Глава 2

– Важно? – повторила Дори, ничего не понимая. – Что?

– Это. – Гевин сунул листок бумаги ей под нос.

Даже не позаботившись о прочтении сообщения, Дори пожала плечами:

– Я не посылала вам ничего, кроме чека.

– Ты не посылала, мама, но я… я послал, – сделал шаг вперед Денни, его лицо покраснело, а руки непроизвольно сжались.

– Что? – недоуменно произнесла она.

Дори вырвала записку из рук Гевина. «Мне надо поговорить с вами как можно быстрей. Д. Робертсон», – было написано красивыми прописными буквами. «Лично», – было подписано ниже.

– Видите ли, – начал быстро объяснять Денни. – Мама сказала, что мы, возможно, никогда не увидим вас снова, а я очень хотел ваш автограф. Поэтому, когда она положила конверт на полку, чтобы потом отправить почтой, я открыл его и оставил там записку. Я действительно хочу ваш автограф, мистер Паркер. Вы лучший квотербек за все время!

Если Гевин и был польщен торжественным заверением в преданности со стороны Денни, то это никак не проявилось в его плотно сжатых губах. На переднем сиденье его автомобиля Дори мельком увидела блондинку, которая проявляла нетерпение. Очевидно, что у Гевина Паркера были совершенно другие планы.

Обняв сына за плечи, Дори храбро встретила решительный взгляд Гевина:

– Я приношу извинения за все неудобства, которые причинил вам мой сын. И могу заверить вас, что такое больше не повторится.

Поняв намек в речи матери, голос которой практически дрожал от еле сдерживаемого гнева, Денни склонил голову и зашуршал в листьях носком своих кед.

– Мне тоже очень жаль. Я просто хотел ваш автограф, чтобы доказать парням, что моя мама действительно чуть не скинула вас с дороги.

Хлопнула автомобильная дверь, и Дори посмотрела в ту сторону. Она почувствовала недоверие, смешанное с огромным удивлением. С Гевином Паркером была не женщина, а девочка. Ей было не больше тринадцати, она была очень милой и безнадежно пыталась спрятать свою женственность.

– Что так долго?

Девочка была одета в выцветшие голубые джинсы и футболку команды «Морские соколы». Длинные светлые волосы были откинуты с лица и схвачены резинкой на шее. Несколько кудрей вырвалось, и она сердито подняла к голове руку, очевидно недовольная тем, как плохо они были закреплены. Улыбка осветила ее глаза, когда она заметила, что на Денни была футболка той же команды.

– Эй, ты тоже любишь «Морских соколов»?

– Еще как! Мы проведем в этом году серию решающих встреч, – с гордостью проговорил Денни.

– Да, я тоже так думаю. Мой папа играл профессионально, и он говорит, что у «Соколов» хорошие шансы.

Когда Денни счастливо улыбнулся, на его веснушчатом лице появились ямочки.

– Иди в машину, Мелисса. – Тон Гевина не терпел никаких возражений.

– Но, папа, там жарко, и я хочу пить.

– Может, стакан апельсинового сока? – с энтузиазмом предложил Денни. – Господи, я не знал, что девчонки любят футбол!

– Я знаю о нем все, что только можно, и, кстати, мои броски очень хороши. Спроси папу.

До того как Гевин или Дори смогли возразить, Мелисса и Денни пошли по направлению к дому. Дори подняла брови в молчаливом вопросе.

– Я заплачу вам чашкой кофе за автограф, – покорно сказала она.

Чашка кофе, который сварил ее сын, была верхом справедливости, и уголков ее губ коснулась улыбка.

В первый раз со времени их сомнительного знакомства Гевин улыбнулся. Такое простое движение, а изменение сурового выражения его лица было разительным. На его щеках появились ямки, от глаз в разные стороны разбежались маленькие морщинки, и с его губ сорвался смех. Но изменения коснулись не только его лица. Каким-то образом та броня, которую он носил, развалилась на куски, когда он ослепительно ей улыбнулся.

К сожалению, его радужное настроение не длилось долго, и к тому времени, как он последовал за ней в дом, лицо приняло обычное выражение.

