9.ПОХОД

Всё действительно оказалось хуже некуда. Морозы в Горной Дали продлились до начала марта. Только когда в апреле сошёл снег князь Искро решил наконец бросить свою гвардию на подавление восстания. Тянул он до последнего, ждал самых лучших погодных условий для похода. Будто только в погоде заключался успех… Зимой князь попытался призвать войска всех своих вассалов. На призыв ответили только те, кто оказался вдали от эпицентра восстания. Остальные предпочли остаться в своих землях и защищать их, потому как видели, что сам князь бездействовал, пережидая суровую зиму.

А старый наёмник Эрн не ждал погоды. Он действовал. И провёл зиму необычайно продуктивно. Даже он не ожидал таких успехов от себя. Его крестьяне всё-таки отлично пережили зимние походы – им не привыкать к тяжёлым условиям. Эрн насмехался над князем, благодарил за невмешательство и в письмах предлагал ему так же не вмешиваться, когда он вскоре будет пялить в задницу княгиню Светлану в захваченном Серебряном Перевале.

Князь Искро отправил войско не на юг, к имению Миробоичей. Он отправил свою гвардию на запад, по тракту. Потому что проблемы на западе стали вдруг куда страшней и опасней, чем были на юге… Эта новость особенно возмутила командира Орманда, уже собравшего за зиму небольшую дружину.

– Я знал, что так случится! Знал, что Эрн не будет сидеть на месте! И к весне двинется разорять запад княжества!..

Сам князь остался в городе. Во главе войска он поставил своего знаменитого воеводу Хмудгарда, наказав тому жестоко покарать восставших. С жестокостью у Хмудгарда проблем не имелось…. Проблемы заключались в том, что у восставших теперь было больше войск.

К Эрну присягнули два южных барона, пополнив ряды восставших на четыре сотни дружинников. У этих баронов имелось только два пути: на ножи бунтарей, которые прямо перед их горлом; и на виселицы князя Искро, которые где-то далеко-далеко… Очевидно, бароны предпочли второе. Ведь уже три баронства оказались разорены. К тому же бароны видели, как стремительно растёт армия восставших, видели, сколько золота тем удалось награбить. Ходили слухи, что Эрн нанял варягов – своих знакомых наёмников с севера. И неизвестно, как скоро эти варяги прибудут в Горную Даль и что вообще им смогут противопоставить дружинники князя…

Искро, как выражался Орманд, «всё просрал». И допустил за эту зиму так много ошибок, что теперь победа если и достанется им, то лишь ценой большой крови. Есений тревожился. Это первый его военный поход. Веяло безнадёжностью.

Княжеское войско насчитывало всего три тысячи воинов – вместо обычных пяти-шести тысяч. Даже самый богатый барон Мила Перепутич – свекр князя Искро – не отправил своему зятю дружину в помощь. И не зря. В начале апреля в западные владения внезапно вторгся Эрн. Восставшие взяли баронскую крепость в осаду…

Весть об этом и прилетела к князю Искро перед самым отходом дружины из Серебряного Перевала, заставив его повернуть на запад. Князь не мог допустить, чтобы дорогой родственник как-то пострадал. Тем более, в многочисленных письмах до осады Мила Перепутич торопил зятька, упрекая его в трусости и припоминал, как в прошлом Искро с его драгоценной помощью взошёл на престол Серебряного Перевала. Требовал вернуть долги. Но князь отвечал, что Эрн не осмелится нападать на хорошо укомплектованную крепость, что жалкие крестьяне не смогут одолеть профессиональный гарнизон. Он тогда ещё не знал численность вражеских войск. Их подсчитали разведчики Милы, когда восставшие взяли его крепость в осаду. Только тогда князь пришёл в ужас.

Времени почти не было. У Милы Перепутича в общей сложности имелось около шестисот дружинников, разбросанных по трём его имениям-городкам. На стенах его осаждённого имения стояло три сотни воинов. Против них же выступало гигантское четырёхтысячное войско восставших.

До крепости Перепутичей – почти три недели пути. Что будет за эти три недели? Припасов обороняющимся на это время, конечно, хватит. Но ведь долго они с такими силами не продержатся.

Разграбление баронства Перепутичей принесло бы Эрну ещё больше золота. А золото – это ключ к победе!

