Глава 4

Мягкая постель не унимала ноющей боли в мышцах, от которой я нехотя проснулась. В нос ударил запах старой, замшелой древесины и сырости. Разлепив веки, я попыталась подняться на кровати, но безуспешно рухнула обратно.

– Не трать силы на это бесполезное занятие, – откуда-то сбоку вышел тот мужчина, спасший меня сегодня. Или вчера?

– Сколько я спала? – голос оказался хриплым и горло предательски зазудело.

– Выпей, – с каким-то невообразимым изяществом он подал мне стакан. Его пальцы и запястья оплетали красивые выпуклые вены, как корни могучего дерева. Рукава рубашки, закатанные до локтя приоткрывали лишь часть внушительных мышц. Слабой рукой я перехватила стакан и сделала пару глотков, все еще смотря на то, как хорошо он сложен и гадая над его родом деятельности. Может, наёмник какой-то? Лишь после этого он ответил.

– Несколько часов. Что удивительно, я думал тебя вырубит на пару дней.

Хмыкнув он сел в обветшалое кресло напротив кровати. Я огляделась. Дом! Как я сразу не заметила? Это дом из моих снов.

– Где мы?

– На земле, не далеко от Академии, кстати, – закинул ногу на ногу и, подперев подбородок рукой, уставился на меня, словно не закончил осматривать во время спасения. Или я ошибаюсь и теперь нахожусь в плену у кого-то еще более страшного. Наплевать, главное не в той лаборатории. После всех этих путешествий по сараям и подвалам я стала замечать, как мне постепенно становилось все равно на то, что и как я говорю. Будто слова сначала вылетали, а потом я, если повезет, думала о их смысле. Но сейчас.. сейчас в моих мыслях абсолютная пустота. Впервые мне не хочется говорить.

– Ничего больше не спросишь? – мужчина выдернул меня из размышлений в которых я, казалось, застряла больше положенного.

– Например?

– Моё имя? – закусил нижнюю губу, рассматривая меня еще более пристально. Да что он пытается найти, я не пойму.

– Ты мог бы и сам представиться. Или любишь, когда слова из тебя вытягивают? – чему-то усмехнувшись, хотя я не вижу ничего смешного, он запустил руку в свои короткие слегка вьющиеся, либо просто беспорядочно высохшие волосы.

– Моё имя Кейнэриан, но ты можешь звать меня Кейн, – убрав руку от подбородка, а затем встав с кресла он приблизился и сел на кровать, сбоку. – Чего ты хочешь? – его рука легла мне на волосы, распавшиеся по всей кровати, медленно расчесывая кончики. По телу пробежались мурашки. Отложив невнятные ощущения я сменила фокус на нереализованную месть.

– Набраться сил и убить Николаса, – злость снова закипала, поднимаясь с самых недр.

– Я поручил это Бергу, он справится, – все еще перебирая мои волосы он перевел взгляд на меня. Серьезный, собранный. Ровная челюсть и будто слегка сжатые скулы выдавали напряжение. Затем взгляд упал на крохотные едва заметные веснушки, небрежно измазавшие нос с горбинкой. Его нечеловеческая красота начинала бесить. Он ведь наверняка знает на сколько хорош и потому так вольно общается.

– Он.. мертв? – я решила не давать ему поводов для самодовольства больше уже наверняка имеющихся и смотрела только в глаза.

– Спросим у Ларса, как только он закончит, – улыбнулся одними губами.

– Я бы хотела сама его уничтожить, – Кейн неожиданно рассмеялся. Даже смех красивый..

– Не нужно марать свои прелестные ручки, – отпустив волосы и взяв мою ладонь он поднес ее к губам и.. принюхался? Я тут же одернула руку. От неожиданности я опешила.

– Сдурел? – но Кейн лишь снова рассмеялся.

– Так чего ты хочешь, Дария? – наклонился ближе. Меня едва обдало теплым дыханием. Неадекватное любопытство не давало отвернуться. Кто же ты такой, Кейнэриан.

– Уехать к большой воде и больше никогда здесь не появляться.

– Забавная, – еще раз посмотрев на меня поднялся с кровати и тепло его тела исчезло, оставив меня в жуткой прохладе. Только сейчас я заметила, что накрыта старым дырявым пледом, а лежу все еще в той белой сорочке.

