Цитаты из книг автора «Дэниэл Сигел»

защита полезна, а иногда просто необходима.

Когда возникают сильные первичные чувства или конкретные категоричные эмоции, обычная реакция на них определяется опытом. Если вы росли в семье, где злость выражалась в приступах ярости, то у вас, скорее всего, появляется сильная тревога каждый раз, когда вы сталкиваетесь со злостью. В ответ на тревогу вы, вероятно, привыкли чувствовать беспомощность и замешательство, ведущие к ступору. Если вы привыкли бояться ярости, то заплачете и убежите; или же у вас появляется агрессивная реакция борьбы, и тогда на злость вы ответите собственной злостью. «Бей–беги–замри» — это эмоциональные реакции на ваши собственные эмоциональные реакции. Помимо приобретенных реакций на частые эмоциональные угрозы у нас также имеются паттерны адаптации, помогающие справляться со сложными ситуациями и своими реакциями на них. Иногда их называют защитными механизмами, и они формируют матрицу личности, то есть то, как мы ощущаем собственный внутренний мир и взаимодействуем с другими. Вот общая схема защиты, с которой сейчас соглашаются многие психологи: появление эмоциональной реакции → возникновение тревоги/страха → активация защиты Это отключает эмоцию, или, по крайней мере, осознанность эмоции, что, в свою очередь, снижает интенсивность тревоги/страха и позволяет жить дальше. Именно поэтому защи

Поскольку у Энн была не слишком хорошо развита интероцепция, такие тонкие сигналы, вероятно, заглушались или вовсе отсутствовали в поле осознанности. Но они все равно напрямую влияли на мышление и запас жизненных сил. Человек может находиться в боевой готовности или чувствовать беспомощность и истощение, не зная причин. Я предполагал, что учащенное сердцебиение Энн каким-то образом связано с внутренним напряжением. Когда незначительная угроза приводила к выбросу адреналина и кортизола, ее сердце начинало колотиться, чем привлекало внимание. Но поскольку Энн с трудом осознавала свое душевное состояние, она не знала, почему так происходит.

Если сознание вертикально интегрировано, вы считываете сообщения тела об опасности или безопасности, в том числе и очень тонкие ощущения. Вы можете почувствовать некоторое напряжение, идя по улице, и только потом понять, что вас кто-то преследует. Или в разговоре внезапно смекнуть, что собеседнику нельзя доверять. В повседневной жизни доступ к подкорковой энергии и информации необходим и для мыслительного процесса. Осознание подкорковых импульсов позволяет понимать, как вы себя ощущаете, предупреждает о возникающих потребностях, помогает расставлять приоритеты при выборе и побуждает к принятию решения. Именно так способность чувствовать нутром или сердцем позволяет нам жить полной жизнью.

Если сознание вертикально интегрировано,

Ствол совместно с лимбическими структурами и корой оценивает степень опасности или безопасности2. Когда система сообщает, что нам ничто не угрожает, мы отпускаем напряжение в теле и расслабляем мышцы лица. Мы делаемся восприимчивыми, а сознание — ясным и спокойным. Анализируя опасность, ствол (вместе с лимбическими участками и медиальной префронтальной корой) активирует механизм принятия решений: если нам кажется, что мы справимся, мы переключаемся в режим «бей или беги». В результате активируется симпатический отдел автономной нервной системы. Наше тело готовится к действию, и сердце начинает колотиться. Адреналин поступает в кровь, происходит выброс кортизола — гормона стресса. Обмен веществ готовится к предстоящим затратам энергии. С другой стороны, если мы уверены в собственной беспомощности, мы падаем или замираем. Исследователи называют это нейрогенным обмороком, и во время него активируется дорсальный отдел парасимпатической части автономной нервной системы. Такая реакция была свойственна нашим самым ранним предкам, и считается, что она способна спасти животное, настигнутое хищником. Падение симулирует смерть, и хищник, питающийся только живой пищей, теряет к жертве интерес. Когда мы замираем, артериальное давление резко падает, что помогает сократить кровопотерю от возможных ран. Это вызывает обморочное состояние у человека (или у животного), и он без сил падает на землю, что поддерживает кровоснабжение самого ценного органа — мозга.

Мы получаем доступ к нашему телу посредством интероцепции, что буквально означает «восприятие изнутри». Попробуйте прерваться на секунду прямо сейчас и почувствовать, как бьется ваше сердце и как вдохи сменяются выдохами. Ключевые физиологические процессы регулируются стволом головного мозга; он также помогает управлять корой, воздействуя на внимательность и формируя душевное состояние. Сигналы ствола легко уловить в любое время, для этого нужно обратить внимание на возбуждение и на изменения в дыхании или сердечном ритме.

Никто точно не знает, как наше сознание использует мозг, чтобы защищать нас от боли, но имеются два подтвержденных клинической практикой факта. Во-первых, люди довольно часто пользуются адаптацией, принимающей различные формы — от временного блокирования чувств до их продолжительных отключений. Во-вторых, каким-то образом наше сознание модифицирует нейронные паттерны импульсов для создания того, что нам нужно. Например, когда нам необходимо сконцентрироваться, мы активируем участки префронтальной коры по обеим сторонам мозга. Поэтому предполагается, что один из возможных способов вытеснения чего-то из поля осознанности состоит в следующем: сознание в буквальном смысле сдерживает прохождение энергии и информации из подкорковых участков вверх к коре, особенно в способствующие осознанности части префронтальной коры.

Никто точно не знает, как наше сознание использует мозг, чтобы защищать нас от боли, но

Существует еще один доказанный факт: когда мы блокируем осознанность чувств, они все равно продолжают воздействовать на нас. Многочисленные исследования показали, что нейронные сигналы тела и эмоции влияют на мышление и принятие решений, хотя мы об этом и не подозреваем. Даже выражение лица и едва уловимые изменения сердечного ритма способны изменять наше мироощущение. Другими словами, можно попытаться убежать от чувств, но нельзя спрятаться от них.