В полдень следующего дня решил пойти на крайние меры. Так как со мной не было никого, кого можно было бы убить и съесть, как это сделал капитан Мортон со своей командой, я мог принять в пищу только себя. Я взял нож, вытер его о штанину и начал выбирать ту часть своего тела, без которой смог бы обойтись. Мне очень не нравилась эта идея, но ничего другого мой мозг придумать не смог. Взгляд нацелился на ноги. Можно было отрезать палец, или даже два, но если мне попадется остров, то я не смогу нормально передвигаться по нему с больными ногами, раны мне перевязать нечем, а это значит, что в них попадет грязь и может появиться гной, который приведет к заражению крови и моей скорой смерти. Я посмотрел на руки. Если отрезать палец хотя бы на одной из них, то при необходимости я не смогу грести быстро до берега одной рукой или навстречу кораблю. Грести рукой, на которой есть открытая рана, опасно, так как акулы могут почувствовать кровь на расстоянии до трех миль. Так утверждал капитан Джонсон, когда обучал меня жизни на воде. Выходит, единственное, чем я могу пожертвовать в этой ситуации, чтобы продлить себе жизнь, это уши. Лишившись ушей, человек не лишается слуха. Без ушных раковин звуки будут поступать в слуховой канал менее эффективно, это приведет к снижению слышимости, но никогда не лишит возможности слышать полностью.

Решение было принято. Я еще раз промыл лезвие ножа, вытер его о штанину и занес над ухом. Выполнить задуманное оказалось труднее, чем я предполагал вначале. Слезы покатились из глаз, руки дрожали, я никак не мог решиться нанести увечье самому себе, даже сделать надрез оказалось для меня трудной задачей. Глубоко вдохнув, преодолевая страх, я дрожащей рукой опустил нож на ухо и вынудил себя переместить по нему лезвие. Резкая боль пронзила мой мозг, заставила отдернуть руку и прекратить. На лезвии ножа блестела красная кровь, я стер ее пальцем, поместил себе в рот и тут же ощутил привкус железа. Мысль о том, что собираюсь съесть собственное ухо сырым, вызывало тошнотворные чувства, но другого выбора не было. Если я хотел прожить еще немного, ожидая спасения, то был обязан сделать это, несмотря на боль и тошноту. Я решил исполнить задуманное одним резким движением, надеясь, что это принесет мне меньше боли, и будь что будет. Сделав глубокий вдох, гордо поднял голову и еще раз занес нож над ухом. Ветер дул мне в лицо, я подумал, что он насмехается надо мной, мол, у такого как я, нет ни малейших шансов на спасение, и что я обречен. Перед моими глазами начали проноситься воспоминания, важные события моей короткой жизни. От меня отвернулись родители, моя жизнь в приюте была невыносимой, а когда, наконец, я нашел тех, кто позаботится обо мне, меня захотели убить. Но, несмотря на все это, я все еще жив и продолжаю бороться. Собрав всю мокроту, которая осталась у меня во рту, я плюнул навстречу ветру. Мелкие брызги устремились вперед, а потом, гонимые ветром, повернулись и рассеялись на моем лице. Я выругался, повернулся к ветру спиной и… не поверил своим глазам. Передо мной, вдалеке, была земля, и ветер нёс плот в её направлении. Я протер глаза, чтобы удостовериться, что это не мираж, но земля никуда не исчезла. Спрятав нож за пояс, беглым взглядом осмотрел воду, лег на край плота и плавно начал грести руками к берегу, постоянно следя за водой и опасаясь появления акул.