По слухам, к Эрну примкнули не только дружины баронов, но и крестьяне, которые тоже жаждали свержения Искро. Войско пополнили так же и многочисленные шайки разбойников – это было уже куда серьёзней. Его армия теперь стала гораздо крепче. Если осенью бунт Эрна можно было легко задавить в самом зародыше, то теперь… Сброд Эрна превратился в чрезвычайно опасную силу.

Народ настроился против тирана Искро, народ видел в Эрне – благородного спасителя. Может, и было во всём этом некое здравое зерно. Однако Есений сомневался, что бунтарь окажется достойным правителем. Из него выйдет тиран, похуже Искро!

Княжеская дружина шагала по разорённым восстаниями землям… В том числе и через имение Житников. Есений видел приколоченные к деревьям черепа сопротивлявшихся. Разрубленные на части тела придворных и дружинников. Что же здесь довелось пережить Жанне… И неужели то же самое они сотворили с его пленённым отцом, с придворными его имения? Это всё ещё предстояло увидеть…

На ветвях деревьев по краям леса, словно гирлянды, висели все, кто встал на пути у сброда. Вороны оклевали гнилые тела повешенных по самые кости. По ночам до лагеря дружины то и дело доносился трупный смрад из лесов.

Войско Хмудгарда ступало по извивающимся лесным дорогам осторожно, ожидая неожиданного нападения. Эти глухие места были чрезвычайно удобными для засад…

Впереди перед войском в авангарде скакала конная гвардия, на которую и надеялся воевода – у восставших не было так же много лошадей. Гвардейцы уходили далеко вперёд, разведывали брошенные и пустующие дороги. Осматривали поросшие тёмными лесами холмы, спускались к ручейкам, в поиске следов.

Здесь и раньше царила погибель. А после восстания чернота и мрак совсем сгустились над этими местами. Деревни и сёла опустели от голода, болезней.

Иногда Есений слышал в ночи не только далёкий волчий вой.

В глухих лесах ревели ещё и неведомые чудовища.

Они шуршали по их следам, преследовали войско, словно стая кровожадных слепней. Они предвкушали запах скорой смерти. Но боялись подходить близко. Твари выжидали, когда случится первая битва, чтобы затем вдоволь полакомиться ещё свежим мясом погибших.

Надо же, они существуют! Есений до самого последнего не верил, списывая россказни старых дружинников на их необразованность и суеверность. Конечно, в книгах про Изнанку писали много чего… Но вскоре он и сам встретился с порождениями.

Одной из ночей на лагерь напало нечто кошмарное, потустороннее. Караульные затрубили в рога, поднимая лагерь.

Поначалу думалось, что это явились разбойники. Им под стать нападать посреди ночи.

Есений и Орманд со своими людьми быстро облачились в доспехи и приготовились к бою.

Но кошмар не добрался до них. А сгинул где-то в дальней части большого лагеря.

Слухи об ужасе и кровопролитном сражении с неведомой тварью быстро разнеслись по лагерю. Есений поторопился поглазеть на гостя.

И был шокирован увиденным.

Страшенное и мерзенное. Совершенно противоестественное. Оно, видимо, некогда являлось горсткой воинов. Доспехи на трёхметровой твари были имперские. Окровавленные. Стало быть, оно бродило по лесам ещё со времён Великой Войны, нападая на немногочисленных путников. А когда почти все крестьяне в округе померли, чудище оголодало. И потому решилось наброситься на крупный лагерь. Голод его оказался сильнее осторожности.

– Поэтому трупы нужно сжигать, – сказал Орманд. – Или хоронить, закапывая поглубже в землю. На местах побоищ тела свалены друг на друга. Иногда они срастаются. При помощи Зла… И встают. И бродят по старым полям сражений, вечно голодные и озлобленные. Ненавижу этих дряней!

Есений разглядывал чудище. Пытался его запомнить. Вот оно – порождение Изнанки. Немыслимое стечение природных переменных, геометрическое сочетание углов упавших костей, коктейль определённых предсмертных страданий, отчаяние и литры крови, невольно открывшие потусторонним тварям дорогу в этот мир.

