Цитаты из книг автора «Дана Делон»

– Можно придумать много всего, Рафаэль, но не то, как парень смотрит на тебя после поцелуя,

Девчонки, вы уже тут, – бурно радуется Пьер. У первого урока, начинающегося в половину одиннадцатого, есть один минус – мы никогда не встречаемся перед занятиями. Пьер целует меня и Капюсин по очереди, Квантан следует его примеру. – Вы как? Как прошло воскресенье? – интересуется он.– Хорошо, – отвечаем мы друг за другом.Рафаэль наклоняется поздороваться со мной, медленно целуя в щеки и обдавая своим ароматом. Меня колет его легкая щетина, и по спине бегут мурашки.– Ты колешься. – А ты обалденно пахнешь, – отвечает он, и я не могу сдержать улыбки.

– Я тоже буду вспоминать этот момент. – И что именно ты будешь вспоминать? – интересуется Пьер. – То, как я ощущаю биение твоего сердца своей спиной. То, какое терпкое вино. То, как горит башня, какая красивая Леа, какой хмурый Рафаэль. Какой ты смешной, и как вы вечно препираетесь с Квеном. Я буду вспоминать нас, ребята. Молодых и беззаботных и, наверное, счастливых. Ведь именно в этот момент мы счастливы, правда?

Он некоторое время молчит, а потом поднимет руку и убирает прядь с моего лица. – А как насчет тебя? Почему ты не бросила избитого парня на улице и не убежала? Я поеживаюсь, занервничав. Я могла бы сказать: «Потому что ты – брат Микаэля Делиона. Потому что земля поплыла у меня под ногами, когда я тебя увидела. Потому что я засыпала и просыпалась с мыслями о твоих губах и глазах последние несколько месяцев своей жизни, с тех самых пор, как мне на Фейсбук пришла твоя фотография». Разумеется, я этого не говорю, а опускаю глаза и отхожу от Рафаэля, но не замечаю железный поручень, предназначенный для инвалидов, и врезаюсь в нег

нос той сучке. Я просто не хотел, чтобы моему доблестному кузену подпортили личико. Я хмурюсь.– Но личико могли подпортить и тебе.– Меня не трогают такие, как твой бывший, – последнее слово он произносит с особым отвращением.– Почему?Он пожимает плечами.– Не знаю, но факт остается фактом, он ведь меня не тронул.– Но он бы тронул Квантана?– Сто процентов, причем именно Квена, а не Пьера.– Почему?– Потому что для Квена это было бы очень личным, по крайней мере, так решил бы твой бывший.– Не называй его так, – морщусь я.– Я не знаю его имени.– Кусок дерьма, – серьезно отвечаю я.Легкая усмешка появляется на его лице.– Подходит идеально.Но я не в настроении шутить.– Почему бы он решил, что для Квена это личное?– Потому что он повел себя так, будто для него это личное.– То есть тебе и Пьеру на меня плевать, а Квантану – нет?– Я не могу отвечать за Пьера или за Квантана, что касается меня, ответ – да. Я резко разворачиваюсь. Его лицо так близко

– Почему ты заступился за меня? – наконец спрашиваю я. Он подходит вплотную, возвышаясь надо мной, продолжая смотреть в глаза моему отражению и касаясь горячей грудью моей спины.– Я надеюсь, ты не додумалась своей хорошенькой головкой до всяких глупостей, потому что я далеко не рыцарь, – тихим шепотом произносит он прямо у меня над ухом.Мурашки бегут по моему позвоночнику.– Я поняла это в первую нашу встречу, – шепчу я в ответ.– В ту, о которой я ничего не помню?– Квантан рассказал?– Да, пытался пробудить во мне совесть.– Удалось?– Нет, – качает головой он и продолжает: – Я сделал это из-за Квена. Он мог натворить глупостей, и ситуация вышла бы из-под контроля.– То есть ты взял ее под контроль? – Нет, под контроль ее взяла ты, когда разбила

– Ты либо позволяешь всяким тварям сгрызть себя заживо, либо ломаешь им зубы,

один из друзей Филиппа, – говорят, ты очень мила, особенно, когда… – договорить он не успевает. – Заткнись, – с улыбкой командует ему Филипп.– Но почему бы и нет? У нее явно богатый опыт. Пришла сюда в компании трех парней, кого из них ты трахаешь, Леа? – бесцеремонно интересуется Клер.Пьер и Рафаэль подходят к нам с напитками. По выражению лица Пьера ясно, что они все видели и слышали. На Рафаэля я даже не смотрю, мне и без того стыдно и горько.Квантан резко разворачивается, но Рафаэль ловит его за плечо. Квен злобно смотрит на него, но не успевает ничего сказать. – Она трахает меня, – твердым голосом произносит Рафаэль, – а я трахну любого, кто посмотрит в ее сторону или скажет еще хоть слово.

ощущаю кожей его горячее дыхание, а он все смотрит мне в глаза взглядом, от которого внутри у меня все плавится. – Ты защитил меня, потому что знал, что драться тебе не придется. Ты защитил меня, чтобы Квантану не пришлось ввязываться в драку. Тебе на меня плевать, но у Лор ты ясно дал понять всем окружающим, что в случае чего им придется иметь дело с тобой. И наконец, ты оттолкнул от меня кусок дерьма. При этом, повторюсь, тебе на меня плевать. Я просто подвожу итог. Я все правильно поняла? – шепчу я, опуская взгляд на его губы и вижу, как он сглатывает и его адамово яблоко дергается.– Правильнее не бывает, – отвечает Раф. – Мне кажется, ты обманываешь. Причем не меня, а самого себя.

– Леа, ты как? – наконец поворачивается ко мне Капюсин. Все это время я стояла и слушала их разговор, пытаясь понять, что именно сейчас произошло, и откуда во мне взялось столько кипящего адреналина. – Я свободна, – шепотом отвечаю я, высоко поднимая голову. И я кричу, Мика. Я кричу прямо в небо, в то самое черное небо, которое так сильно напоминает мне глаза Рафаэля, в то самое небо, на котором не видно звезд. – СВОБОДА! – ору я во все горло, так громко, как только могу.Пьер начинает смеяться. Рафаэль смотрит на меня своим загадочным взглядом и кричит вместе со мной. Наши голоса сливаются в один:– СВОБОДА! – Юхуу, – подыгрывает Пьер и тоже орет: – СВОБОДА!