5

Волны вынесли меня на песчаный берег. Я отполз подальше от воды и начал с благодарностью за свое спасение целовать песок. Недалеко от себя краем глаза заметил движение. Это маленький краб смотрел на меня и щелкал своими клешнями. Я выхватил из-за пояса нож и резко рванул к нему. Панцирь хрустнул, и краб повис на холодном лезвии, более не подавая признаков жизни. Я за секунды разорвал его маленькое тело и принялся выгрызать сочную плоть. Сырой краб был неприятным на вкус, но выбирать мне не приходилось. Покончив с первой закуской, я направился вдоль берега, ища следующую жертву. Не пройдя и двадцати шагов, обнаружил лежащие на песке кокосы и очень обрадовался. Схватил два самых больших, я принялся бить их один об другой, в надежде расколоть, но, увы, результата это не дало. Я попытался проткнуть кокос ножом, но его скорлупа оказалась очень прочной даже для него. Мне пришлось немного углубиться в заросли и поискать тяжелый камень. Благо, их оказалось здесь много, и, расколов несколько кокосов, я напился и поел, при этом испачкав лицо, руки и одежду. Мои силы понемногу возвращались ко мне. Отдохнув не больше десяти минут, я решил углубиться в лес и поискать еще какой-нибудь еды. Было страшно, так как я не знал, где нахожусь, и остерегался хищников. Поиски съестного не продлились долго, я нашел несколько банановых и манговых деревьев. Пришлось немного помучиться, чтобы добыть их плоды, но оно того стоило. Набив желудок фруктами, я окончательно избавился от чувства голода, но по-прежнему хотел пить, поэтому отправился искать пресную воду. Я шёл несколько минут и услышал звук плещущейся воды. Под скалой, находящейся недалеко от берега и возвышающейся над лесом, было небольшое озеро, в него стекал узкий прохладный ручей. Удача вновь улыбнулась мне, и настроение уже было радостным. Я попробовал воду на вкус, и действительно, она оказалась пресной. Напившись, решил искупаться и тщательно промыл рану на ноге. Я очень боялся, что она загноилась, но, как оказалось, все обошлось. Кровь больше не шла, а рана благополучно затягивалась. Как смог, я постирал свою одежду и повесил ее сушиться на ветках ближайшего дерева. Усталость валила с ног, я быстро набросал разных листьев на землю в качестве подстилки и, полностью обнаженный, лег спать.

Проснулся я посреди ночи. Меня разбудили холод, звуки неизвестных мне животных и усиливающийся ветер. Небо было мрачным, и все затянуто тучами, скоро начнется дождь. Я поспешил одеться и направился искать укрытие, одновременно ругая себя за то, что не сделал этого засветло. Минут через двадцать пустился дождь, я глупо понадеялся, что он будет не сильным, и спрятался под деревьями. Спустя еще пять минут пустился мощный ливень, и, что еще хуже, дул сильный пронизывающий ветер. Я шел через лес, не разбирая дороги. Мокрые ветки хлестали меня по лицу и мешали всматриваться в темноту. Наконец я набрел на очередную скалу. Пройдя вдоль нее, нашел небольшую расщелину, она могла спрятать меня от дождя во время штиля, но не от сильного ветра, так как была неглубокой. Я сорвал несколько веток с молодой пальмы, залез в расщелину и накрыл себя листьями, словно одеялом. Прошло около часа, дождь прекратился, и я смог уснуть.

Утро разбудило меня первыми лучами солнца, освещая и согревая мое лицо. За ночь я очень замерз и поспешил покинуть свое ненадежное укрытие. Сорвал по пути несколько бананов и направился в сторону берега, чтобы тени деревьев не мешали мне согреться и высушить одежду. Я по-прежнему не знал, где нахожусь, и не знал, обитаема ли эта земля. Нужно было подняться на высокую точку и осмотреть территорию. Гора, стоящая в глубине леса, идеально подходила для этого. Чтобы иметь возможность защититься от диких зверей, я решил сделать себе оружие. Из ножа и крепкой палки вышло отличное копье.

Когда одежда высохла, я, полный решительности, отправился покорять гору. Чем глубже я заходил в лес, тем более труднопроходимым становился путь из-за густой растительности. Час заняла у меня дорога до основания горы, и еще часа два я взбирался на ее вершину. Вид с высоты был потрясающим, никогда в своей жизни я не видел ничего подобного, но по достоинству оценить всю красоту сейчас не мог. Меня опечалил тот факт, что я находился на острове, и ни кораблей, ни построек, ни дыма костров, ни какоголибо другого факта присутствия людей видно не было. Но было коечто, что привлекло мое внимание: вдалеке я смог рассмотреть еще одну землю. Не знаю, был это материк или еще один остров, но доплыть туда у меня не было возможности.

