– Итак? – Он ждал от нее хоть какого-то ответа.

– Я собираюсь посмотреть сельскохозяйственное оборудование, которое выставлено здесь. Ты можешь присоединиться, если пожелаешь. Если же нет, встретимся здесь через три часа.

Для Дори ярмарка была бы не настоящей, если бы она не нашла времени посмотреть на новинки аграрных механизмов. Она думала, что это передалось ей по наследству. Ее дедушка владел яблоневым садом в плодородной долине Якима, которую часто называли яблочной столицей всего мира.

– Сельскохозяйственное оборудование? – Мимолетная улыбка коснулась губ Гевина, когда он провел рукой по гладковыбритой щеке.

– Верно.

Назови Дори ему причину, и он бы, возможно, засмеялся, а кроме того, она открылась бы для каких-либо дальнейших его нападений.

Они прошли от одного конца парка до другого, восхищаясь огромным количеством экспонатов. Несколько раз люди останавливались, чтобы с любопытством посмотреть на Гевина. Может, он и заметил их внимание, но виду не подал. Тем не менее ни один человек не приблизился к нему, и они спокойно продолжали неспешную прогулку. Дори считала, что причиной такого внимания было удивление при виде знаменитого Гевина Паркера с такой ординарной личностью, как она. Да к тому же ей было явно за тридцать!

Возле галереи с игровыми автоматами Дори пришлось приложить огромные усилия, чтобы не засмеяться, когда Гевин старательно отрабатывал бросок, чтобы сбить мячом три бутылки с молоком. Его буквально распирало от гордости, когда он выиграл игрушечного льва. «Подходящий приз, – подумала Дори. – Хотя на те деньги, что он потратил, чтобы выиграть одного, он мог бы купить двух».

– Считаешь, что это забавно? – пробормотал он, неся огромного льва под мышкой.

– Это весело, – призналась она.

– Тогда вот. – Он вручил ей льва. – Он твой. Нелепо, если я буду таскать его повсюду.

– Дорогой мистер Паркер, что бы это могло значить? – Дори в притворном шоке прижала руку к сердцу.

– Просто возьми эту вещь!

– Кто-то мог посчитать, – сказала Дори, поглаживая золотую гриву, – что бывший квотербек преследует куда большую цель…

– Ох. – Он вытянул руки и вытащил из сердца невидимые стрелы. – Миссис Робертсон, это удар ниже пояса.

Она купила сладкую вату и поделилась с ним.

– Теперь ты знаешь, что значит напевать марш Мендельсона.

– Мне кажется или это действительно прозвучало немного надменно? – Сильные мужские пальцы скользнули по ее затылку.

– Если только немного, – улыбнулась ему Дори.

На небе сияли неполная луна и яркие звезды, которые можно было наблюдать до тех пор, пока они не покинули территорию ярмарки, направившись в сторону Сиэтла. На мягких сиденьях БМВ лежало несколько выигранных призов и купленных сувениров, шляп и других вещей, которые люди обычно привозят с ярмарок. Когда они выехали на автостраду, Денни и Мелисса заснули, вымотанные отдыхом, который длился целых восемь часов.

Минут сорок спустя Гевин остановился перед небольшим домом Дори. Она тепло улыбнулась ему, с трудом подавив зевок.

– Спасибо за сегодняшний день.

Их глаза встретились, а после его взор опустился ниже на ее слегка приоткрытые губы. А затем он практически сразу же поднял взгляд.

– Мне было весело. – Голос Гевина был тихим и спокойным.

Дори покраснела и немного засмущалась, решив обратить все свое внимание на поиски ключей от дома в своей сумочке.

– Не веди себя так странно, – ответила она.

От звука их голосов Денни пошевелился. Выпрямившись, он потер глаза:

– Мы дома?

Не став ждать ответа, он начал собирать свои сокровища: изображение своей любимой группы и разноцветную песчаную скульптуру, которую они построили вместе с Мелиссой. Дочь Гевина продолжала спать.

– Я отлично провел время, мистер Паркер. – В голосе Денни все еще были сонные нотки.

Гевин вышел из машины и открыл перед Дори дверь. Она выбралась наружу, в одной руке держа ключи от дома, а в другой – игрушечного льва, а затем помогла вылезти с заднего сиденья Денни.