Мелисса и Денни сидела за кухонным столом и пили апельсиновый сок из высоких стаканов.

– Пап, – Мелисса с нетерпением посмотрела на него, – давай возьмем Денни с нами на ярмарку в Пьюаллеп? Нет ничего веселого в том, чтобы кататься на аттракционах в одиночку, а ты терпеть не можешь такие вещи.

– Боюсь, у Денни футбольная игра после обеда, – сказала Дори.

– Я центральный нападающий, – гордо заявил Денни. – Может, ты придешь и посмотришь?

– Пап, мы можем? Ты же знаешь, я люблю футбол, а когда игра закончится, поедем на ярмарку, – быстро переиграла их расписание Мелисса.

– Миссис Робертсон? – Гевин передал право решать ей.

– Когда Денни приедет домой? – спросила она, стараясь выиграть немного времени.

Все происходило так быстро, и Дори не знала, что и думать. Гевин Паркер мог быть знаменитым футбольным игроком, но он также был незнакомцем, и она не собиралась отпускать своего сына с тем, кого она не знала. Если ей понадобится выдумать объяснение, она всегда может использовать посещение церкви следующим утром и их еженедельный ужин с ее родителями.

– Вы тоже должны поехать, – настаивала Мелисса. – Папа будет умирать со скуки, ходя со мной и Денни по всем аттракционам.

– Мам? Правда, давай поедем? – взмолился Денни.

Дори взглянула в глаза Паркера, ища подтверждения.

– Мелисса будет счастлива, – тихо сказал Гевин.

Но не он. Дори очень хорошо видела, что Гевин не готов к такому повороту событий. И она не обвиняла его. Мысль о проведении целого дня с двумя детьми и с женщиной, которая покрыта грязью из сада, не вдохновила бы и ее.

– Это поможет решить мне несколько проблем, – добавил Гевин, очевидно заметив ее нерешительность.

– Мам, ну давай поедем? – повторил Денни, который, не переставая, скакал по кухне.

– Кто смог бы отказать, встретившись с таким всепоглощающим восторгом? – сдалась Дори, размышляя, во что же она позволила себя впутать.

Она дала Гевину адрес ближайшего парка, где будет играть Денни, и договорилась с ним и Мелиссой встретиться там.

Благодаря новым наблюдателям Денни был во время игры на пике своей формы. С неубывающей энергией он носился по полю, пока Дори отвечали на бесчисленные вопросы Мелиссы. Нет, она не была разведена. Да, ее муж умер. Да, она и Денни живут одни. Денни одиннадцать, и он учится в шестом классе.

После Мелисса рассказала, что ее родители развелись и право опеки получил отец. Она живет и учится в частной школе в Сиэтле, поскольку Гевину приходится много путешествовать. Как вице-президент большой компьютерной компании, ответственный за продажи по всему Северо-Западу, ее отец был действительно занятым человеком. Кроме того, в воскресные вечера он комментировал в телеэфире игры профессиональных футбольных команд, и она не всегда могла поехать с ним.

Стоя по другую сторону от дочери, Гевин кинул на нее такой взгляд, который сразу же заставил ее замолчать. Но отцовское осуждение не запугало Мелиссу надолго, и спустя несколько минут она забросала Дори еще большим количеством вопросов.

Денни забил два из трех командных голов и буквально засветился от гордости, когда Гевин похвалил его игру в последнем тайме. Несколько мальчиков последовали за небольшой группой к машине, очевидно надеясь, что у них достаточно смелости, чтобы попросить автограф у мистера Паркера. Даже тот неодобрительный взгляд, который бросил на них Гевин, не способен был разубедить мальчишек, поэтому ему пришлось провести следующие пять минут, подписывая свое имя на различных клочках бумаги, торопливо вытянутых из карманов курток.

После игры все четверо остановились возле дома для того, чтобы Денни мог принять душ и переодеться. Пока они ждали его, Мелисса смотрела, как Дори освежает макияж. Когда Дори спросила, не хочет ли Мелисса воспользоваться ее духами, девочка посмотрела на нее так, будто она предложила ей побрызгаться не духами, а машинным маслом.

– Ни за что. Никто не заставит меня использовать этот мусор. Это все для неженок.