Остров, на котором я находился, был довольно большим. Он окружен бирюзовыми водами, окаймлен белоснежными пляжами и укутан зелеными лесами. Помимо гор, на острове находились живописные скалы, а в центре острова виднелось небольшое озеро, в десятки раз крупнее того, что я уже встречал. Вокруг него летало множество разноцветных птиц. Внизу, под горой, я увидел что-то прыгающее среди деревьев. Эти темные фигуры цеплялись за ветки руками. Не было сомнений, что это обезьяны.

– Ну что же, – сказал я вслух сам себе. – Если приматы смогли здесь выжить, значит, и я смогу.

Приободрившись, я начал спускаться туда, где видел обезьян. До наступления ночи нужно было найти себе надежное укрытие и по возможности добыть более ценную пищу. Так как из инструментов у меня при себе был только нож, я подумал, что строить дом из сухих ломаных палок займет очень много времени, и решил поискать природное укрытие у основания горы, то есть пещеру. Долгое время я бродил вокруг нее и успел проголодаться. Нашел отвесную скалу, в нескольких метрах над землей в ней притаилось укрытие, созданное самой природой и ожидающее такого одинокого путника, как я. Осмотрев его, решил, что на какое-то время это место вполне годится, чтобы называть его домом. Оно отлично защищало от дождя даже при сильном ветре, но от самого ветра защитить не могло. Я не знаю, сколько мне предстоит провести времени на этом острове, возможно, пройдут годы, прежде чем какой-нибудь корабль окажется у его берегов. Поэтому я должен быть готов к любым испытаниям и обеспечить себя всем необходимым для моего дальнейшего выживания, и первое, что было мне необходимо, – это надежный дом, который даст мне безопасность, неприкосновенность и защиту от всех обитателей острова и капризов природы. Ведь как гласит старая поговорка: «Мой дом – моя крепость». У меня не было возможности построить дом, если честно, я и не хотел этого делать, но мысль о том, что я, 16-летний юноша, могу иметь в своем владении целую пещеру, зажгла огонь в моих глазах, оставалось лишь найти ее. Я не знал, есть ли вообще на этом острове хоть одна пещера, но я так загорелся этой идеей, что навоображал, будто их здесь десятки, и мне нужно лишь выбрать, в которой из них я предпочту сделать свое жилище. Но пока я их не нашел, нужно было позаботиться о других своих потребностях. Я знал, где найти воду, но у меня не было ничего, в чем бы я мог ее хранить. В моем распоряжении было множество деревьев с фруктами, но я не смогу выжить, питаясь только ими. Мне было необходимо мясо, но есть его сырым не было никакого желания, я легко мог отравиться, а значит, для его приготовления нужен огонь. Огонь также помог бы мне согреться в холодное время и отогнать от себя обитателей острова. Я знал несколько способов, как его добыть, но, прежде чем заняться этим, необходимо было добыть мясо и хворост. Я решил начать с добычи мяса и отправился охотиться на обезьян. Пройдя не больше ста метров, я заметил нескольких подходящих особей, это были шимпанзе. Они перемещались между деревьями, хватаясь за ветки и лианы, а при моем приближении замерли и наблюдали с опасением. Я проверил свое копье, надежно ли закреплен нож на его конце, подбросил несколько раз в руке, чтобы привыкнуть к его весу, и резким взмахом метнул его в свою цель. Копье, рассекая воздух, устремилось вперед и пронзило грудь примата, он рухнул на землю, не подавая признаков жизни. Остальные обезьяны, увидев произошедшее, рассердились, начали громко кричать, и некоторые из них бросали в меня бананы и сухие ветки. Я попытался криком отпугнуть их, но эффекта это не произвело, они будто не слышали и продолжали метать в меня свои снаряды. Я подбежал к своей добыче, вынул копье, взвалил тело себе на плечо и со всех ног побежал к своему укрытию. Несколько десятков метров разъярённые обезьяны преследовали меня, но в итоге оставили в покое. Добыча была моей.