– Спасибо еще раз, – прошептала она. – Попрощайся от меня с Мелиссой.

– Хорошо. Спокойной ночи, Денни. – Гевин положил руку ему на плечо.

– Спокойной ночи.

Мальчик повернулся и зашагал в дом, но так и не смог побороть огромный зевок. Дори заметила, что Гевин не уезжал до тех пор, пока они не зашли в дом. Сын направился прямо в свою спальню. Положив льва на ковер, Дори подошла к окну, чтобы посмотреть на удаляющиеся огни его машины, и смотрела до тех пор, пока машина Гевина не исчезла в ночи. Она сомневалась, что увидит его хотя бы еще раз. Что было хорошо. По крайней мере, так она уверяла себя.

– Мам, пора вставать, – вслед за радостным голосом сына раздался оглушительный стук в дверь.

Дори застонала и с трудом приоткрыла один глаз, чтобы бросить на сына отсутствующий взгляд. Понедельники всегда были худшими днями в ее жизни.

– Не может быть, что уже утро, – простонала она, слепо протягивая руку, чтобы выключить будильник, еще не совсем осознавая, что он звонит.

– Я принес тебе кофе.

– Спасибо.

Кофе, приготовленный ее сыном, мог поднять и мертвого.

– Поставь его на мою тумбочку.

Денни осторожно избавился от чашки и, вместо того чтобы уйти, присел на край ее кровати.

– Знаешь, я тут подумал…

– О нет, дорогой. – Дори не была готова к еще какому-нибудь озарению у Денни. – И что теперь?

– Прошла целая неделя, а мы все еще не нашли мне нового папу.

Весь вечер они спорили – Дори старалась убедить сына, что Гевин Паркер никоим образом не подходит в кандидаты на роль нового отца. И сейчас она не смогла бы осилить подобный разговор. Тем более что женщины, похожие на нее, не заинтересовали бы Гевина. И кроме того, он прекрасно дал понять о своем отношении к повторному браку.

– Такие вещи требует времени, – пробормотала она, изо всех сил стараясь принять сидячее положение. – Дай мне минутку, чтобы проснуться, а потом мы вновь начнем борьбу. Хорошо?

– Ладно.

Дори скривилась, сделав первый глоток крепкого кофе, но он помог ей проснуться хотя бы немного. Она потерла рукой уставшие глаза.

– Теперь мы можем поговорить? – спросил Денни.

– Прямо сейчас? – Что бы ни беспокоило ее сына, кажется, эта вещь была важна. Она вздохнула. – Хорошо.

– Прошла неделя, и мы не встретили ни одного парня, кроме мистера Паркера.

– Денни, – Дори протянула руку и положила ее на плечо сына, – ведь это – серьезное дело. Поиски нового отца действительно важны, и мы не можем здесь торопиться.

– Но я думал, нам надо положить наживку.

– Наживку?

– Да, мы делаем так с дедушкой, когда идем на рыбалку.

– И что конкретно пришло тебе на ум? – Дори сделала еще один глоток и убедилась, что это – не ночной кошмар и она действительно проснулась.

– Ты.

– Я? – Теперь она понимала, как себя чувствуют черви, которых насаживают на крючок.

– Ты – хорошая мама, но ты не выглядишь как матери в телевизоре.

– Все, я услышала достаточно, – покачала головой она, вновь падая на подушки. – Я собираюсь принять душ. Подвинься.

– Мам, – Денни выглядел подавленным, – но это еще не все.

– Только не сегодня утром.

На его лице отразилось разочарование, как только он встал с кровати.

– Ты подумаешь о занятиях спортом?

– Спорт? Зачем? Я в отличной форме. – Она похлопала по своему плоскому животу в подтверждение.

Дори не отказалась бы скинуть несколько фунтов, но ей и так было не стыдно надеть купальник.

– Если ты уверена… – Огромные глаза, в которых мелькало сомнение, осмотрели ее с ног до головы.

После подобного внимательного осмотра Дори чувствовала что угодно, но только не уверенность. И тем не менее по утрам она была не в лучшей форме. Денни знал это и атаковал тогда, когда она была слабее всего.