Начался май, а войско всё брело по разорённым землям, полным этих кровожадных тварей. Число караульных увеличили – караульные и не думали спать. Они вглядывались в ночную темноту с постепенно изматывающим ужасом. И видели в гуще леса сверкание хищных глаз…

До крепости Милы Перепутича оставалось три дня пути. Местность стала неровной. Леса сделались ещё плотнее и темнее. Погода портилась – пролились первые дожди, а за ними – пришли непроглядные туманы. Конная разведка стала немощной, неэффективной. Войско ослепло, лишилось своих глаз. По краям петляющей дороги начались болота. Войско пришлось растянуть в длинную колонну, чтобы пройти через эти узкие, тесные дремучие места. Хмудгард, будь его воля, остановился бы перед этими болотами лагерем, переждал непогоду. И только тогда бы двинулся дальше. Слишком плохо складываются карты… Но князь Искро за такое промедление повесил бы его на своей площади. Свекру князя нужна была помощь. Поэтому воевода попытался преодолеть болота максимально быстро. Он чуял здесь неладное.

Но за один день болотную гать преодолеть было невозможно.

К вечеру воины устали и потеряли бдительность. Они размышляли о долгожданном отдыхе. Тогда и посыпались тучи стрел. Из лесов по обе стороны от колонны расположились невидимые стрелки…

Разбойники, примкнувшие к Эрну, сколотили свой собственный отряд. Большую разбойничью дружину, в которой соединились практически все мерзавцы Горной Дали. Эти ублюдки были чрезвычайно хороши в засадах. Это ведь их ремесло, их хлеб…

Войско князя запаниковало. Повезло тем, кто быстро умирал. Ибо раненных никто за собой не тащил. Каждый думал, как бы выжить самому. Лежащих и стонущих топтали, оставляли позади. Потом враги добирались до них и жестоко расправлялись, отрезая руки, ноги, и то, что было промеж ног… Лес заполнился их отчаянными предсмертными криками, наполняя выживших холодным ужасом.

Войско понесло значительные потери, прежде чем солдаты построили стены щитов по обе стороны колонны. Тогда Есению казалось, что врагов – несметное множество. Что войско потерпит поражение.

Колонна двигалась вперёд под градом стрел. И ничего не могла поделать с разбойниками, упрятавшимися на болотах. Некоторые отважные гвардейцы совершили конные атаки, но лошади завязли в грязи и тонули. Трясина затягивала тяжёлых воителей, облачённых в доспехи. Непроходимые места.. Тогда Хмудгард приказал всем вернуться в строй и продолжить брести вперёд, под постоянным обстрелом.

Он спрятал конников посреди колонны, под защитой стен щитов, потому как лощади были очень уязвимы для атак. Было понятно, какую цель преследовал Эрн, устроив засаду. Лишить их конницы – главного преимущества…

Дружинников оказалось куда больше, чем нападающих. Но дружинники растянулись колонной на этой узкой дороге через топь. И поэтому численное превосходство не имело никакого значения. На каждом участке засады атакующих было больше, чем бредущих по тропе воинов. Засада оказалась для войска очень тяжёлой…

Есений дрожал от страха. Он слышал, что делается с раненными. Щит его отяжелел от стрел, ощетинился. Новый отряд прикрывал своего барона и, кажется, его бойцы не теряли боевого духа – Орманд умело управлял шествием на своём участке. Старый волк попадал в подобную засаду не первый раз…

Вечер закончился, тьма сгустилась, замедляя войско. Половину ночи они брели через лес, прежде чем вышли к протяжённой и сухой возвышенности, где Хмудгард приказал разбить укреплённый лагерь.

Здесь разбойники утеряли свою силу, своё преимущество. Едва они высовывались из лесов – тут же получали ответный удар. Несли потери. К утру разбойники успокоились. А войско расположилось на отдых, зализывая раны. Два дня они стояли на том месте, дожидаясь, пока туманы рассеются. Идти вперёд было опасно: если на тропе впереди им повстречается ещё и основное войско Эрна – это сражение окажется для княжеской дружины последним.

Разбойники заставляли отставших от колонны раненных вопить от пыток. Поэтому дружинники всё время стоянки пребывали в мрачном настроении…

Эрн, почему-то, не воспользовался преимуществом атаки. Поэтому, как только конники разведали местность впереди, войско бросилось в путь, через атакующих разбойников. И за полдня форсированного марша выбралось с опасных болот. В тот день разбойники понесли большие потери – колонна была готова, бойцы знали, что делать. А так же могли успешно бить в ответ из луков – туманы больше не скрывали врагов. Им повезло, что разбойников было на самом деле немного. Если бы Эрн спрятал в болотах больше сил, то разбил бы дружину начисто…