Цитаты из книг автора «Денис Листвин»

При повторении одинаковых действий клетки мозга, связанные с этими действиями, группируются в определенную последовательность, которая по мере повторения буквально цементируется и обеспечивает в дальнейшем очень быстрое и автоматизированное выполнение этого действия.

Термин «проактивный» в психологии обозначает процесс или событие, которое в определенных условиях становится стимулом для дальнейших событий и процессов. Проактивная мотивация – та, которая была у учащихся до начала учебного процесса, то есть те мотивы, которые побудили человека взяться за изучение языка и с которыми он в первый раз приходит в класс. Термин «ретроактивный» (в основе которого лежит латинский корень «retrō» – «назад») употребляется в психологии для описания любого события, стимула или процесса, который оказывает воздействие на ранее имевшие место события, стимулы или процессы.

Основные мотивы и причины изучения иностранного языка можно свести к следующим. 1. Экономические мотивы. Реалии глобального мира таковы, что знание иностранного языка повышает стоимость работника на рынке труда. С некоторыми профессиями можно достаточно легко найти хорошо оплачиваемую работу за рубежом. Думаю, экономические мотивы вообще можно считать ведущими для изучения немецкого языка. 2. Академические мотивы. Знание иностранного языка позволяет получить образование за рубежом, а также доступ к актуальной зарубежной научной информации. На русский язык переводят лишь небольшую часть зарубежной научной литературы. А если даже литература и переводится, то перевод задерживается, как правило, на год-два (среднестатистический срок перевода и подготовки к изданию) и информация уже успевает устареть. Хотя академические мотивы в конечном счете являются разновидностью экономических.

В психологии мотив определяется как побуждение к деятельности, связанное с удовлетворением потребностей субъекта. По сути, мотив – это, прежде всего, некая неудовлетворенная потребность. Эта потребность заставляет нас предпринять какие-то действия, чтобы ее удовлетворить. Пока у человека (да и вообще любого другого живого существа) не появится мотив, он не встанет с дивана и никакую деятельность не начнет. Поэтому при рассмотрении теоретических основ обучения мотив мы никак не можем обойти стороной. От мотивации во многом зависит то, какова будет наша деятельность и состоится ли она вообще.

2. Инструкционный компонент (Что нужно сделать для эффективного обучения?): Для эффективного обучения необходимо обеспечить условия для привыкания и адаптации психики к информации. То есть отобрать информацию такого качества и объема, к которой психика физиологически способна привыкнуть без приложения сверхусилий и обеспечить настолько частый контакт с этой информацией, насколько это нужно для привыкания к ней. 3. Диагностический компонент (Почему обучение оказывается неэффективным?): Потому что не были созданы условия для привыкания и адаптации психики к информации (см. пункт 2). Вспоминая тот умственный и психологический хаос, с которым каждый из нас наверняка сталкивался в свои школьные и студенческие годы чудесные, мы можем с уверенностью сказать, что эффективным наше обучение едва ли можно было бы считать даже с натяжкой, а условий для «привыкания и адаптации» (за редкими исключениями) создано не было. Напротив, присутствует ощущение, что наша школа прилагала максимум усилий по созданию всех возможных условий по дезадаптации и дезориентации учащихся, и единственное, к чему они в результате привыкли, это рефлекторное отторжение от всего, что связано с учебой, а также подсознательное ощущение собственной ущербности и вины. Но это уже отдельная тема, которую мы более подробно затронем позже. Сейчас же отметим, что только одно формулирование и внедрение качественных, понятных и «операциональных» (которыми можно оперировать в практической деятельности) определений в наше теоретическое образование могло бы значительно повысить отдачу от обучения. Пока в этой области ситуация более чем печальная.

«Обучение – это привыкание и адаптация психики к новой информации». Другой вывод из наблюдений за котом: любой живой организм, если его предоставить самому себе и лишний раз не дергать, автоматически, как подсолнух к солнцу, начинает тянуться к получению информации, то есть к обучению, поскольку потребность в обучении – одна из базовых и наиболее сильных потребностей человека. Для обучения эффективным стратегиям поведения в какой-либо ситуации существует одно условие, проистекающее из вышеназванного определения обучения: живому существу нужно создать условия для такого частого контакта с подлежащей изучению информации, чтобы успело произойти привыкание и адаптация его психики к ней. И тогда высокий учебный результат будет практически гарантирован. Резюмируем сказанное с учетом выдвинутых выше требований к качественному определению. 1. Суть феномена обучения: Любое обучение заключается в привыкании и адаптации психики к новой информации. Если ты чему-то научился, значит, ты привык и адаптировался к этому.

Кот НАУЧИЛСЯ! Научился нормально и эффективно взаимодействовать с новой средой обитания. При этом он не ходил на курсы по успешному проживанию в новой квартире, у него не было репетиторов, таскавших его по помещениям и объяснявших, где и что тут можно делать, и он не читал учебников. Однако результат есть: кот научился. Какие следствия это может иметь для педагогики и дидактики?

словесными конструкциями малозначимость или полное отсутствие смысла и научной ценности текста. Другая частая причина – страх показаться недостаточно «умным» и «научным», для чего необходимо писать не «кухонным» языком, а самым что ни на есть академическим. В итоге складывается ситуация, хорошо описанная в анекдоте: Аспирант приносит на утверждение тему диссертации: «Как носить воду решетом». После доработки ученый совет утверждает тему с измененной формулировкой: «Транспортировка соединений кислорода и водорода в ячеистых конструкциях с пористой структурой».

И это правильный ответ, потому что понять это невозможно! На этом примере мы видим одну неприятную особенность современной академической среды, о которой мы уже упоминали. Этот «учебник» написан для студентов – будущих педагогов. Надо отметить, что примерно в таком же духе написаны почти все учебные пособия в Российской Федерации. Думаю, каждому студенту знакома ситуация, когда он, готовясь к семинару или экзамену, по несколько раз перечитывает предложение или абзац, пытаясь «въехать» в смысл написанного. И происходит это далеко не всегда потому, что студент якобы глуп и ограничен. Часто проблема кроется больше в авторе учебного пособия. Что представляет собой среднестатистический автор учебников? Это кандидат или доктор наук, занимающийся в течение 10–50 последних лет научной или околонаучной деятельностью, чтением статей и диссертаций таких же кандидатов и докторов и написанием собственных научных произведений. Причем произведения эти написаны все тем же самым «научным» языком, то есть таким, понять который нормальному носителю русского языка практически невозможно. И дело далеко не всегда в том, что этот носитель профессионально не подкован и не владеет терминологией. Просто сами эти научные тексты написаны языком столь противоестественным, что понять их не в состоянии практически никто, включая коллег по цеху и нередко самого автора. Читая десятилетиями подобные труды, человек закономерно разучивается говорить и писать «нормальным» языком и, к сожалению, часто вообще не понимает и не задумывается, что и для кого он пишет. Причина выбора столь развесистых языковых средств заключается в ряде случаев в стремлении авторов скрыть за

«Характеристика исторического процесса возникновения и последующего развития тех или иных форм культуры предполагает эксплицитное или имплицитное использование теоретических схем, выработанных на основе осмысления этих форм в уже развитом состоянии, и последующего наложения выработанной таким образом объяснительной модели на эмпирический материал».