Через час все уже изрядно навеселе, Фиска ушла за соседний столик, где обнаружила своих друзей, я оказываюсь на коленях Матвея. Сама не замечаю, как наши милые заигрывания перерастают в поцелуи, от которых мы оба не можем оторваться. Целуется парень отпад, даже зацепил чем-то. Если бы не его манера покрасоваться, точно бы провела с ним неплохую ночь.
– Поехали отсюда? – отрывается от моих губ Матвей, – Мне кажется, что мы оба уже созрели, чтобы перенести наши игры в горизонтальное положение.
– Мне и здесь нравится, – дую губы, решая наказать парня или получить горячее удовольствие, – Ты так уверен, что любую можно купить?
– Не купить, так соблазнить, – проводит губами по моей шее Матвей, – Еще ни одна женщина не отказала мне, – улыбается как победитель.
– Тогда почему за ночь со мной решил заплатить?
– Я же вижу, что ты за этим сюда пришла. Понимаю, бедная студентка скорее всего, нужно на что-то жить, – усмехается он.
– У меня вид бедной студентки? – ахаю я, вот уж не думала, что произвожу такое впечатление.
– Ну, явно не девочки на ночь за две тысячи евро.
– Вот как, – огрызаюсь я, – Что же, поехали. Покажу тебе, что может девочка за такие деньги.
Встаем из-за стола, подхожу к Фиске, которая увлеченно болтает с какой-то девчонкой, говорю, что уезжаю.
– С ним? – кивает Фиска на Матвея, что стоит чуть в стороне и улыбается рядом танцующим девчонкам, – Он же явный бабник, – недовольно морщит носик подруга.
– Мне такой и нужен, – усмехаюсь я, – Хочу немного проучить самоуверенного мажорчика.
– Смотри, Мари, всякие попадаются, – осторожничает Фиска.
– Я тебя умоляю и не с такими справлялись, – показываю ей на убойный перцовый баллончик в моей сумочке, – Пусть только попробует.
– Ну, не знаю. Ты вроде как сама согласилась, зачем баллончик.
– А чтобы спесь маленько сбить, – хитро улыбаюсь и иду на выход, цепляя за локоть Матвея, что уже почти передвинулся на танцпол за новой юбкой.
Берем в баре бутылку шампанского и выходим из клуба. Матвей ловит такси и называет адрес, который я слушаю в пол уха. Сама проверяю свой запас средств на экстренный случай, думаю, что было бы лучше для моего самоуверенного любителя девушек.
– Сегодня, ты поймешь, что значит настоящий мужчина, – наклоняется к моему уху Матвей, целуя, чуть покусывая кожу на шее.
– Ффф, – ворчу в ответ, да тут не только самоуверенность, а целое воспетое самим собой непомерное эго, – Уверен, что меня есть чем удивить?
– Конечно, я буду любить тебя всю ночь, – отзывается Матвей, ныряя руками под мое платье.
Умело проводит по бедрам, касаясь края чулок, сжимает легко бедра, поглаживая пальцами. Черт, а он знает, что делает. Убеждаюсь, когда чувствую, что начинаю заводиться. Может ну его, это перевоспитание, хотя нет, таких самоуверенных в своей неотразимости надо наказывать.
– Деньги, – открываю ладошку, сжимая и разжимая, – Вперед.
– Какая меркантильная, – лыбится мажорчик и достает из кармана пиджака портмоне, отсчитывает четыре купюры по пятьсот евро. С хитрой улыбочкой сворачивает трубочкой и засовывает мне в декольте, – Получите и распишитесь.
– Вот еще, – фыркаю, перекладывая купюры в сумочку.
– Все, теперь можно? – обнимает, притягивая к себе на колени.
– Не здесь, – отклоняюсь от его рук и слышу недовольное ворчание.
Водитель останавливается у крутого таунхауса, и Матвей выходит, открывает мне дверь.
– Прошу в мой дворец, – рассчитывается с водителем и приобняв меня за талию ведет к отдельному входу.
В квартире полный минимализм. Хороший ремонт в стиле хай-тек, но всего минимум: кровать в огромной спальне, комод, белый пушистый ковер на полу, огромный телевизор. Гостиная с угловым диваном, снова телевизор и кухня с необходимым оборудованием.
Матвей сразу тянет меня в спальню, но я отбрыкиваюсь.
– Может глоток шампанского? – призывно облизываю губы и мажор ведется.
Идет на кухню, откуда скоро возвращается с двумя фужерами. Разливает прохладный напиток.
– Принеси что-нибудь закусить, – предлагаю я и когда он уходит, достаю из сумочки маленький пакетик с сильным снотворным. Щедро сыплю ему в фужер и тут же принимаю вид, словно разглядываю комнату.
Матвей возвращается с нарезкой сыра и виноградом в тарелке, включает тихую музыку. Чокаемся, выпиваем.
– Первый до дна, – говорю ему, – За знакомство.
– Отлично, ты необыкновенная девушка, – допивает шампанское Матвей, – Иди ко мне, моя красота, – сгребает к себе в объятия, забирая в плен мои губы.
Целуемся как-то жадно, хаотично, оставляя влажные мазки на коже. С меня мигом слетает платье, с него рубашка. Я забываю зачем вообще здесь, отдаюсь этому эротичному танцу чувств. Матвей умело ласкает мою грудь, сдернув и зашвырнув куда-то лифчик, я стягиваю с него джинсы, оставляя одни белоснежные боксеры. Рукой веду по толстому и каменному орудию, невольно загораясь. Хорошие такие размеры, этому мажору есть чем похвалиться.
