Цитаты из книг автора «Дарья Дезомбре»

Впрочем, даже не видя общей картины, ясно одно: на уровне генетики наше отличие от любого из мутантов – тех же сиамских близнецов – мизерно, почти незаметно. Маленький сдвиг, крошечный узелок в огромном генетическом полотне наших ДНК. Сдвиг столь несущественный, что возвращает нас к вопросу: где норма? От чего отталкиваться ученым, описывая патологию? Ответ на этот вопрос пугающе прост: нормы не существует. Нет в природе понятия «палата мер и весов». Нет, по аналогии с идеальным метром и килограммом, единственно «правильного» человека. Мы все мутанты. Просто некоторые больше, чем другие.

Воспитание – отличная штука. Но генетика перебьет любую педагогику, вы уж мне поверьте.

Главное правило воспитанного человека – не заглядывать в постель к другому воспитанному человеку, если то, что там происходит, свершается со взаимного согласия и по достижении обеими сторонами совершеннолетия

Как могла представить, что она, профессорская дочка, студентка престижнейшего вуза, балованная умница и красавица, вынуждена будет скрываться тут, под землей, в духоте и пыли?

Надя глянула в запятнанные алым зеркала вокруг – они отражались в них – оба. Мертвый и живая. Живая ли? Ужас сковал ее, мистический страх. Ей показалось, что где-то в глубине этих бесконечных зеркал она видит, как, неясно улыбаясь, как он всегда улыбался, когда думал о чем-то своем, и чуть покачиваясь с пятки на носок, стоит ее покойный отец.

Рядом со мной тебе не нужно будет притворяться, радость моя.

«Боже, кто этот неандерталец? Таких еще пускают внутрь Садового кольца?»

ненавидел эту убогую эстетику для бедных, все эти полные хлама застекленные балконы, зарешеченные окна на первых этажах, выкрашенные зеленым вонючие помойки во дворах рядом с детскими площадками – и те и другие засижены больными городскими голубями. Но само кладбище, одобрительно глянул он на кирпичную часовенку, возвышающуюся над темной массой деревьев, было очень стильное. Старинное, восемнадцатого века – его основали во время эпидемии чумы и последние захоронения делали вплоть до пятидесятых.

На губах у режиссера вспухла, как прыщ, злая улыбка

Знаем ли мы тех, с кем ложимся спать и просыпаемся по утрам, а? Я-то думал, что читаю свою девочку как открытую книгу. Такая юная, смешная, доверчивая. Дурочка, маленькая дурочка.