Глава 3

* Катарина

За последние годы в нашем городке ничего существенного не поменялось и не случилось. Обычное дело в деревне, а моем представлении это деревня и есть, – стычки между соседями, драки, даже поножовщина была однажды, когда напились два стражника, хотели доказать друг другу, кто тут самый первый парень, сами чуть не зарезались. Клоуны.

Я прокрутила в пальцах нож, усмехнулась. Детские пальчики не были предназначены для того, чтобы держать увесистый кинжал, но к моим тренировкам с магией и единоборствами теперь прибавилось и холодное оружие. Нормальный меч в свои десять лет поднять было почти нереально. Будь я парнем – тогда может быть, но все мое развитие строилось на укреплении мышц, а не поднятии тяжестей. К тому же мы боем на мечах занимались в храме.

Ну как, мы? Мне с трудом удалось убедить родителей разрешить, потому что я одна в лес хожу и оружие не помешает. В итоге, они согласились, как и согласились родители еще одной девочки – дочки нашего городского целителя. Остальным просто запретили. А для мальчиков с этого года махание мечом стало обязательным предметом. Ага, именно махание, потому что ничем иным это бесполезное безобразие назвать нельзя.

Зачем это мне, раз это бесполезно? Да для алиби, если можно так выразиться. Разумеется, как и любой другой маг моего старого мира я умею обращаться с мечом – по нему учат проводить магию. А чтобы в руках он не выглядел, как бесполезная палка, учат с ним работать, пусть не профессионально, но вполне приемлемо, чтобы приголубить кого-нибудь на дуэли.

Да, здесь все иначе. Дуэлей нет, хотя, может и есть, но где-то там, в аристократической среде, не в нищей деревне, а мечами рубятся, в основном, стражники, военные, наемники. И именно что рубятся, они и деревья так же на истопку рубят, как орудуют мечами. Хотя на самом деле местные мечи могут быть и рубящим, и проникающим оружием. Правда, качества они настолько отвратительного, что кажется, что ими до смерти проще просто забить, чем зарубить или заколоть.

Но опять же, может это только тут, а где-то в больших городах и при дворе местных феодалов есть что-то получше? Может, и так, только мне об этом неизвестно, а из того, что я вижу, тут не слишком хорошо с плавкой железа. Нет, этот мир был не насколько отсталым, что совсем не плавили, но в основном это делалось кустарными методами. Были еще фабрики, где плавили металл маги Металла, но их изделия стоили очень дорого, настолько, что только у заместителя начальника местной стражи я видела заводской меч, но он какой-то бывший военный – со службы прихватил, наверное.

К чему это я? К тому, что мне нужно было тренироваться самой. А чтобы нормально тренироваться, мне нужно нормальное оружие. Кинжал я нашла в прошлом году. В земле лежал около ручья. Я поскользнулась на склоне, кусок дерна обвалился и обнажил старый кинжал. Не знаю, сколько он провел в земле, но качества он был отменного – не проржавел даже. По крайней мере, сам клинок, вот эфес пришлось поменять. Причем, в тайне все пришлось делать, потому что если бы у меня нашли мою прелесть, ее бы точно отобрали – это очень дорогая вещь по деревенским меркам.

Так что я сняла рассохшийся и наполовину сгнивший эфес и вырастила новый, ну, как могла. А потом обмотала тонкими гладкими стеблями, чтобы было удобно держать в руке.

Да, мои занятия с магией не прошли даром, и теперь я не только могла вырастить плети из корней, но и придать росткам какие-нибудь свойства. Нет, в этом ничего такого не было – это нормально для хлорокинеза, когда, например, маг растит морозоустойчивую пшеницу или заставляет вишню цвести раньше и давать два урожая в год. Но я научилась работать еще и с формой растений.

Могла сделать эфес, могла корзинку сплести, не используя руки, а могла вырастить столешницу, например, гладкую и удобную. Могла, но не делала. Точнее, корзинки плела, пока никто не видит – это сродни медитации. Кстати, мама их даже продает иногда на местном рынке, но чаще всего мы же сами и используем.