Его руки и губы везде, полностью подчиняют меня, заставляя выгибаться и стонать, чувственно прикусывая нижнюю губку. Голова ныряет мне между ног и касается чувствительного бугорка, ловким и горячим языком, словно простреливая желанием. Отдаюсь на волю его языку, чувствуя, что еще немного и получу сегодня свой первый оргазм. Невольно вырывается громкий стон, как вдруг голова Матвея падает мне аккурат между ног и застывает. Через секунду слышу храп, который разрастается, вибрирует.
– Черт, – откидываюсь на подушку, пылая от болезненных спазмов неутоленного желания. Не мог уснуть чуть позже, я даже удовольствие не успела получить, – Сама виновата, – ворчу, выбираясь из-под тела, которое придавило мои ноги, как каменная стена.
И вот что мне приспичило его проучить, так все хорошо начиналось. С сожалением смотрю на спящего без задних ног Матвея и огорченно вздыхаю. Натягиваю на себя платье, махнув на лифчик, который не смогла найти, так же, как и трусики. Отыскиваю шубку и сумочку. Исчезаю из квартиры под звуки храпа, ругая сама себя. Такую ночь упустила, черт.
Первый день в офисе. Сегодня начинаю работать у папы, под крылышком Егора. Хочу произвести впечатление, поэтому утром долго верчусь перед зеркалом, перебирая наряды. Останавливаю выбор на платье насыщенного изумрудного цвета. Оно демократичной длины до колен, без рукавов, вырез лодочкой. Облепляет меня во всех нужных местах. Шелк немного переливается, но тонкий черный поясок делает образ более деловым.
Рисую тонкие черные стрелки на глазах, делая кошачий взгляд, тушь, персиковая помада. Волосы выпрямила утюжком, на ноги тонкие телесные чулки и черные туфли из замши. Сумка, ключи, телефон – я готова. Спускаюсь на подземную парковку и любуясь, провожу рукой по капоту новой машины. Папа так обрадовался моему приезду, что на следующий день, после моего появления, Егор пригнал к крыльцу дома родителей новую машину. Ауди, алого цвета и с белым кожаным салоном.
Я чуть ли не визжала от радости, когда увидела свою новую машину. В Англии у меня был взятый в аренду жук, а тут такая махина. Привыкнуть к габаритам, а за рулем я как рыба в воде, главное не ехать по встречке. Здесь, к сожалению, движение правостороннее и меня тянет пока не на свою сторону.
Еду в офис, получая полный кайф от дороги, только одно омрачает, мое субботнее происшествие с наглым мажором. Для себя решила, что, если встречу его или узнаю, кто он такой, обязательно верну деньги. Все же некрасиво получилось, парень ухаживал по-своему, к себе домой привез, а я ему такой облом сделала.
Ну не хотела бы, не ходила с ним, а так, получается, сама согласилась, деньги забрала, да еще и не дала. Но выпитые почти пять коктейлей, сделали свое дело. Я даже адрес не могу вспомнить, куда меня отвез этот Матвей. Поймала какого-то частника, сама толком не помню, как домой добралась.
Утром Егор привез ключи от своей квартиры и положил на стол рядом с моей тарелкой, кода мы все завтракали в столовой:
– Вот, пользуйся, мы все равно с семьей в доме живем, а квартира пустует. Ищи спокойно жилье по своему вкусу, да и от работы недалеко. Живи, малая, будь как дома.
– Это кстати, – обрадовалась я, быстро пряча ключи в кармане домашних брючек.
– Угу, – проворчал папа, – Я не против, но дочь, возвращаться под утро и будить своим приходом весь дом, как-то уж совсем не по-взрослому.
– Виновата, извини, – смутилась я, вспоминая свое вчерашнее возвращение.
Пока снимала эти чертовы сапоги, пару раз приземлилась на свою пятую точку с таким грохотом, что даже папа спустился. Было стыдно, что разбудила больного человека.
– Машунь, ты откуда такая, – посмеивался он, приседая передо мной на корточки и снимая сапог. Просто расстегнул молнию на нем и снял, чем дико удивил меня в тот момент.
– О, так они вон как снимаются, – проворчала я, чем вызвала папин смешок, – С Фиской в клуб ходили.
– С Анфисой? Это хорошо, – соглашается папа, – Давай-ка, поднимайся, в комнату тебя отведу.
– Я сама, – вырываю у него свою руку и меня ведет куда-то в сторону.
– Вижу, как сама, – смеется он и подхватывает меня за талию, помогая подняться в свою комнату.
– Ты болеешь, – продолжаю возмущаться.
– Ничего, с твоим приездом я прямо на ноги встал. А как жениха найдешь, совсем здоровый буду.
– Ннашшла, – выговариваю я трудное слово и оказываюсь в своей комнате, – Пап, я не хочу замуж, – падаю на кровать, прямо в одежде и отрубаюсь моментально.
Уже не чувствую, как папа смеется, снимает с меня куртку и накрывает пледом.
Утром капец как стыдно, поэтому Егор с ключами очень вовремя. Тем более до этого папа сидел и сыпал шутками в мою сторону, рассказывая маме в каком виде я пришла домой. Нет, нужно съезжать от родителей, все-таки я привыкла жить одна. Затем, спокойно искать квартиру, не торопясь. Я знаю какую, хочу и примерно пару районов есть на примете, поэтому буду выбирать.
Воскресенье посвятила переезду, да и что мне пока перевозить. Вещей на пару чемоданов, продукты заказала через доставку. Хожу по квартире Егора, любуясь панорамным видом на Москву-реку и город. Квартира брата мне нравится, все необходимое есть, а особенно порадовала шикарная кровать, размером с половину спальни и кофемашина.
О проекте
О подписке
Другие проекты