Глава 4

Многие дамы проводят годы, задаваясь вопросом, как же им заинтересовать особь противоположного пола? Да такую особь, чтобы было не стыдно людям показать, да самим бы не хотелось сбежать. А мы скажем, что пусть эти особи сами заинтересовываются. И никак иначе! Вот такие времена!

Выдержка из Авьенской Хроники

Себастьян

Я понял, что сижу и, как полный идиот, уже минут десять гипнотизирую взглядом стену. Было бы чудесно, если в это время я решал насущные проблемы, но нет! Мои мысли крутились не вокруг докладов подчиненных, что горой возвышались на краю стола и даже, демоны его раздери, не возле нового охранного проекта королевского дворца. Я усмехнулся, откидываясь на спинку кресла, крутанулся, разворачиваясь к окну, и снова воскресил в памяти вид взбешенной девицы.

Как она кричала? Мое место в сточной канаве? Ей мерзко на меня смотреть? В свой адрес я слышал слова куда и похуже. Чаще они, правда, звучали за спиной. В глаза мне кидали оскорбления не так часто – на подобную смелость люди обычно решались по глупости, или из-за помутнения рассудка. Девчонка не показалась мне ни чокнутой, ни храброй, да она ведь вся тряслась. Однако она была уверена в своих словах. Какая, к демонам, невеста? Прелюбодей? Возможно, я повинен во многих грехах, но только не в этом. Слишком много проблем от таких связей.

На губах против воли заиграла улыбка. Чудная, однако, девочка. Я ведь мог переломить ее белую шейку одним ударом. Уверен, что талию запросто обхвачу ладонями. Она показалась мне совсем худющей. Да, юбка вырисовывала довольна приятные очертания бедер, но вот под жакетом точно скрывалась ничем не выдающаяся грудь. По сравнению с Викки уж точно. Но как-то на Викки потом расхотелось смотреть. Стало скучно и немного противно. Слишком много косметики, слишком много обтянутого, слишком много… всего. Она была уж слишком подготовленной для ублажения дорогого клиента, и почему-то в тот момент меня это начало раздражать, хотя почти месяц все устраивало, и даже очень устраивало…

Хотя какой смысл врать самому себе? Я привык здраво оценивать свои желания. Меня привлекли глаза, пылающие гневом и такие уверенные в своей правоте. Просто ангел правосудия. Если бы Викки тогда могла испариться, я бы точно догнал девчонку. Что ж, похоже, меня потянуло на блондинок…

Кабинет озарила вспышка. Мне не нужно было оборачиваться, ауру Тобиаса я почувствовал за секунду до перемещения, да и открывать пространственный телепорт в мой кабинет могли единицы. Интересно, если я проигнорирую его появление, он исчезнет?

– Я голоден, – провозгласил Тобиас нараспев, словно сообщал о прибытии посольской миссии, а я должен был тут же начать расшаркиваться.

Я медленно развернулся на стуле, глянул на него из-под бровей. Этот взгляд многих заставлял прижать голову к плечам и начать заикаться, но Тобиас с нахальной улыбкой опустился на диван у противоположной стены и закинул ногу на ногу. Видимо, удобно устроился.

– Я безумно рад, но при чем тут я?

– Ненавижу есть в одиночестве, – Тоби трагично вздохнул и смахнул с идеально отглаженных брюк невидимую соринку.

Я проигнорировал его замечание и придвинул к себе гору папок. В висках стучало, хотелось прикрыть глаза и заснуть хотя бы минут на десять. Может, мне приснится та девчонка?

Тобиас лениво поднялся и переместился в кресло перед моим столом. Я не повел и бровью, открывая первый отчет. Почему нельзя сделать все так, как я прошу? Это на веки вечные останется для меня загадкой мироздания.

– Себастьян? Не прикидывайся, что не слышишь меня, – Тобиас нагло пощелкал пальцами перед моим лицом.

Я вскинул голову и схватил его руку, сжимая. Темно-серые, поблескивающие, как графит, глаза смеялись. Я разозлился на себя за то, что этот демонов провокатор вывел меня на эмоции. Головная боль все не отступала. Когда последний раз я нормально спал? Может, мне правда стоит поесть? Нет, позже.