Но почему меня понесло обдумывать оружие? А потому, что мне не нравится, что в последние дни происходит в городе. Давно ходили слухи, что начинается большая война с соседним герцогством. Там разнились данные, то ли наш герцог напал, то ли на него напали – как в том анекдоте: то ли выиграл три тысячи, то ли проиграл три рубля. Ничего непонятно, но крайне интересно.

И нас бы это не касалось, если бы в последнюю неделю или, может, дней десять, в нашу деревню не начали прибывать какие-то оборванцы, которые представлялись наемниками, воюющими на стороне нашего герцога.

Вроде где-то должны быть и войска, но мы их не видели и, надеюсь, не увидим. А то как-то не хотелось бы, чтобы они прошли через наш город и, тем более, воевали где-то рядом. Но и в наемниках нет ничего хорошего, как бы они тут у нас хулиганить не начали.

Именно поэтому в последние дни я по городку передвигалась мелкими перебежками. Я бы и в школу не ходила, но убедить в этом родителей будет непросто.

Нет, не то, чтобы я боялась какой-то шпаны, но есть разница, между бандами, а это именно банды, взрослых мужиков и нашими мелкими хулиганами, которые бьют школьников. Хотя после того случая год назад, ко мне особенно не цеплялись. Точнее, никто не цеплялся, кроме сына мясника – тот затаил обиду.

Но сейчас дело не в нем, ведь вертела я свой кинжал в руке не просто так, а наблюдая, как на лесной поляне, на которой я обычно собирала цветы и ветки вереска, расположилась банда в два десятка рыл. Правда, половина уже была в отключке из-за того шмурдяка, который они пили, но это не имело значения.

Мне нужен был вереск – мать собиралась готовить настойки от головных болей для пожилых. Как я понимала, он снижает давление, хотя тут ни про какое давление, конечно, не слыхивали. Ну и в обычной ситуации вряд ли он как-то там серьезно воздействует, но если это дело приправить магией, то получится совсем другая картина. Мать была одаренной травницей-зельеваром, но не как я, а могла усиливать те целительные свойства, которые были у растений. Я же могла вырастить растение с любыми свойствами, хоть физическими – лозы крепче металла, хоть целительными, если понимала, как это работает. Мне не нужно было ничего усиливать, я могла взять любую траву и придать ей любые свойства. Другое дело, что отвар или исцеляющее зелье я не смогу сварить, и с моими поделками зельевары работать не смогут.

Ну то есть я могла вырастить подорожник (или любое другое растение), который на самом деле имеет антибактериальные и заживляющие свойства. Могла его применить и применяла, чего уж там, даже могла сделать антибактериальную мазь. Нужно-то было растолочь листья, а потом добавить эту кашицу в воск. Но только сделать это придется руками, без применения магии, иначе исчезнет первоначально вложенный эффект. Так что сделать из этого подорожника антибактериальное зелье, например, не получится. Настойку, мазь – да, зелье – нет.

У каждого вида магии есть свои ограничения, даже у стихийной. Интересно, какой дар достался мужу, ведь я не сомневаюсь, что он тоже обладает силой. В той жизни у него была магия Огня, и она ему очень подходила, во-второй, когда мы до осады города прожили всего семь лет, было неизвестно, что нам в итоге достанется. Какие разные миры! В первом дар просыпался в подростковом возрасте, в следующем, вероятно, тоже, а тут я им обладала с рождения. Что в очередной раз меня уверило, что это какой-то параллельный мир, а не прошлое.

Но я опять отвлеклась. С этими бандитами-то что делать? С одной стороны, они затоптали мой вереск, с другой, ну не убивать же их из-за этого? Да и не уверена я, что мне хватит моих мелких силенок на десяток головорезов, пусть даже среди них и нет магов. Кстати, не уверена, что это так. В этом мире магия появлялась почти рандомно, если так можно выразиться. Дар мог наследоваться с некоторыми изменениями, а мог и вовсе не появиться. Например, мама – травница, отец – водник, я тоже работаю с травами, старший брат поисковик – ищет редкие растения. Но в нашей семье поисковиков никогда не было, так что откуда это у него – непонятно, хотя было у меня подозрение, что все же связь с даром матери есть, потому что мог искать он именно растения, но не людей и животных. У меня хлорокинез классический, я могу управлять и изменять свойства растений. А вот средний брат вообще не обладает даром – так бывает. От отца же водный дар достался старшей сестре, по слухам, но много лет назад, когда мне еще и года не было, на нее напали в лесу волки. Хотя я лично их в наших лесах ни разу не видела и, честно говоря, считала эту историю сомнительной. Да, она погибла, но вряд ли от волков. В конце концов, если бы они тут были рядом с городом, то меня бы в лес никто не отпускал.

