Книга или автор
Где нет зимы

Где нет зимы

Где нет зимы
4,6
184 читателя оценили
147 печ. страниц
2014 год
12+
Оцените книгу

О книге

Мама тринадцатилетнего Паши и восьмилетней Гуль исчезает и перед детьми, у которых за взрослую остается только кукла Лялька, маячит перспектива детского дома. Как брату с сестрой не расстаться и остаться дома?

Детям предстоит пережить много испытаний, узнать много нового о своей семье и окружающих людях.

«Где нет зимы» очень тонкая и реалистичная сказка, которая затронет и детей и тех взрослых, которые неравнодушны к проблемам сиротства и усыновления.

Читайте онлайн полную версию книги «Где нет зимы» автора Дины Сабитовой на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Где нет зимы» где угодно даже без интернета.

Подробная информация

Дата написания: 2011

Год издания: 2014

ISBN (EAN): 9785917593005

Объем: 265.9 тыс. знаков

Купить книгу

  1. old_bat
    old_bat
    Оценил книгу

    Проблема усыновленных (опекаемых) детей будет все более властно проникать в нашу с вами жизнь. Можно отмахнуться: «Я не готов к такой ответственности. Пусть геройствует более сильный» Да вот только дело в том, что жизнь может и не спросить тебя об этой готовности. И перед тобой уже встанет вопрос не о твоих силах, а о твоей нравственности. О твоей человечности.

    Такой вопрос совершенно неожиданно пришлось решать Мире. Она не была подругой умершей мамы. Их семьи были знакомы всего лишь тем, что Миша и Гуль учились в одном классе. Как легко было ей отмахнуться, правда? И с чистой совестью навещать детишек в детдоме. Этого не случилось. Мира взяла детишек в свою семью. Они не стали «жить-поживать, да добра наживать» За это отдельный низкий поклон Дине Сабитовой. Ибо такое окончание книги перевело бы ее в разряд сказочного.

    Я поверила автору безоговорочно после такого отрывка:

    — Ты, конечно, их любишь, да?
    Мира смотрит на подругу непонятным взглядом.
    — Видишь, дело в чем… Хорошие они ребята, да. Только я тут — все время как в гостях. И дети у меня — вот будто пришли в гости приятели Мишкины. Но гости как? Погостили и ушли. А тут знаешь — не уйдут, надо привыкать. Я знаю, что мы все привыкнем. И уже легче стало. А все равно и им, и мне хочется своей семьей побыть. Без чужих.
    — Они тебе чужие? Я думала, они тебя мамой зовут…
    — Опомнись. Их мама умерла — полгода еще не прошло. Какая я им мама-то?
    — А как же тогда? — растерянно хлопает глазами подруга.
    — А так. Просто жизнь. Думать потом. Сейчас вот: пироги печь, пуговицы пришивать, на родительские собрания ходить. Ах да, еще топить печку и расчищать снег. Некогда, просто некогда сидеть и раздумывать о тонкостях трепещущей души. Ты ешь, ешь шарлотку.

    Этот момент очень честный. Соединить в одно целое две разные семьи – очень сложно. Приложить усилия придется каждому невольному сотоварищу, и об этом очень тонко подмечено в эпизодах с печенькой и чавканьем. Павлу многое не нравится в Мире и ее сынишке. Так же, как и Павел им многим не нравится. Но, жизнь - это не ровная трасса без ухабов и крутых поворотов. И семья – это не пазлы от мозаики. В мозаике все очень просто: каждый пазл совпадает с другими, им легко соединиться в большую и красивую картину. А в новой семье куда девать острые углы и совершенно безумные загогулины, приобретенные в прошлой жизни? Отпиливать или рубить? Загонять новеньких в рамки тех правил, которые существовали, а там уж их проблема суметь разместиться на отведенном кусочке жилплощади?

    В нашей семье был опыт такой жизни. У друзей сильно болела мама. Вот и оказался сначала один их сынишка у нас во временном проживании, а спустя полгода и второй, уже совсем маленький годовичок. Дочери десять, все вроде бы понимает и с радостью помогает вновь прибывшим освоиться. Но, проходит несколько месяцев, и все устают. От новых обязанностей; от того, что приходится чем-то жертвовать. Да и мальчонкам тяжеловато от разовых встреч с родителями, скучают они, несмотря на тепло нашего дома.

