

Где нет зимы
Читайте в приложениях:
Книга доступна в стандартной подписке
675 уже добавило
Оценка читателей
4.47

Мама тринадцатилетнего Паши и восьмилетней Гуль исчезает и перед детьми, у которых за взрослую остается только кукла Лялька, маячит перспектива детского дома. Как брату с сестрой не расстаться и остаться дома?

Детям предстоит пережить много испытаний, узнать много нового о своей семье и окружающих людях.

«Где нет зимы» очень тонкая и реалистичная сказка, которая затронет и детей и тех взрослых, которые неравнодушны к проблемам сиротства и усыновления.

Лучшие рецензии
old_bat
old_bat
Оценка:
300

Проблема усыновленных (опекаемых) детей будет все более властно проникать в нашу с вами жизнь. Можно отмахнуться: «Я не готов к такой ответственности. Пусть геройствует более сильный» Да вот только дело в том, что жизнь может и не спросить тебя об этой готовности. И перед тобой уже встанет вопрос не о твоих силах, а о твоей нравственности. О твоей человечности.

Такой вопрос совершенно неожиданно пришлось решать Мире. Она не была подругой умершей мамы. Их семьи были знакомы всего лишь тем, что Миша и Гуль учились в одном классе. Как легко было ей отмахнуться, правда? И с чистой совестью навещать детишек в детдоме. Этого не случилось. Мира взяла детишек в свою семью. Они не стали «жить-поживать, да добра наживать» За это отдельный низкий поклон Дине Сабитовой. Ибо такое окончание книги перевело бы ее в разряд сказочного.

Я поверила автору безоговорочно после такого отрывка:

— Ты, конечно, их любишь, да?
Мира смотрит на подругу непонятным взглядом.
— Видишь, дело в чем… Хорошие они ребята, да. Только я тут — все время как в гостях. И дети у меня — вот будто пришли в гости приятели Мишкины. Но гости как? Погостили и ушли. А тут знаешь — не уйдут, надо привыкать. Я знаю, что мы все привыкнем. И уже легче стало. А все равно и им, и мне хочется своей семьей побыть. Без чужих.
— Они тебе чужие? Я думала, они тебя мамой зовут…
— Опомнись. Их мама умерла — полгода еще не прошло. Какая я им мама-то?
— А как же тогда? — растерянно хлопает глазами подруга.
— А так. Просто жизнь. Думать потом. Сейчас вот: пироги печь, пуговицы пришивать, на родительские собрания ходить. Ах да, еще топить печку и расчищать снег. Некогда, просто некогда сидеть и раздумывать о тонкостях трепещущей души. Ты ешь, ешь шарлотку.

Этот момент очень честный. Соединить в одно целое две разные семьи – очень сложно. Приложить усилия придется каждому невольному сотоварищу, и об этом очень тонко подмечено в эпизодах с печенькой и чавканьем. Павлу многое не нравится в Мире и ее сынишке. Так же, как и Павел им многим не нравится. Но, жизнь - это не ровная трасса без ухабов и крутых поворотов. И семья – это не пазлы от мозаики. В мозаике все очень просто: каждый пазл совпадает с другими, им легко соединиться в большую и красивую картину. А в новой семье куда девать острые углы и совершенно безумные загогулины, приобретенные в прошлой жизни? Отпиливать или рубить? Загонять новеньких в рамки тех правил, которые существовали, а там уж их проблема суметь разместиться на отведенном кусочке жилплощади?

В нашей семье был опыт такой жизни. У друзей сильно болела мама. Вот и оказался сначала один их сынишка у нас во временном проживании, а спустя полгода и второй, уже совсем маленький годовичок. Дочери десять, все вроде бы понимает и с радостью помогает вновь прибывшим освоиться. Но, проходит несколько месяцев, и все устают. От новых обязанностей; от того, что приходится чем-то жертвовать. Да и мальчонкам тяжеловато от разовых встреч с родителями, скучают они, несмотря на тепло нашего дома.