Тобиас, словно прочитав мои мысли, заговорил, одновременно пытаясь вытянуть свою руку из моего захвата:

– Послушай, у тебя что, нет людей, которые займутся этими дурацкими отчетами?

Людей у меня было много, как раз тех, что эти отчеты плодили. Вкривь и вкось, в буквальном смысле.

– А я погляжу, отдел Планирования так занят, что ты слоняешься по чужим кабинетам и просиживаешь казенные портки. Может, мне поднять вопрос на следующем заседании Совета о перерасчете графы расходов на ваш департамент?

Я разжал руку, и Тобиас с обиженным видом потер запястье.

– Нам не выделяют «портки», как некоторым.

– Видимо, среди счетоводов все-таки еще есть здравомыслящие люди. Учитывая то, как часто ты трешься задом обо все поверхности в моем кабинете, страна бы давно разорилась.

Но Тобиас не обратил никакого внимания на мою иронию. Его ничто не могло пронять.

– Видел Хронику? – он вытащил из внутреннего кармана пиджака сложенную гармошкой газету.

Копия Авьенской Хроники у меня лежала в одном из ящиков стола. В нижнем, погребенная под грудой документов. Разумеется, глава Тайного сыска должен был быть в курсе светских сплетен и последних кулуарных новостей. В представлении всех, кроме меня. Авьенскую Хронику я терпеть не мог. Но по статусу было положено принимать из рук секретаря все мало-мальски важные издания. Не то чтобы я совсем не открывал Хронику, отчего же, порой случалось. Вот как раз в понедельник свежий номер послужил мне отличной скатертью под чашку кофе, пока одна девица не пролила на меня чай.

Вот так удачно за последние несколько месяцев выбрался на пятнадцать минут прогуляться. Вспоминая, как все раздражение выплеснул на несчастной газетенке, я воскресил и образ лепечущей извинения дамочки. Он был смутным, но я вдруг осознал кое-что… Демоны, это ведь была та же девчонка, что ворвалась ко мне с Викки в номер. Почему я сразу не узнал ее? Случайность? Она ведь не могла, действительно, за мной следить? Или могла?

– Информация уже как два дня устарела, – заметил, все еще гадая о странном совпадении.

– Для кого-то да, а для тебя будет актуальна и сейчас. Считай, я твой проводник в мир нормальных людей! Смотри, – Тобиас развернул смятую газету и, не церемонясь, положил ее передо мной поверх папок.

Я недовольно опустил взгляд. На краю страницы красовались жирные следы от пальцев. Видно, не я один использую Хронику как скатерть для трапез.

– Смотрю.

– Читай, – Тобиас ткнул пальцем в один из столбиков с витиеватым шрифтом.

– Читаю, – иронично ответил, а дальше мне оставалось только цветисто и забористо выругаться.

– Знал, что тебе понравится, – веселился Тобиас.

– Я закопаю их задницы в гномьем дерьме! Я же сказал, чтобы ни одна живая душонка не узнала до официального приказа! Какого демона?!

Я смял Хронику и швырнул ее в Тобиаса, но на подлете, прямо около его лица, она загорелась черным пламенем. Каюсь, не сдержался.

– Поаккуратнее! – вознегодовал Тоби, сдувая с лица пепел.

– Иди в бездну!

– Вот поэтому тебя никто не любит…

Я коснулся камня вызова и спокойно, словно минуту назад не хотел испепелить весь кабинет, приказал зайти секретарю.

Высокие двери открылись в ту же секунду, сами собой захлопнувшись за спиной Харлея. Секретарь бесшумно ступил на темно-зеленый ковер и, коротко склонив голову, произнес:

– Вы звали меня, господин?

Когда рядом находился невозмутимый Харли Уэйн, я точно знал, что все будет под контролем, поэтому и самого отпускало быстро.

– Да, ты видел Хронику?

Харлей кивнул. Взгляд его черных, проницательных глаз был направлен прямо на меня. Секретарь был из тех немногих, что всегда смотрели мне в глаза. В голове снова возник образ блондинки. Она бы выдержала со мной игру в гляделки? Что-то мне подсказывало – да.

– И ты видел, что они прознали про новый охранный план? Еще разрабатываемый нашими специалистами и не введенный официально?

– Да, господин.