Но вернемся к наемникам. Подумав еще немного, я решила не связываться, а уйти дальше в лес. Да, я могла им напакостить, например, связав – от моих пут они быстро не освободятся. Но, честно говоря, это детсадовская месть. Детский организм, конечно, иногда берет свое, но и головой думать тоже стоит. Мало ли что эти кадры сделают, когда освободятся?

Так что я просто развернулась и пошла глубже в лес. Придется идти за ручей, потому что это была единственная мне известная поляна вереска в округе. А за ручей я ходить не очень любила, там уже начинался по-настоящему дикий лес, где иногда встречались хищники. Волков я там не видела, но вот лисы, рыси и куницы присутствовали. Точнее, я не совсем уверена, что это они, но эти звери были максимально похожи на этих животных, поэтому про себя я их именно так классифицировала. Самыми опасными были рыси, конечно, но и лисы здесь не в пример агрессивнее, чем там. Не знаю уж, с чем это связано, но допускаю, что с отсутствием огнестрельного оружия у большинства населения.

Вроде где-то там, у аристократов, были пистоли и мушкеты, но это не точно. Лично я их ни разу не видела, просто в одной из книг библиотеки храма наткнулась на упоминание про стреляющие палки.

Что ж, надеюсь, меня никто не попытается съесть, потому что мои лозы по скорости могут соперничать с людьми, но вот что касается быстрых хищников – тут я не так уверена.

Перебраться через ручей было той еще задачей со звездочкой. Во-первых, несмотря на то, что тут, на юге, было если не вечное лето, то температура редко опускалась ниже плюс десяти, но вода в сей водной артерии была ледяная.

Сам-то наш городок располагался на равнине, но чуть дальше, километрах в пятнадцати-двадцати – сложно точно определить из-за рельефа местности, располагались то ли вы высокие холмы, то ли небольшие горы. Ручей тек именно оттуда, а в зимние месяцы там даже образовывались небольшие шапки снега, так что вода не прогревалась, пока не впадала в реку, которая протекала с другой стороны от города.

По ширине он был всего метров пять, по глубине не больше метра, но очень быстрый, а под водой находились скользкие булыжники. В общем, упасть и захлебнуться – плевое дело даже для взрослого человека. Меня же просто унесет, не говоря о том, что мне этот метр почти по плечи, а в некоторых местах и по шею.

Эх, мне бы сюда магию Порядка! Или хотя бы родной Лед. Я бы просто проморозила себе ледяную дорожку по поверхности воды и перешла. Но чего нет, того нет.

Я отошла подальше от мостков, на которых стирали деревенские девочки. Кстати, надо будет потом сказать, что тут встали лагерем эти типа наемники, чтобы сюда детей одних не отпускали. Потом сложила в корзину, с которой пошла в лес, все свои вещи и начала растить из корня стоящей рядом ивы трос, который можно будет перекинуть над водой. На другой стороне находилось довольно толстое дерево, так что я завела корень за него и заставила его вырасти еще и вернуться обратно. Здесь же продела ручку корзины в него, а потом обратно срастила этот отросток с корнем.

Получилось, что над водой висели параллельно друг другу на расстоянии сантиметров двадцати два троса, на одном из которых болталась корзина. Что ж, надеюсь, эта эрзац-переправа меня и мою ношу выдержит.

Следующим шагом я сделала себе что-то типа карабина. Из стеблей, конечно. Одно кольцо крепилось на руку, второе оплело трос, но могло по нему спокойно двигаться. Но закрепила я так только одну руку. Поняла, что прикрепленной рукой толкать корзину будет неудобно. Да и в целом лучше ее оставить для маневра, а то мало ли что, а чтобы отцепиться мне нужно пару секунда. В экстренной ситуации это много.