И именно этот период бывает самым тяжелым у каждой приемной семьи. Восторг и эйфория первого знакомства позади. А впереди тяжелые и ежесекундные будни войны с самим собой. Потому что начинать войну с беззащитными детишками, оказавшимися по воле судьбы и по личному моему согласию «моими» - просто преступление. И очень сложно в этот период найти ту грань, которая не позволит опуститься до мелочных разборок со своим ребенком и ломки его характера. Очень трудно помочь новым детям поверить, что это раньше они были чужими, а теперь они – свои, и получают нагоняй наравне с остальными именно как свои.

Мне кажется, что эту книгу важно читать тем родителям, которые думают об усыновлении взрослого ребенка. Ведь, только в сказке легко и просто изменить человека, угостив желтой сливой))

— Ой, — говорит Гуль. — А вон те желтые сливы?
— Сливы я тебе есть не советую. Во-первых, это мои любимые сливы. Их не так много, начнешь угощать всякого — самому не хватит. А во-вторых, все, кто их ест, превращаются…
— …в лягушек? — замирает от волнения Гуль.
— Нет, — с досадой морщится верблюд.
— В камень? — допытывается Гуль?
— Я думал, ты умнее, — качает головой верблюд. — Это мои любимые сливы!
Читать полностью
Bookvoezhka
Bookvoezhka
Оценка:
271

Вот и закрыта последняя страничка книги "Где нет зимы." На душе - ощущение светлой грусти и надежды. Что это было - сказка или быль? С одной стороны, это - суровая реальность, где дети становятся сиротами, где маленького человечка горе может оглушить так, что он уйдёт в свой мир, ища в нём спасения от действительности. Но оставаться там на всю жизнь нельзя. И в сердце всё равно останется пустота, пока её не заполнит кто - то другой. А с другой стороны - сказка. Ведь дети здесь свободно разговаривают с куклами, а домовой может поведать тебе историю твоей семьи и даже поспешить на помощь в трудную минуту.
Мне очень понравились отношения брата и сестры - они так близки, что не представляют жизни друг без друга. Я в очередной раз задумалась о том, что у меня нет маленького братика или сестрички. А ведь это так здорово - заботиться о ком - либо и чувствовать ответственность за него!
Я очень полюбила куколку из этой книжки - Ляльку! Я плакала, когда она осталась одна и не могла понять, почему никого нет дома. И ещё мне захотелось поиграть со своими игрушками - наверное, они обижаются, что я с ними уже так долго не играю. И всё равно Лялька не перестаёт надеяться, что о ней не навсегда забыли и обязательно за ней вернутся! Вот так ей было грустно:

Эту картинку я нашла на страничке у самой Дины Сабитовой! Может быть, потому книжка получилась у неё такой искренней, что в жизни эта замечательная писательница сама усыновила ребёнка. Это я тоже узнала из интернета и считаю, что это благородный поступок! И герои её книжки такие же добрые - ради детей, которые, казалось бы, не имеют к ним ни малейшего отношения, они жертвуют своими привычками, на что способен далеко не каждый.
Только прочитав эту книгу, по - настоящему задумываешься - а ценим ли мы то, что у нас есть? И понимаем ли мы, какое это счастье, знать, что ты кому - то нужен и что у тебя есть дом, в котором тебя всегда кто - то ждёт?..

Читать полностью
panda007
panda007
Оценка:
132

Эта книга понравится многим, очень многим. В ней есть для этого все необходимое (и даже больше). Грустная, но внятно рассказанная история, которая, конечно, хорошо закончится. Положительные герои. Вещи с душой, которые оживают «по ходу пьесы». И даже немножко волшебства. Кроме того, в «Где нет зимы» Дина Сабитова делает ставку на беспроигрышную тему – тему сиротства и усыновления, а это не может не вызвать живого отклика у нашего сердобольного читателя. Наверняка многим мамочкам захочется тут же пойти в ближайший детский дом и привезти оттуда еще пару детишек вдобавок к своему оглоеду. И оглоедам тоже ах как захочется обзавестись новыми братьями-сестрами.
Но именно этот агитационный момент и смущает меня больше всего в новой сабитовской книжке. Не то что бы я считаю себя черствой и бездушной, не то что бы не отдаю в детские дома одежду и книжки, не то что бы имею что-то против усыновления. Просто однажды я прошла все круги ада вместе со своей заграничной подругой, мечтавшей о ребенке из России (вдобавок к своим троим) и теперь точно знаю, как немыслимо тяжело взять на усыновление ребенка из нашего детского дома.
А у Сабитовой все, как в сказке: захотела Мира усыновить сразу двоих, – пожалуйста; не захотел Паша ехать к папе без сестры – да ради бога; претендует меркантильная тетка на дом детей-сирот – прогоним ее в три счета. Может, всем такая благополучная «беспроблемность» в рассказе о совершенно жуткой по сути ситуации и по душе, а мне вот подавай жизненные реалии, психологическую точность и достоверность. Ну, не верю я, что так бывает и все тут! Другое дело, если бы на обложке крупным шрифтом вывели ДОБРАЯ СКАЗКА ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ (И НЕ ОЧЕНЬ)...