Я наносил огромную кучу хвороста в свое укрытие, подвесил тело примата, предварительно сделав несколько надрезов, чтобы стекла кровь, и приступил к поиску того, что поможет мне развести огонь. Вечерами мы с друзьями часто сидели возле костра, огонь добывали при помощи кремня и какого-нибудь плоского металлического предмета, чаще ножа. Нож у меня есть, большой, красивый, явно дорогой и добытый случаем в неравном бою, осталось лишь найти кремень. Больше часа я бродил по округе, но кремня так и не нашел. Зато обнаружил уголь, и если мне вдруг понадобится жар без дыма, я буду знать, что мне в этом поможет. Если немного помучиться и заняться алхимией, то можно, и наверное, нужно, сделать из него очищающий уголь, он пригодится мне, если я вдруг получу пищевое отравление. Помню, он не раз спасал нас с друзьями, когда мы объедались какой-то гадости, чаще всего это были несвежие продукты.

Внезапно я услышал хлопанье крыльев, надо мной пролетела птица. Я до сих пор не знаю, как она называется, но, если описать ее внешне, она была маленькой и с ярким голубым оперением. Она вернулась в свое гнездо на дереве и затаилась. Я начал красться, внимательно следя за тем, куда ставлю ногу. Гнездо находилось на ветке, не более чем в десяти футах над землей. Я подошел к дереву и плавно ухватился за ветку, подтянулся, опираясь ногами о ствол, и резким движением схватил гнездо со всем его содержимым. Птица пыталась вырваться, но, схватив ее за голову двумя пальцами, я навсегда прекратил ее сопротивление. Несмотря на скромные размеры, трофей меня обрадовал. В гнезде были два крохотных яйца, этого хоть и мало, но мне был необходим белок, а яйца – лучший его источник. Мяса в птице было очень мало, но ее перья легко воспламеняются и пригодятся мне для добычи огня. Гнездо тоже послужит этой цели, так как сделано из кучи сухих прутьев и утеплено пухом этой самой птицы.

Я хотел положить трофей в карманы штанов, но боялся раздавить птичьи яйца. Пришлось возвращаться в укрытие, неся скромную добычу в руках. Немного подумав, решил идти другой дорогой и набрел на небольшое ущелье. Внизу под каменной стеной я увидел темное пятно. Постучал по нему копьем, осмотрел в руках черные камешки, облизнул один, чтобы почувствовать вкус, и пришел к выводу, что это железная руда. К моему сожалению, я совершенно не знал, как ее использовать. Нет сомнений, что железо было бы полезным для меня, но я всего лишь 16-летний сирота, откуда мне знать секреты металлургии?! Я отошел на несколько шагов от рудной жилы, и тут мое внимание привлекли несколько других камней, явно выделяющиеся из общей массы. Они были серого цвета и с зелеными полосами. Я взял один кусок диаметром не больше четырех дюймов и погладил его пальцем, текстура была зернистой. Я бросил его в каменную стену, удар он выдержал. Осмотрев находку еще раз, я подошел к стене и быстро начал чесать им о камень. Большие искры посыпались в разные стороны, и я радостно крикнул: «Ура! Кремень!»

6

Наступил вечер, и солнце спряталось за горизонт. Из хвороста и сухой травы я собрал небольшую пирамиду так, чтобы между ветками были щели для воздуха. Это поможет костру быстрее разгореться и не погаснуть. Внизу я оставил немного места, чтобы иметь возможность просунуть воспламененное птичье гнездо и принялся его разжигать. Я поставил на него кремень и обухом ножа начал быстро чесать по нему вверх и вниз. Посыпались искры, и птичье гнездо начало дымиться. Подул на него несколько раз, оно загорелось, и при помощи ножа я подсунул его в центр заготовленной пирамиды. За считанные секунды ее полностью объяло пламенем, ощущалось приятное тепло, и мои руки сами потянулись вперед, желая согреться. Через несколько минут подбросил в костер ветки потолще и принялся разделывать тушу примата. Из его шкуры вышла бы отличная теплая жилетка, но, подумав, я решил сделать из нее походный мешок для своих находок. Работу над шкурой решил оставить на завтра, я хорошо очистил ее от подкожного жира при помощи ножа и отложил в сторону. На сегодняшнюю ночь использую ее в качестве одеяла.