Спустив ноги в ледяную воду, я поморщилась, особенно неприятным было то, что вода поступает в мягкие кожаные ботиночки, в которых я ходила в лес. Ну не сумасшедшая же я, чтобы идти по скользким валунам босяком! Обувь придется сущить – тут ничего не поделаешь, но это лучше, чем остаться посреди леса с переломанными ногами или вообще если меня унесет, потому что ощущения и последствия будут такие, как если бы я попала в овощерезку – камни тут далеко не все гладкие, есть и острые, и торчащие над остальными.

Первые несколько шагов практически по горло в ледяной воде давались очень тяжело, но потом тело немного адаптировалось, а я запоздало подумала, что надо было натереться тем составом от холода, который я придумала в прошлом году и даже вырастила из какой-то травы. Толчешь ее, потом протираешь соком лицо и руки и они не так мерзнут. Даже в плюс десять может быть не слишком комфортно, особенно, когда высокая влажность и сильный ветер, но вообще-то я это изобрела для брата, который зимой вместе с охотниками ходил к горам – там травки интересные в это время цвести начинают.

Но, честно говоря, возиться, даже когда я об этом вспомнила, не стала бы, к тому же я почти весь резерв потратила на сооружение переправы. Ладно, не весь, но больше половины. А там, на другой стороне, дикий лес.

Через десять минут аккуратного шагания по камням, толкания корзины, в которую все же сверху залилась вода, несмотря на все мои ухищрения, я оказалась на другом берегу. Вещи требовали сушки, но и голой ходить было в нынешней ситуации опрометчиво, так что я натянула еще влажную одежду, которая повезло, что не промокла полностью. Обувь пришлось сушить с помощью специально созданных листьев, впитывающих влагу. Естественно, до конца они не высохли, но нужно было идти, иначе я до темноты этот вереск не найду.

Я размеренно шагала по дикому лесу, который не пересекали тропы селян. Мне нужны были просветы, поляны, потому что вереск растет на них, но я набрела уже на две таких, где никакого вереска не было. Что ж, продолжаем поиски. Был уже почти полдень, и я понимала, что время не на моей стороне. Хорошо хоть сегодня выходной – весь день идут службы в храме и занятий нет, а если бы пошла, как обычно, после уроков, то пришлось бы вернуться ни с чем. Впрочем, тогда я бы и в ручей не полезла, просто пришла бы и доложила обстановку.

Несколько раз я видела звериные тропы, но самих хищников – нет. Да и в целом я сомневалась, что встречусь с ними прямо посреди дня. Но в то же время я видела не только следы зверей, мне временами попадались и человеческие, причем, свежие. И судя по всему, кто бы здесь не ходил, эти люди были в сапогах с одинаковой подошвой, то есть форменных. Ну или у них один сапожник.

Проблема заключалась в том, что наемникам, которые воюют якобы за нашего герцога, здесь делать нечего – они шли с другой стороны. Охотники тоже тут обычно не разгуливают, а идут по ручью к горам или наоборот за реку.

Возможно, это немного малодушно, но мне же всего десять лет. Что будет, если я встречу тут разведку противников нашего герцога? Самое минимальное – они меня просто прибьют как свидетеля. Потому что я далеко не уверена, что справлюсь даже с просто хорошо тренированными взрослыми. А учитывая то, что это разведчики, среди них должен быть маг, а следы они тут не заметают просто потому, что тут никто не ходит.

Так что я развернулась и пошла в другую сторону, стараясь уже скрыть свои следы, хотя я умела ходить по лесу и оставляла их немного, тем более что по весу я – не здоровый мужик.

Вереск я все-таки нашла, собрала и пустилась в обратный путь, раздумывая над тем, что хорошо бы перейти в другом месте, сделав новую переправу – та была слишком близко и от наемников нашего герцога, и от этих неведомых разведчиков.