– Все равно спасибо, – пробормотал Гевин, направляясь из дома к машине.

– За что?

– Я уже ой как долго пытаюсь превратить этого ребенка в девочку. Она самая упрямая из всех женщин, которых я встречал за свою жизнь.

Дори не могла представить себе, что Гевин проигрывает хотя бы один спор, и быстро спрятала свое удивление, что его дочь выиграла эту битву.

Ярмарка в Пьюаллепе была самой большой сельскохозяйственной выставкой во всем штате Вашингтон. Она была расположена в небольшом районе в тридцати милях на юго-западе от Сиэтла. Ярмарка привлекала людей отовсюду западней Вашингтона, и на ней были лучшие воспетые Голливудом развлечения.

Будучи коренной жительницей Сиэтла, Дори много раз бывала на ярмарке – она любила восторг и волнение, которые испытываешь, катаясь на аттракционах. Экспонаты были самыми лучшими во всей стране. И еда была просто сказочной. Так как Гевин заплатил за всех при входе, Дори купила всем шарики из кукурузной муки и сахарную вату.

– Пойдемте на аттракционы! – с нетерпением попросила Мелисса.

Толпы людей были просто огромными, особенно вокруг аттракционов, что заставляло Дори сомневаться.

– Я бы лучше посмотрела на некоторые экспонаты, пока вы двое походите, – сказала она, поворачиваясь к Гевину.

Равнодушное выражение его лица сказало ей, что ему в общем-то все равно. Если Мелисса и была разочарована необходимостью ждать, то никоим образом этого не показала. Она энергично побежала вперед, указывая на те экспозиции, которые она и Денни хотели увидеть первыми.

Вместе они посмотрели на кроликов, свиней и козлов. Дори не смогла не рассмеяться, когда Денни и Мелисса выбежали из сарая с коровами, зажав нос. Гевин тоже, казалось, немного смягчился, и его комментарии по поводу поведения Денни и Мелиссы были достаточно забавными, к ее удивлению.

– Папа, посмотри.

Мелисса схватила отца за руку, когда они дошли до импровизированного курятника, и повела его к инкубатору, где под теплым светом находилась дюжина яиц. Малюсенькие клювики проклевывались через белую скорлупу, захватывая внимания всех, кто наблюдал за этим.

Следующим местом была пасека. Организаторы проявили выдумку: пчелиная матка была помечена светящейся точкой, и Денни с Мелиссой несколько минут с увлечением рассматривали улей со стеклянной стенкой, наблюдая за его внутренней работой. Когда они отошли, Дори осталась, чтобы послушать десятиминутную лекцию о живой природе. Гевин и дети были не так заинтересованы, но они задержались у соседнего вольера и прислушались к стрекотанию белоголового орлана.

От помещений с животными переместились к стенду организации, которая занималась развитием потенциала молодежи. А после они, наконец, вышли к центру ярмарки.

Два часа спустя Дори и Гевин пили кофе за столиком для пикника, в стороне от аттракционов, где их дети стояли в очереди.

– Я вам не очень-то нравлюсь? – Прямой вопрос Гевина слегка удивил ее.

Нельзя было сказать, что он действительно не нравился ей. На самом деле, как она поняла, ей нравится его остроумие. Но Дори не пыталась обмануть себя, веря в то, что Гевин сильно желает проводить с ней время. Захватив сегодня с собой Дори и Денни, он просто исходил из своих собственных соображений – это помогло ему сделать вечер с дочерью более легким.

– Я пока не решила. – Она хотела ответить так же прямо, как был задан вопрос.

– По крайней мере, вы честны.

– Могу предложить вам куда более честности, если пожелаете.

– У меня такое чувство, что мои уши будут гореть как минимум неделю, – медленно улыбнулся он.

– Вы правы.

– В свое время я привлекал многих охотниц за богатством, – на лице Гевина появилось настороженное выражение, – и хотел, чтобы вы поняли: я не намерен жениться снова.

Немыслимое самомнение! Кровь буквально закипела в ее жилах.

– Я что-то не припоминаю своего намерения выходить замуж, – грубо ответила она.