– Зачем ты спас меня?

– О, – развернулся на пятках, – вот и вопросики. Я потерял тебя из виду..

– Что? – случайно перебила.

– Да, ты пропала и я не мог найти даже твой след. Лишь смерть Клинта помогла почувствовать выброс правила. А затем ты знаешь: я зашел и забрал.

Он снова стоял напротив и, подперев подбородок рукой смотрел на меня. Будто не зная, что теперь делать.

– Вопрос был не об этом, – трясущаяся от внезапно нахлынувшего озноба, я все же смогла собраться и сесть на кровати, укутавшись пледом.

– Чтобы ты помогла мне, – его взгляд скользнул на мои трясущиеся руки и голые ноги, но он не сдвинулся с места.

– Чем? Если ты уложил всех в коридоре, то кто вообще в силах тебе помочь? Уж точно не я, – озноб пробирал до костей.

– Ошибаешься.., – схватив свою Академическую куртку со спинки кресла Кейн снова сел на кровать и набросил одежду на мои плечи. – Об этом позже, тебе стало хуже. Что они делали?

– Дай мне пишущие принадлежности и в течении дня отчет будет готов, – съязвить вышло само собой.

– Дария, – голос превратился в сталь. Очевидно, он злится. Меня снова пробрало. Глупое ощущение, что с ним лучше так не разговаривать я сразу же откинула в сторону. Вот еще. Но удержаться и не ответить я не смогла.

– Проверяли мою блокировку, – клацая зубами от холода я старалась перечислить все, что вспоминала, добавив в конце, – вкалывали какой-то Активус.

– Знаешь состав? – дрожь захватила контроль над моим телом.

– Ж..жур..

– Так, я понял, – Кейн сел ближе. Почти вплотную прижавшись, обхватил меня обеими руками, утыкая лицом в свою шею. Снова цветочный аромат и тепло кожи. Приятная волна прокатилась по телу. – Если ты про журналы, я их захватил. Почитаешь на досуге, потом мне перескажешь, – он пытается меня подбодрить? Не смотря на чувство протеста внутри я все же осталась в его объятиях, уснув через пару секунд.

Стрекотание насекомых вытащило меня из глубокого сна. Нехотя я открыла глаза и взглянула в окно напротив - ночь. Мелкий дождик стучался в стекло. Пахнуло мокрой травой. Насладившись видами и ароматом я поискала глазами Кейна. Дом был пуст. Интересно, куда он делся? Впрочем, не важно, нужно попробовать встать. Перекатившись на бок, я сначала усадила себя на кровати, а затем спустила ноги, мгновенно ощутив холодную древесину. Ничего, это меня приведет в чувства. Хуже не станет. Закуталась в обветшалый плед и медленными шагами пошла к выходу. Где же Райн? Почему меня спас какой-то Кейн? Неужели, они с Ларсом не смогли прорваться. Чем вообще Ларс занимался и занимается сейчас? Добредя до выхода я опустила ручку и оттолкнула такую же как плед обветшалую дверь. Хижина сразу же заполнилась ветром. Она и так была почти пустой: ни мебели, кроме кровати и пары кресел, ни чьих-либо вещей. А еще и дыры повсюду. Как я до сих пор не окоченела здесь в одной сорочке. Шаги давались мне с трудом, но я хотя бы могла ходить. Значит и бегать смогу. Крыльцо уже намокло от, видимо, всю ночь шедшего дождя. Кругом шелестела высокая трава. Не видно ни единой тропинки. Шею обдало холодом. Ветер будто радостно обнимал меня. Я ощутила легкость и умиротворение в мыслях. На долю секунды они показались мне чужими. Не может же он..

– Далеко собралась? – из-за спины раздался голос Кейна, я вздрогнула.

– Подышать, – не оборачиваясь я смотрела на звездное небо. Столько маленьких светлых точек рассыпано по всему небосводу. Как же прекрасно. Дождь почти закончился и последние прохладные капельки падали мне на лицо. Эту идею с чужими ощущениями стоит получше обдумать. Однако, даже если у него правило эмоций или ощущений, оно другое. Я почти не чувствую его. Если только не знаю, что вообще должна чувствовать.

– Ночь нравится больше дня? – Кейн бесшумно оказался прямо около моего уха. Баритон обволакивал и приказывал обернуться, впитать не только голос. Что за..?