Читать полностью
Лучшая цитата
Павел
— Посиди в моей комнате. Я не хочу засыпать одна!
Гуль устроилась в кровати, водрузив на колени огромный том «Снежной королевы». Когда моя сестра читает, она пока еще водит иногда пальцем по строке, а порой и шевелит губами.
Я сижу у нее в ногах и тоже читаю.
— А что, северные олени на самом деле такие большие?
Отложив книгу, смотрю, какие северные олени «такие большие». На картинке олень, в самом деле внушительный, скачет через всю страницу, и кажется, что он размером с лося.
— Олени вроде бы меньше лошади… Но, Гуль, зачем ты опять облизываешь книгу?
У моей младшей сестры есть дурацкая привычка — Гуль облизывает цветные картинки в книгах. «Так они становятся очень яркие и блестящие».
Сестра смотрит на меня виновато и пытается просушить страницу рукавом пижамы.
Я укоризненно вздыхаю и возвращаюсь к своему роману.
Через десять минут я вижу, что Гуль уснула, выронив книгу и даже не пожелав Ляльке спокойной ночи. А ведь это ее священный ежевечерний ритуал, она его не пропускает.
Мне не спится.
Мы с Гуль одни в доме. Не считая, конечно, Ляльки.
Где-то раздаются шорохи и скрипы. В нашем доме всегда так, ведь он очень старый, ему уже лет сто. Развалюха, если честно. У нас даже газ не проведен, мы печку топим дровами. Я тут живу всю жизнь, мама тут жила всю жизнь и бабушка тоже…
Даже себе не хочу сознаваться, что сейчас эти звуки меня пугают. Хотя, может быть, в тишине стало бы еще страшнее.
Прошло уже три недели с того дня, как умерла бабушка. И каждый вечер мама уходит куда-то, оставляя нас с Гуль одних.
Я ругаю себя за то, что боюсь. Мне все же не восемь лет, как глупой Гуль, а тринадцать. Но обрывки тревожных мыслей начинают бродить у меня в голове сами по себе… Можно, конечно, читать — это очень отвлекает до поры до времени, но все равно настает момент, когда надо выключить свет, закрыть глаза. Тут-то мысли и набегают.
Но вот что я понял. Когда мысли приходят сами по себе и уснуть из-за этого очень трудно — надо начать думать специально. Вспоминать что-нибудь очень подробно, как будто смотришь кино. Или нет, лучше — как будто пишешь книгу. Крутишь в голове предложение, словно читаешь его в книге, а потом вдруг понимаешь, что мысли начали путаться, и ты повторяешь какое-то слово, повторяешь, повторяешь, а предложение рассыпается и ускользает от тебя. А потом уже наступает утро.
Буду думать про бабушку.
Мою бабушку звали Александра Васильевна Соловьева. Она была портнихой. Работала она в жизни много кем — и в столовой, и в больнице, и на заводе, но главное — шила на заказ. Говорят, лет сорок назад моя бабушка была городской легендой и заказчицы приходили к ней «по рекомендации».
Дома мы звали ее Шурой. Шура много курила, любила петь, терпеть не могла готовить. И еще у нас с ней одинаковой формы нос и уши.
Бабушку многие считали немного того. Основания для этого были.
Расскажу один случай, чтоб вы поняли, что я имею в виду.
В мои цитаты Удалить из цитат