– Не поймите меня превратно. Вы очень милая женщина, которая делает великое дело, растя сына. Но он ищет отца, так, по крайней мере, он сказал, а вы ищете мужа. Просто не старайтесь видеть меня в своем радужном будущем.

Рука Дори непроизвольно сжала чашку с кофе, но она загнала вглубь желание выплеснуть содержимое ему в лицо. И заметила на его губах едва видимую улыбку.

– У вас очень выразительные глаза, – сказал он. – Когда вы злитесь, это заметно.

– Вы бы не улыбались, если бы знали, о чем я думаю.

– Пожалуйста, держите себя в руках, миссис Робертсон.

– Я вовсе не собираюсь навязывать вам себя, мистер Паркер. – Дори не скрывала насмешку в голосе, мысленно изумляясь, что может так хорошо себя контролировать. Встав, она бросила свою чашку с недопитым кофе в ближайшее мусорное ведро.

– Сверим часы? – Он безучастно посмотрел на нее. – Через три часа. Встретимся здесь же.

Отлично, она куда приятнее проведет время одна. Осталось еще много экспонатов, на которые можно посмотреть. С Гевином все было ясно. Все это время он беспокоился, что она спит и видит, как бы надеть на его палец обручальное кольцо.

– Куда вы собрались? – Гевин поспешно встал и последовал за Дори, растерянно сузив глаза.

– Наслаждаться одиночеством. А это значит, что я пойду туда, где нет вас.

– Подождите-ка. – Гевин остановился. Казалось, он выглядит потрясенным. – Забудьте мои слова.

Дори резко накинула ремешок сумки на плечо. Нечасто встречались мужчины, которые пробуждали в ней такие сильные эмоции. «А хуже всего, – думала Дори, – было то, что, несмотря на проявленное равнодушие, Гевин Паркер мог бы мне понравиться». Он был загадкой, а ей всегда нравились тайны. Мелисса была впечатлительной девочкой, которая отчаянно нуждалась в женском влиянии. Было очевидно, что Гевин не способен справиться с дочерью. Из их разговора во время футбольного матча Дори узнала, что Мелисса провела очень мало выходных с отцом. Дори могла лишь предполагать, где же находится ее мать, так как девочка ни разу не упомянула о ней. А она не хотела открыто проявлять интерес.

– Знаешь, в чем твоя проблема, Гевин Паркер? – со злостью произнесла она, потеряв терпение.

Уже несколько человек обернулись и с любопытством смотрели на них.

Гевин прочистил горло и смущенно огляделся.

– Нет, но, думаю, ты собираешься мне это сказать.

Достигнув крайней степени возбуждения, Дори с трудом услышала его слова.

– Твоя заносчивость размером с огромное дерево.

– Мое извинение поможет?

– Возможно.

– Хорошо, мне жаль, что я сказал все это. Я думал, важно, чтобы ты поняла мою позицию. Я не хотел, чтобы ты напевала себе под нос марш Мендельсона и раздумывала по дороге домой о выборе свадебного букета.

– И это извинение? – воскликнула Дори.

Людям приходилось обходить их – Гевин и Дори стояли друг напротив друга, оживленно жестикулируя. Их взгляды столкнулись в жестоком поединке.

– Это лучшее, что я могу сделать! – закричал в ответ он, в первый раз теряя самообладание.

– Эй, вы двое, поцелуйтесь и помиритесь. Вы срываете мне бизнес, – посоветовал им продавец различных безделушек, который стоял рядом. Он явно не одобрял их спор.

Гевин отвел ее в сторону от беспорядочно движущейся толпы.

– Ладно, – сказал он, а затем сделал глубокий вдох. – Давай начнем все сначала. – Он протянул руку для рукопожатия. – Здравствуй, Дори, меня зовут Гевин.

– Я предпочитаю – миссис Робертсон. – Она с нежеланием пожала ему руку.

– Ты все усложняешь.

– Теперь ты знаешь, что чувствую я. – Она бросила на него самый холодный взгляд. – Надеюсь, ты осознаешь, что у меня нет планов на твое одиночество.

– Да, раз мы поняли друг друга…

Дори чувствовала недоверие. Будь она не настолько оскорблена, то засмеялась бы.