Из толстых зеленых веток я соорудил вертел. Пожалуй, стоит рассказать, как мне удалось их сломать. Все довольно просто! Я подрезал ножом основание молодого деревца и легко свалил его. Тем же ножом очистил его ствол от веток и, используя два рядом растущих дерева как опору, просунул заготовку между ними. Потом, отмерив нужную мне длину, взялся за другой конец и, создав мощный рычаг, начал давить. Получившиеся детали связал лианами, конструкция получилась довольно шаткой, но на пару раз годится. Далее насадил тушу на вертел и начал жарить мясо.

Прежде чем убрать потроха в сторону, я поднял желудок примата и осмотрел его. «Из этого выйдет отличный бурдюк, – подумал я. – Нужно очистить его и замочить в соленой воде хотя бы на день, чтобы предотвратить гниение и избавиться от неприятного запаха. Но этим я также займусь утром».

Я бросил желудок назад к потрохам и отодвинул в сторону листья, на которых они лежали, подальше от себя и от места, где буду спать.

Мой нос уловил запах жареного мяса, и у меня потекли слюни. Туша была большой, и времени на ее приготовление уйдет много, а сырое мясо есть не хотелось. Я вспомнил о пойманной птице и яйцах. Яйца решил приготовить в скорлупе, положил на небольшой камень, подсунул его поближе к костру и принялся ощипывать птицу. Без перьев она стала еще меньше, и уже через пять минут я насадил ее тушку на палку и начал обжаривать.

Я ел и радовался вкусной еде, хотя к ней очень не хватало соли. На этом замечательном острове я чувствовал себя хозяином, и все здесь принадлежало мне. Я глубоко вдохнул, воздух наполнил мои легкие, но этот воздух был не таким, как в Англии. Он, как долгожданный глоток воды после жаркого дня, прохладный и свежий. Он окутывал все вокруг и легким ветерком разносил аромат каких-то цветов, свежей листвы и тропических фруктов. Вдалеке раздавалось пение птиц, перемешанное с легким стрекотом насекомых. Этот остров наполнял мою душу спокойствием и таинством, приносил ощущение умиротворенности и уносил давние заботы и тревоги, приглашая меня в новый, сказочный мир.

Два часа размышлений пронеслись, как пять минут. Мясо было готово, и я отставил вертел в сторону. Меня клонило ко сну, я не стал сопротивляться желанию, упал на кучу мягких листьев, укрылся добытой шкурой и крепко уснул.

Новый день был солнечным и очень жарким, что неоднократно вынуждало меня возвращаться к ручью для утоления жажды. Но такая погода отлично подходила для того, чтобы высушить добытую мною шкуру. Первым делом мне необходимо было обработать ее солью, дабы предотвратить гниение. Солевые отложения были на камнях у кромки берега. Вооружившись ножом, я отправился на добычу соли. Осторожно скребя по камню, я видел, как маленькие кристаллики соли падали на зеленый листик в моей руке. Далее эти небольшие порции ссыпались на большой лист, пока в конечном итоге я не собрал около фунта, может, больше. Хорошенько просолив шкуру, занялся своим будущим бурдюком. У меня не было никакой посуды, я не знал, как ее сделать, а возвращаться к ручью за каждым глотком воды занимало много времени и создавало неудобство. Поэтому бурдюк из желудка шимпанзе был мне очень необходим. Конечно, его внешний вид был отвратителен, но, подумав, я решил, что позже сделаю для него чехол из шкуры, это также поможет защитить его от повреждений и увеличит срок службы. Я промыл желудок, наполнил его океанской водой и добавил немного соли. Потом вырыл небольшой канал в песке на берегу и оставил свой будущий бурдюк плавать в этой луже.

На данный момент работа была окончена, и я решил заняться разведкой своих владений. Вновь соорудив копье, отправился туда, где с вершины горы видел озеро, в центр острова. Путь занял у меня несколько часов, очень хотелось пить и отдохнуть. Я подошел к озеру, и моему взору открылось удивительное, живописное место, окруженное зелеными деревьями и цветочным лугом. Озерная вода переливалась всеми оттенками синего и зеленого, отражая небесную синь и зеленые кроны деревьев. По его глади скользили грациозные водные птицы, а вокруг озера паслись козлы. Их мирное блеяние и пение птиц создавали гармоничную симфонию, наполняя это место духом покоя и умиротворения.