Когда Дори добралась до офиса, ее настроение не улучшилось ни на грамм. Она как раз начала работать с последними папками, когда вошла Сенди, держа в руках белый пакет.

– Доброе утро, – радостно поприветствовала ее подруга.

– И что доброго ты видишь в понедельниках? – спросила Дори, не намереваясь говорить так резко, как сделала это. Когда она подняла глаза, чтобы извиниться, Сенди ставила ей на стол стакан кофе и булочку. – Что это?

– Повод, чтобы порадоваться дню, – ответила коллега.

– Спасибо, но я, пожалуй, откажусь от сладкого. Сегодня утром Денни заявил мне, что я не выгляжу как звезда телевидения.

– А кто так выглядит? – засмеялась Сенди, сев на край стола Дори. – В этом мире есть красивые люди и остальные – мы.

– Попробуй убедить в этом моего сына. – Дори отодвинула стул назад и сняла со стакана защитную пленку. – Говорю тебе, Сенди, я не видела более серьезного ребенка, чем он. Денни хочет отца и сводит своими идеями меня с ума.

– Что же маленький монстр хочет сейчас? – слегка улыбнулась собеседница.

– Денни – не монстр. – Дори почувствовала необходимость встать на защиту сына.

– Все дети монстры.

Нелюбовь Сенди к детям была общеизвестна. Она много раз упорно заявляла: «Ребенок – это последнее, что я хочу получить от этой жизни». Дори не могла понять такое отношение, но Сенди и ее муж имели право на собственные чувства.

– Денни решил, что мне следует начать заниматься спортом, чтобы привести себя в форму, – сказала она, откидываясь назад на стуле и обхватывая стакан руками. – И еще, насколько я помню, он сказал, что я должна быть наживкой.

На ее лице медленно расплывалась улыбка.

– Этот ребенок куда умней, нежели я считала.

Сенди доела свою булочку и потянулась за той, которая предназначалась для подруги. Дори до сих пор не понимала, как кто-то может есть так много и оставаться настолько худой.

– Полагаю, ты уступишь? – спросила Сенди, стряхивая крошки с губ.

– Думаю, – пробормотала Дори, – в каком-то смысле он прав. Я не смогу пробежать и мили даже для того, чтобы спасти свою душу. Но как пробежки помогут с поиском нового отца для него, я не понимаю.

– Ты и правда собираешься сделать это?

– Что?

– Выйти замуж еще раз, чтобы доставить удовольствие ребенку?

– Я не знаю, – ответила, водя пальцем по краю стакана, Дори. – Но если я и выйду замуж снова, это будет не просто для Денни. Это будет для нас обоих.

– Брат Джефа будет в городе в следующие выходные. Мы можем провести время все вместе, если хочешь.

Дори видела Грега лишь однажды, и у нее остались не самые приятные впечатления. Он был в разводе и в силу своего ожесточенного характера не был способен оживить компанию. И насколько она помнила, весь вечер они обсуждали корыстные намерения юристов и предвзятое отношение к отцам в судах. Но Дори была готова выслушать еще один эпизод из истории «Развод», если это поможет. Денни увидит, что она хотя бы делает попытки. И это должно успокоить его на некоторое время.

– Конечно, – сказала Дори, кивая при этом. – Давайте соберемся.

– Денни, должно быть, настроен серьезно, впрочем, как и ты. Вот и правильно, время уже пришло. – Сенди даже не попыталась замаскировать удивление.

Практически сразу же после того, как согласие сорвалось с ее губ, Дори пожалела об этом. И никто не мог быть удивлен ее решением больше ее самой.

И к вечеру, когда она вернулась домой, ее настроение не улучшилось.

– Привет, мам. – Денни поцеловал ее в щеку. – Я поставил запеканку в микроволновку, как ты просила.

Через несколько лет Денни будет с неохотой демонстрировать свою любовь к ней с помощью поцелуя. От этой мысли в ней всколыхнулась волна сожаления. Очень скоро Денни уедет, и она останется одна. Сожаление превратилось в боль. Одна. Слово, казалось, эхом раздается вокруг нее.

– Ты устала? – спросил Денни, следуя за ней в спальню, где она скидывала туфли.

– Не больше чем обычно.

– О. – Денни остановился в дверном проеме.