    И именно этот период бывает самым тяжелым у каждой приемной семьи. Восторг и эйфория первого знакомства позади. А впереди тяжелые и ежесекундные будни войны с самим собой. Потому что начинать войну с беззащитными детишками, оказавшимися по воле судьбы и по личному моему согласию «моими» - просто преступление. И очень сложно в этот период найти ту грань, которая не позволит опуститься до мелочных разборок со своим ребенком и ломки его характера. Очень трудно помочь новым детям поверить, что это раньше они были чужими, а теперь они – свои, и получают нагоняй наравне с остальными именно как свои.

    Мне кажется, что эту книгу важно читать тем родителям, которые думают об усыновлении взрослого ребенка. Ведь, только в сказке легко и просто изменить человека, угостив желтой сливой))

    — Ой, — говорит Гуль. — А вон те желтые сливы?
    — Сливы я тебе есть не советую. Во-первых, это мои любимые сливы. Их не так много, начнешь угощать всякого — самому не хватит. А во-вторых, все, кто их ест, превращаются…
    — …в лягушек? — замирает от волнения Гуль.
    — Нет, — с досадой морщится верблюд.
    — В камень? — допытывается Гуль?
    — Я думал, ты умнее, — качает головой верблюд. — Это мои любимые сливы!
  2. Bookvoezhka
    Bookvoezhka
    Оценил книгу

    Вот и закрыта последняя страничка книги "Где нет зимы." На душе - ощущение светлой грусти и надежды. Что это было - сказка или быль? С одной стороны, это - суровая реальность, где дети становятся сиротами, где маленького человечка горе может оглушить так, что он уйдёт в свой мир, ища в нём спасения от действительности. Но оставаться там на всю жизнь нельзя. И в сердце всё равно останется пустота, пока её не заполнит кто - то другой. А с другой стороны - сказка. Ведь дети здесь свободно разговаривают с куклами, а домовой может поведать тебе историю твоей семьи и даже поспешить на помощь в трудную минуту.
    Мне очень понравились отношения брата и сестры - они так близки, что не представляют жизни друг без друга. Я в очередной раз задумалась о том, что у меня нет маленького братика или сестрички. А ведь это так здорово - заботиться о ком - либо и чувствовать ответственность за него!
    Я очень полюбила куколку из этой книжки - Ляльку! Я плакала, когда она осталась одна и не могла понять, почему никого нет дома. И ещё мне захотелось поиграть со своими игрушками - наверное, они обижаются, что я с ними уже так долго не играю. И всё равно Лялька не перестаёт надеяться, что о ней не навсегда забыли и обязательно за ней вернутся! Вот так ей было грустно:

    Эту картинку я нашла на страничке у самой Дины Сабитовой! Может быть, потому книжка получилась у неё такой искренней, что в жизни эта замечательная писательница сама усыновила ребёнка. Это я тоже узнала из интернета и считаю, что это благородный поступок! И герои её книжки такие же добрые - ради детей, которые, казалось бы, не имеют к ним ни малейшего отношения, они жертвуют своими привычками, на что способен далеко не каждый.
    Только прочитав эту книгу, по - настоящему задумываешься - а ценим ли мы то, что у нас есть? И понимаем ли мы, какое это счастье, знать, что ты кому - то нужен и что у тебя есть дом, в котором тебя всегда кто - то ждёт?..

  3. Tsumiki_Miniwa
    Tsumiki_Miniwa
    Оценил книгу

    …Скользи легко,
    Танцуй танго
    И слушай плавные ритмы
    Далеких и знойных стран.
    Где нет зимы,
    Но так, как мы,
    Не знают боли сильнее
    И глубже сердечных ран…

    Время торопится и бежит. Отсчитывает на циферблате минуту за минутой, час за часом, за годом год. Разбавляет поток реальности событиями, впускает в нашу жизнь незнакомцев, меняет приоритеты, существенно преображает все вокруг и нас самих, прежде всего. В детстве меня всегда привлекали пухлые томики, увесистые книги. С такой-то не придется скоро расстаться, новое приключение развернется не на одном десятке страниц, герои гостеприимно и тепло войдут в жизнь и нескоро помашут рукой. Без долгих раздумий, взвесив книгу в руке, я смело зарывалась в плед и, поджав ноги, удобнее устраивалась в кресле… Минутная и секундная стрелка неоднократно пробежались по циферблату со времени моих книжных погружений в кресле родительского дома. Отсчитали второй десяток лет и даже немного больше. И вот теперь я с удивлением осознаю, что в последнее время все больше люблю небольшие книги. Ибо малый объем еще не показатель того, что книга утечет из-под рук, не оставив яркого следа. Далеко не так. И книга Дины Сабитовой очередное тому доказательство.