Тобиас притих, сосредоточенно рассматривая что-то за окном. Кроме пожелтевших макушек деревьев и пасмурного неба, не думаю, что он отыскал там нечто интересное, но уверенно делал вид, что увлекательнее занятия не смог бы себе найти. Поразительный человек! Сколько знакомы, с каждым днем бесит все сильнее!

– Почему не доложил мне?

– Я так и сделал, господин.

– Когда? – ставить под сомнения слова Харлея я не собирался. Если он говорил, что сделал, значит, так оно и было.

Если честно, я порой думал, что мой секретарь – единственное звено, удерживающее отдел Тайного сыска от полного погружения в хаос.

– Незамедлительно. В понедельник, в семь утра, – отчеканил Харлей и дождался, когда я кивну, чтобы продолжить:

– Я принес всю полагающуюся корреспонденцию и периодику. На самый верх положил Авьенскую Хронику и попросил вас прочесть в ту же минуту. Вы спросили, почему должны читать сопливые сплетни неудовлетворенных старух. Я ответил, что это чрезвычайно важно.

– И я?.. – намекнул на продолжение, когда Харлей замолчал.

– Вы сказали, что поняли меня. Затем я вышел.

Я ни черта не помнил из этого разговора. Получалось, что сам виноват. В том, что не заметил утечки информации сразу, а не в самой утечки. Ну, и что мой отдел допустил ее. Снова.

Я потер виски и хотел было попросить созвать собрание для разбора полетов, а в нашем конкретном случае – для вытрясения из голов опилок и прочих нечистот, но Харлей опередил меня:

– Я назначил собрание на ближайшее ваше свободное окно, завтра в три.

– Прекрасно. Спасибо, Харли.

Но прежде, чем тот покинул кабинет, я уточнил:

– Есть что-то, о чем я могу забыть?

Харлей думал всего пару секунд.

– В следующем месяце…

Я остановил его взмахом руки. Если я буду знать, что меня ждет через месяц, свихнусь окончательно.

– На этой неделе.

– В субботу открытие Осенней конференции Королевского Ботанического общества. Вы приглашены в качестве почетного гостя.

Я скривился. Какого демона? Единственный выходной я проведу в компании профессоров-цветочников?

– Ботанического общества? – отмер, наконец, Тобиас и весело глянул на меня, приподнимая брови.

– Вы дали свое согласие на присутствие восемь месяцев назад. Они очень просили, – заметил Харлей, снова предугадывая мой вопрос насчет того, под каким опиумным эликсиром я запланировал посетить ботаников, пусть и королевских.

– Вы свободны, Харлей.

Когда секретарь вышел, Тобиас засмеялся.

– Знаешь, Себ, ты сильно не буйствуй, побереги своих ребят. Сплетни разлетаются, как споры… ну, об этом тебе в субботу расскажут… Все тайное становится явным, особенно во дворце, ну, а если уж эти тайны попали за его стены, то берегись. Авьена безжалостна!

– Эти «ребята» получают приличную зарплату за свою работу.

– Ага, а еще получили тебя в качестве начальства. Пожалей их, – усмехнулся Тобиас.

Я холодно улыбнулся, готовясь вышвырнуть его из кабинета, но двери снова отворились.

– Извините, что беспокою вас и господина де Гарса. Но вы просили сообщить, когда Он прибудет.

– Да, разумеется, – я встал из-за стола и, обойдя его, положил руку на плечо Тобиаса, слегка надавливая.

– Дорогой друг, хоть кто-то должен работать, так что… гуляй в другую сторону от моего кабинета.

Тобиас цыкнул и поднялся, кидая взгляд на секретаря, застывшего в дверях.

– Харлей, как вы его терпите?

– Это моя работа, господин де Гарс, – бесстрастно ответил Харли.

Я хмыкнул и сложил руки на груди, заломив бровь. Ну что, Тоби? Съел?

Тобиас пробормотал что-то нечленораздельное и, образовав пальцами треугольник, шагнул вперед, испарившись в сероватом зареве пространственного телепорта, словно исчезая в плотном тумане.

Выдержав недолгую паузу, Харлей вновь ответил прежде, чем я задал вопрос, в который раз за четыре года работы доказывая, что я не зря принял молодого человека без рекомендаций на должность своего секретаря:

– Его Величество ожидает в Янтарной гостиной.