– Хватит гипнозами заниматься, – мужчина усмехнулся и встал рядом.

– Что тогда предлагаешь делать? – засунул руки в карманы.

– Поговорить. Расскажи мне, кто ты и с какой целью помог.

– Всего тебе знать не обязательно, обезьянка, но цели могу и раскрыть. Слегка, – я с ожиданием смотрела на его лицо, а он даже не соизволил начать.

– Мне снова из тебя слова вытягивать? – я укуталась поплотнее. Кейн снял с себя куртку и накинул на мои плечи. Одежда, все еще теплая от его тела, сразу же согрела шею.

– Мне нужна твоя помощь. Но для начала займись своим правилом, – теперь он развернулся и наши взгляды встретились. Стоя с ним так близко я вдруг осознала насколько он высокий. Кажется, людей такой высоты не существует. Кожа на его лице словно светилась изнутри, отражая лунный свет, а глаза искрились маленькими огоньками, как ночное небо.. Во мне нелогичным образом бушевало чувство страха, безрассудности и манящего интереса. С трудом оторвав взгляд и нервно сглотнув я уточнила.

– Чему я помогаю? – лучше не буду смотреть. Кейн засмеялся.

– Тому, чего сама давно жаждешь.

– Да чтоб тебя, Кейн! Будь добр, говори яснее, – от злости и напряжения, тряхнув руками, я нечаянно сбросила с себя и куртку, и плед. Мужчина прищелкнул языком и наклонился к ногам, задержавшись там на пару секунд. Я сделала вид, что не заметила.

– Заболеешь ведь. Вы такие хрупкие, – все еще смеясь он встряхнул плед и вернул мне на плечи.

– Пойдем, тебе надо хорошо выспаться, – его рука легла мне на талию и подтолкнула ко входу в дом. Умиротворение расслабило тело и я, собиравшаяся возразить секунду назад, обмякла. Крепкие руки подхватили меня и уложили в кровать.

– Нет, – мне стало казаться, будто он применяет на мне какое-то свое странное правило. Но сопротивляться уже было поздно. – Кейн.., – с уст шепотом сошло его имя и я упала в крепкий сон.

Утром меня ждал завтрак. Запах яичницы и свежего хлеба буквально воскресил меня. Не успев открыть глаза, я уже была готова открывать рот.

– Доброе утро, обезьянка, – присутствие Кейна мгновенно подпортило настроение. Он не давал никаких ответов, уклончиво отвечал на вопросы и вообще, довольно странно себя вел. Пока он кормит меня и дает поспать я готова потерпеть, но от вопросов ему никуда не деться. К тому же, я почти уверена - он меня усыпляет.

– Что у тебя за правило? – усевшись на кровати и зацепив вилкой горячую яичницу, даже не спрашивая откуда она тут взялась, я решила попытать удачу.

– Такого нет среди ваших, – мужчина ухмыльнулся и с нескрываемым удовлетворением или даже удовольствием смотрел, как я поглощаю еду. В желудке урчало со вчерашнего дня, так что пусть делает что хочет, но только не отбирает.

– Об этом я догадалась, – Кейн одобрительно кивнул. – Так и что ты сделал со мной?

– Ничего такого, от чего ты бы отказалась, – улыбнулся уголками губ. Снова. Эти. Уклончивые. Ответы.

– Ты вырубил меня!

– Милая, ты перегрелась, – я откинула вилку в тарелку и только открыла рот, чтобы снова ляпнуть ему какую-то оскорбительность. Он в ту же секунду выставил руку и подвигал указательным пальцем, – Но-но, подумай дважды. Ты спала десять часов и выглядишь лучше, чем за всю последнюю неделю. Простого "спасибо" хватит, – закончив выступление ехидной улыбкой Кейн кивнул на тарелку и я, в смешанных чувствах, спорить не стала. Не знаю, уснула бы я без его помощи или не сомкнула глаз в ближайшие пару месяцев мучаясь от ночных кошмаров. Возможно, он прав. Вслух признавать я этого не буду.

– Пока я не могу сказать тебе всего, – где-то я уже это слышала. – Во-первых, тебе надо привести себя в порядок. Все что мог сделать я - сделано. Во-вторых, уложи сначала произошедшее в голове, а затем займись своим правилом. И тогда мы поговорим как нужно.