А может, это и не разведчики, кто знает? Но рисковать благополучием своей тушки мне не хотелось. Мне еще Сережу искать. И кстати, я не уверена, что он без меня выживет. В прошлые разы мы умерли вместе, кто знает, может, если умирает один, тут же следом умирает и второй? И не факт, что мы еще раз переродимся, кстати.

Была у меня теория, что мы второй раз переродились только потому, что не успели вырасти и обрести магию в том мире. Я не уверена, что это так, но что если смерть в этом мире станет окончательной и я больше не увижу его?

Но если вернуться к переправе, то у меня есть одна маленькая проблема – я оставила ее почти как есть, то есть, мне пришлось разъединить трос, чтобы снять корзину, но я связала два оставшихся конца, чтобы ее потом надеть обратно, спаять корень в одно целое и вернуться.

Конечно, пока я бродила по лесам и полям, резерв успел восстановиться, и я смогу сделать еще одну такую же переправу, но мне придется возвращаться к той, и ликвидировать ее следы.

С другой стороны, уж слишком она уязвима, а я еще более уязвима, когда переправляюсь. В общем, я нашла укромное место и сделала новую. Все точно так же, два троса, корзина с вереском, висящая на нем. Только на этот раз я и ее на самодельный карабин закрепила, потому что она стала тяжелой, я боялась, что ее сорвет.

В общем, переправа, вместе с ее постройкой и последующим приведением места в первоначальное состояние, заняла час. А потом я, нагруженная тяжелой от воды корзиной, в еще влажных вещах, пошла к первой переправе, чтобы убрать и ее.

Не успела. На той стороне стояла пара каких-то мужчин. Они не были в форменной одежде чьих-нибудь войск, но военных я за версту вижу, к тому же сапоги у них были одинаковые. В этом мире сапоги – ценнейшая вещь, ее не выбросишь, не спрячешь, да и не у всех есть вторая пара обуви, чтобы ее сменить. В общем, я поняла, что скорее всего их следы я видела.

Они стояли и рассматривали мою переправу. А я думала, уйдут они или попытаются перебраться на другой берег. Но уходить они не торопились, а потому начали раздеваться, чтобы перейти.

Ну, нетушки!

Я стояла за большой плакучей ивой в метрах пяти от переправы, так что мне, в целом, можно было работать и отсюда. На таком расстоянии я владела магией уверенно. Поэтому в тот момент, когда первый разведчик опустил ноги в воду, под влиянием моего дара корень разорвался на этой стороне и весь трос начал втягиваться под землю. О том, чтобы никто ничего не увидел и не понял, чтобы не оставить следов, и мысли не было. Мне сейчас следы просто не стереть.

Да, за секунду они через ручей не переберутся, но все же я не думала, что останусь незамеченной. Так и вышло.

Пока один из разведчиков, тот, который уже спускался, выскочил из воды и стал оглядывать берег, второй уставился точно на иву, за которой я пряталась и стал снимать с плеча блочный лук.

“Вот это я встряла!” – думала я, петляя как заяц по лесу, пытаясь уйти из зоны обстрела. Не знаю, что там у этого разведчика за магия, скорее всего он что-то типа скаута из компьютерных игр, ведь он даже за деревьями видел, где я прячусь. Правда, он положил две стрелы довольно близко от меня, но ни разу не попал. Мы тоже не пальцем деланные, и по нам раньше из настоящего скорострельного огнестрела стреляли, так что даже усиленные стрелы – это ерунда. Раньше я бы такую на лету поймала и не поморщилась.

Я отбежала на сотню метров, когда поняла, что по мне больше не стреляют, и пошла дальше уже спокойнее, загодя обогнув поляну с наемниками – мне на сегодня приключений достаточно!

В город я ввалилась уже ближе к ужину, но пошла не в лавку, а на задний двор, где отец строил при помощи братьев новый курятник – из старого кто-то несколько дней назад стащил половину кур, выломав, при этом, заднюю стенку. Лисы у нас такие, ага, с топорами!

Требовалось срочно рассказать отцу, что я видела, а там он сам пусть думает, кому об этом сообщить. Не десятилетней девчонки это дело – стражу поднимать. Они меня и не послушают.