    На крылечке просторного постаревшего дома меня встретят новые знакомые – Паша и Гуль. Серьезный подросток и очаровательная девочка, прижимающая к груди свою любимицу, тряпичную куклу Ляльку. Брат и сестра. Обычные дети, коих сотни пропадают в школах, на детских площадках и улицах, только вот история у них вовсе непростая. Поэтому стоит все-таки пройти внутрь, услышать скрип половицы под ногой, окунуться в тепло прогретой печкой комнаты. Залюбоваться елкой, украшенной старинными игрушками, яркими оранжевыми занавесками на окне и замереть посреди этой обители гостеприимства. За старым пианино Миша звучно перебирает клавиши – талантливый мальчуган, а на кухне мама – Мира Александровна, тетя Мира – осторожно переставляет кастрюльки в поисках затерявшегося половника. Ох, уж этот Аристарх Модестович! В таком почетном возрасте, а все шутки шутит… Погрузившись в это душевное семейное тепло, не поверится, что когда-то Паша и Гуль были брошены на произвол судьбы, оставлены одни в огромном мире.
    Очень сложная, драматичная повесть. Она чем-то напоминает лоскутное одеяло, сшитое искусной швеей. На относительно небольшом пространстве автор, словно неведомый творец, соберет воедино судьбы различных людей. По отдельности, может, и не столь значимые, но заигравшие удивительным светом, оказавшись рядом. Так о чем же данная книга? Не заходя далеко, можно сказать – о сложностях усыновления ребенка, о той ответственности, которая неизменно ложится на плечи человека, решившегося на такой трудный шаг. И это будет верный ответ. Только, на мой взгляд, это будет одна из многих тем.
    Ведь помимо прочего, автор попытается заглянуть в душу ребенка, проникнуться его переживаниями. Покажет, что и в тринадцать лет ребенок способен взять на себя ответственность за близкого и дорогого человека. Посмотрит со стороны на бабушку Шуру. Фигуру независимую, яркую, в цветастых платьях с мундштуком и большой мечтой. Скрывающую за притягательной оберткой сплошной душевный надлом, боль утраты, неспособность понять собственную дочь. Дина Сабитова посетит и творческую мастерскую матери, попробует понять причину того, почему чудесные пейзажи и иллюстрации превратились сначала в цветные пятна, а после в черно-фиолетовые космические дыры. А после непременно подсядет на подоконник к Ляльке. Узнать, что думает она, лишь только на взгляд бездушная кукла, о людях, что дороже ей всего на свете.
    В бешеном потоке времени причудливо смешаются прошлое и настоящее, реальное и фантастичное. Паше и Гуле через многое придется пройти, многое перенести на своих хрупких плечах. И, видит бог, знакомиться с этой историей было не просто. Пережить с ребятами устрашающую тишину покинутого дома, голод, мертвенно-белые стены приюта и безразличие того, кто некогда казался чуть ли не самым важным человеком в мире.

    Три лица. Три позиции. Непростая жизненная история, преломленная в сознании разных людей, сверкающая различными гранями, наполненная необыкновенным смыслом... А с последней страницей неизбежно и в который раз за небольшое книжное путешествие придет осознание, что не должны дети получать такие сердечные раны, сталкиваться с этой ужасающей стороной жизни – безразличием, алчностью, злостью, лишаться тепла, добра, ласки. Не должны. Но сколько еще таких будет…