Что ж, по крайней мере, в отличие от Райна, он давал мне время. Я почти готова согласиться на такой компромисс.

– Я все еще не в Академии, так что, сильно не бахвальствуй. Но за то, что вытащил – искреннее спасибо, – Кейн лишь улыбнулся и кивнул.

– Доедай, на столе лежит твоя одежда. Как будешь готова отправиться дальше – просто позови.

Кивнув в ответ я лишь увидела как мужчина встал с кресла, а когда закинула очередной кусок яичницы, поняла, что дом снова пуст. Исчез? Не бывает такого, наверное куда-то завернул, пока я тут со скоростью муравья вилкой двигаю.

Расправившись с завтраком и переодевшись, я села на кровать. Просто позови? Ощущение, будто за мной наблюдали и навязчивая догадка о том, что это мог быть Кейн, не отпускала. Ладно. Мне все равно. Я пережила лабораторию Николаса, переживу и эти небольшие неудобства. Мгновенно мне вспомнилось другое: кровь. Если Ларс с ним разобрался, уничтожил ли он мою кровь? Мало ли чем и кому она может быть полезна.

– Ларс уже едет в Академию и да, с кровью он разобрался, – рядом на кровати возник Кейн. Подпрыгнув от испуга я резко повернулась и чуть не врезала по его самодовольной физиономии. Что за ерунда? Я так впала в размышления, что говорила вслух и не заметила, как он пришел? Что со мной?

– Нет, я просто знаю о чем ты думаешь, – Кейн усмехнулся. Врезать захотелось еще больше.

– Убирайся из моих мыслей, – прошипела я.

– Ох, – его пальцы потянулись к моей щеке в попытках потрепать, но я тут же треснула ему по руке. – Сколько раз я слышал эту фразу. – Он недвусмысленно улыбнулся.

– Жаль их, – Кейн рассмеялся и встал.

– Привыкай, – я снова посмотрела на него с нескрываемым раздражением, – Пора возвращаться.

Дорога от хижины до Академии заняла несколько часов. Еловые леса окружали ржаное поле, по которому мы шли. Они будто не смели пересекать не свои границы, грозно столпившись вокруг. На удивление солнечный день заставлял забыть все произошедшее и просто наслаждаться видами. Всю дорогу мы молчали. Меня раздражало с какой надменностью Кейн существовал в паре шагов передо мной. Будто все прекрасно и спасение меня из той страшной темницы вообще никаких сил ему не стоило. Вся его странная натура одновременно притягивала и отталкивала. Все еще недовольная, я мысленно обсыпала его ругательствами за отсутствие ответов на мои вопросы. Да, он дал мне время, сказал, что сделать, чтобы мы перешли к делу, но почему сейчас нельзя ничего рассказать? И как он поймет, что я готова? Я вообще буду когда-то готова? Наконец, мы добрались до ворот Академии.

– Дальше сама, – Кейн остановил нас в нескольких сотнях метров от забора.

– Боишься чего-то? – я хмыкнула, довольная своей удачной вставкой.

– Не время, – мужчина засунул руки в карманы штанов. – Прежде чем ты зайдешь, тебе важно знать пару моментов.

Я скрестила руки на груди и уже была готова внимать очередным непонятным словам.

– Первая новость понравится: какое-то время тебя не побеспокоят. Ларс достаточно постарался над обширностью причиненного ущерба, так что ты сможешь спокойно учиться, – тяжело вздохнув, он поправил волосы и посмотрел куда-то в сторону Академии. Лицо его выражало вселенскую усталость или это было что-то другое? Одно было понятно наверняка: то, что я сейчас услышу, снова разобьет мне сердце.

– Так?

– А вторая.. к сожалению, пока ты была здесь, случилось кое-что.. что немного собьет тебя с толку. Но, – Кейн поторопился дополнить, – ОЧЕНЬ тебя прошу. Эмоции – вещь мною неодобряемая, особенно в избытке, но они нужны. Постарайся не забывать о более глобальных целях.

– Случилось.. что? – пальцы похолодели.

– Узнаешь, как доберешься. Раньше привести тебя я не мог, не знал. Хотя.. если бы знал, вряд ли бы сделал иначе.

– Кейн? – я сделала шаг к нему. Что означают его слова?