– Но у меня достаточно сил, чтобы пробежаться перед ужином.

– Правда? – Его голубые глаза засверкали, как бриллианты.

– Если только ты захочешь пойти со мной. Мне нужен тренер.

Она бы не решилась бегать по улицам Сиэтла без него. Несомненно, Денни будет кругами носиться вокруг нее, ну и что с того? Она не собиралась соревноваться с ним.

Дори сняла синий деловой костюм и натянула старые джинсы и полинявшую футболку. Денни бегал на месте, когда она зашла на кухню. Дори внутренне застонала, увидев, сколько энергии у сына. Заметив ее появление, Денни застыл на месте.

– Ты ведь не побежишь в таком виде?

– А что не так? – Дори надела еще и повязку для волос.

– Вся эта одежда старая.

– Денни, – застонала она. – Я не собираюсь бегать в платье.

Без сомнения, он воображал, что она будет в облегающем трико и разноцветных гольфах.

– Хорошо, – пробормотал ее сын, хотя не казался довольным.

Первые два квартала были просто убийственными. Дори позволила мальчику установить ритм, а его колени поднимались с молниеносной скоростью, когда он бежал вниз по тротуару. Чтобы не потерять гордость, Дори смогла приноровиться к темпу сына. Ее легкие загорелись практически мгновенно. Мышцы в икрах запротестовали против подобных энергичных упражнений, но пока она могла без особого труда заставлять свои ноги двигаться. Однако, пробежав шесть кварталов, Дори поняла: либо она сдастся, либо упадет замертво.

– Денни, – задыхаясь, проговорила она. – Я думаю… мне не следует… перенапрягаться… в первый день.

Дори споткнулась и перешла на шаг. Ее дыхание со свистом вырывалось из горла, что практически не позволяло ей говорить. Наклонившись вперед, она поставила руки на колени и глубоко задышала.

– Ты ведь не устала?

– Самую… малость, – еле слышно ответила Дори, хотя чувствовала, что практически умирает. – Мне кажется, я натерла на пятках мозоли.

Она выпрямилась и глубоко вдохнула. Дори молча умоляла Бога дать ей причину для остановки. Последний раз она дышала так глубоко, когда рожала. Она вся обливалась потом, и даже чтобы вытереть лицо, ей пришлось приложить значительные усилия. Женщины ведь не должны так потеть? И может, это были слезы муки?

– Я думаю, нам надо пойти обратно.

– Да, тренер всегда заставляет нас успокоиться.

Дори мысленно пообещала подарить тренеру сына ромовый торт на Рождество.

У Денни все еще оставалось достаточно сил, и он изо всех сил старался продемонстрировать их, продолжая бегать взад и вперед вокруг Дори. Она на всякий случай решила еще и прихрамывать.

– У меня точно появились мозоли, – сказала она, покачивая головой для выразительности. – Эти кроссовки новые, я пока не разносила их.

Да и на самом деле она не могла с точностью сказать, что этих мозолей не было – ее ступни болели точно так же, как легкие и остальная часть ног. Чем ближе они подходили к дому, тем реальнее становилась ее хромота.

– Мам, ты точно в порядке? – У Денни хватило вежливости проявить небольшое беспокойство.

– Все хорошо. – Дори слабо улыбнулась ему в ответ.

Повязка упала со лба и закрыла один глаз, но у нее не хватало энергии, чтобы все поправить.

– Мам, давай я помогу тебе. – Денни подошел сбоку и обнял ее за талию. Затем посмотрел на ее красное горящее лицо, и его брови сдвинулись. – Ты не очень хорошо выглядишь.

Дори даже не представляла, как она выглядит, но она чувствовала, что ее вот-вот стошнит. Она была полной идиоткой, стараясь соответствовать темпу Денни. Эти шесть кварталов могли бы сойти за шесть миль. Они дошли до центра квартала, где находился их дом, когда Денни вдруг остановился:

– Эй, мам, посмотри. Это мистер Паркер.

Дори даже не хватило времени, чтобы придержать сына – так стремительно он закричал и направился прямиком к мужчине. Гевин Паркер стоял посреди тротуара, положив руки на пояс. И он даже не сделал попытки скрыть свое веселье.