  1. Знаешь, совсем еще недавно мне с высоты сегодняшнего моего возраста казалось, что сама я в детстве была очень умная, а сейчас подростки большей частью какие-то отсталые. Нет, ей-богу, пройдешься по вашей даже школе, послушаешь — ну просто гоблины вокруг какие-то. Полторы извилины в три ряда. А потом я решила перечитать супервозвышенный дневник, который вела лет в четырнадцать, потому как помнилось, что были там прочувствованные размышления о прочитанном, о людях, даже о политике… «Былое и думы», не меньше! Ох, лучше было не портить себе сладкие воспоминания! Наивная девочка, примитивная до крайности, с важным видом изрекающая всякие благоглупости. Еще и с ошибками. Орфографическими. «Не» с глаголами слитно, например. — Это ты, теть Мир, к чему? К тому, что я сам дурак? Ну дурак, я не обижаюсь! — Да нет, ты, может, Паш, и не дурак и сильно еще поумнеешь с годами. А девочки эти сейчас все выросли и стали… — …достойными членами нашего общества, труженицами и матерями семейств, — подхватил я. — Ну и к чему эти яркие иронические ноты, мудрый отрок? — А к тому эти яркие иронические ноты, что выросли, небось, из этих тупеньких девочек тупенькие тетки, которые сидят в конторах и разгадывают сканворды. Да гороскопы еще читают. И ничего им больше не надо и не интересно. Тетя Мира посмотрела на меня и вздохнула: — Вот откуда у тебя такой снобизм, Паша?.. По десятилетней девочке нельзя сказать, что из нее вырастет. И, кстати, зря я тебе тогда полезла показывать свой диплом. Поддалась на провокацию, тоже начала прыгать, махать флагом, что я, видишь, документ имею и заслуживаю того, чтоб мальчик-семиклассник английской школы не считал меня заведомо тупым быдлом. А не надо было показывать. Вот жил бы ты и мучался: ах, как же это так, я такой тонкий, а приходится жить с таким безграмотным простонародьем! — Бросила конверт, который крутила в руках, и ушла, сердито хлопнув дверью.
    7 апреля 2020
  2. А я не могу, когда на меня орут. И я так устал всем улыбаться.
    7 апреля 2020
  3. И вот сидели мы в кафе, я на свой шарик нацелилась, Паша, как всегда, одним глазом в книжку косил, Мишка рассказывал, что ему хочется телескоп на день рождения, тетя Мира слушала и кивала. Тут к нам подошел какой-то сумасшедший старик. На руках у него были перчатки с обрезанными пальцами, на шее — шарф с торчащими во все стороны нитками. Не совсем бомж, но очень странный старик, не домашний какой-то. — Это все ваши дети, мадам? — спросил старик у тети Миры. Так смешно — «мадам», как будто мы в Париже! А тетя Мира на «мадам» ничего не сказала, просто ответила: да, мол, все мои. Но старик не отставал: — Погодки или близнецы? И на нас с Мишкой кивнул. Мишка говорит: — Какие же мы близнецы? Вы что, не видите, мы не похожи совсем? А тетя Мира старику ответила спокойно: — Нет, не близнецы, просто двойняшки. А старик ей: — Это очень хорошо, мадам, это прекрасно, мадам, когда в семье много детей. Дети, мадам, это главное жизненное счастье и богатство. Я, мадам, бедный человек, но не потому, что у меня нет денег, а потому, что я одинокий. И детей у меня нет и никогда не было. А вам, мадам, в жизни выпало феноменальное счастье, и вы должны это ценить. — Я и ценю, — отвечает ему тетя Мира. — Значит, вы счастливы, мадам? — продолжал приставать к ней старик. Тетя Мира задумалась на минуточку, у нее даже ложка с мороженым в воздухе замерла, а потом мороженое в рот быстро сунула и ответила ему с набитым ртом: — Счастлива-счастлива. Какие могут быть сомнения? — Простите, если обеспокоил, мадам, — и старик поклонился. — Счастливый человек делится своей радостью. Вот если бы мне на поправку настроения… Тетя Мира вдруг засмеялась: — Я вам мороженого купить могу. Поправит это ваше печальное настроение? Мне помогает! Старик вздохнул, посмотрел на нее почему-то укоризненно и ушел. Паша книжку отложил и говорит: — Мира Александровна, он что, попрошайничал? — Будем считать, что в кафе просто нет мороженого того сорта, которое он любит. Потому он и отказался от моего предложения.
    7 апреля 2020