– Ну, пока, обезьянка, – смерив меня взглядом и улыбнувшись он зашагал прочь. А я, за секунду поддавшаяся всем самым ужасным мыслям, обдирая ноги побежала в Академию.

Охрана спокойно пропустила меня, даже не сделав замечание, несмотря на то, что в это время наверняка шли уроки. Я без труда преодолела и посты охраны в лечебнице. Райн. Это все о чем я думала. Почти задыхаясь я вбежала в его палату. Постель аккуратно заправлена, а лексестра поливала откуда-то взявшийся на окне цветок.

– Где? – прокашливаясь от нехватки воздуха я выпалила только это.

– Вы о ком? – Лексестра опустила лейку и ошарашенно смотрела на меня с головы до ног.

– Райн, – еще более удивленно посмотрев она сделала пару шагов ко мне.

– Так, успокойтесь, дышите ровнее.

– Где Райн? – осознавая, что ему могло стать хуже, я упала на колени.

– Его выписали на прошлой неделе, – девушка погладила мои распущенные волосы. – С ним все хорошо, он сейчас помогает в соседней палате.

– Ч..что? – я сорвалась с места и спотыкаясь выбежала в коридор. Около соседней палаты скопились люди, которых я сразу и не заметила.

– Что здесь? – заглянув внутрь помещения я потеряла дар речи. Кира и Райн перетаскивали бледную Эмму с койки на мобильную кушетку. На ту, с которой каждый из нас однажды отправится в свой последний путь. Нет.. Как?

Люди вокруг шумели, переговаривались, кто-то плакал, а другие осуждающе фыркали. Никого из них я не знала, кроме пары первогодок. Кира и Райн, закончив с койкой, накрыли Эмму толстым пледом и повезли к выходу. Я стояла как вкопанная. Кто?

– Разойдитесь, – чей-то незнакомый голос крикнул откуда-то из-за спины и все выстроились в коридор, пропуская кушетку. Её колесики споткнулись об шов в плитке и из-под пледа выпала рука подруги. Запястье белое как облака, но в глаза бросился не его цвет, а огромные зашитые, припудренные порезы. Слезы тихо скатывались по щеке пока не превратились в водопад. Толпа последовала за ними, а я зажала рот рукой, скатилась по стенке и расплакалась. Это невозможно. Кто позволил этому случиться? Может, ее убили? Мысли крутились, а слезы никак не заканчивались. Уже знакомый озноб на пару с дрожью били все тело. Чья-то женская рука помогла мне подняться и повела куда-то в сторону. Я лишь попросила пустить меня в ту палату.. туда, где совсем недавно лежала Эмма. Рука посадила меня на стул рядом с койкой и, сжав плечо, исчезла. Был ли кто-то еще в этой палате, заходил ли кто-то позже – я не заметила.

– Дария! – родной голос Киры вытащил меня из тихой истерики. Подруга с порога подбежала ко мне и крепко обняла. Запах ее тела и волос подействовал на меня как новая причина для слез. Я больше никогда не обниму Эмму? Она не позовет меня по имени? Больше никогда она не обидится на меня? Мы с Кирой рыдали друг другу в плечо и гладили по спине.

– Кира, – я прошептала ей в руку, – она у.. умерла?

– Да, – глаза и голова уже раскалывались от боли. Но сердце болело сильнее.

– Как это произошло? – подруга немного отстранилась, вытерла глаза и убрала волосы.

– Я нашла ее в комнате, когда уже было поздно, – подбородок Киры дрожал и брови то сходились, то разъезжались, но она умело держала себя в руках, чтобы снова не скатиться в рыдания. – Это было на прошлой неделе, почти сразу после твоей пропажи. Потом она впала в состояние, из которого уже никто не смог ее вытащить. И вот вчера, – подруга прервалась, я понимающе кивнула, – вчера ее не стало.

– Кира, почему? – я взяла подругу за руку.

– Не знаю, она была абсолютно нормальной, – рыжая отвернулась к окну, сбивая подступающие слезы, – я даже удивилась, когда она стала активно помогать нам найти тебя. Каждый день она приходила раньше всех и предлагала идеи, даже участвовала во всех обходах. Но в какой-то из дней, когда нам в очередной раз не удалось, она..

Подруга тихо заплакала.