Глава вторая

Беспорядок во временном оперативном центре Министерства государственной безопасности сошел на нет. Дуаньму Хуэй кадр за кадром изучал видеозапись с места происшествия и был первым, кто успокоился посреди неконтролируемого хаоса.

То, что произошло, было, конечно, очень важно, но это следовало отложить, и технический отдел, естественно, передаст отчет. Насущные проблемы были таковы: во-первых, цель сбежала; во-вторых, цель получила то, что хотела (и при этом из рук самого Дуаньму Хуэя); в-третьих, он понятия не имел, что преступники собирались сделать и как та черная штука может пригодиться.

– Место оцепить, никому ни входить, ни выходить. Внешний отчет на Госкоме по охране культурного наследия. Подключитесь к Тяньван^[14] и всем частным камерам вдоль дорог во всем городе. Подключите дорожную полицию, нужно, чтобы все их силы проводили регулярные проверки по маршруту. Скорее всего, его не поймают, но, возможно, найдем хоть какие-то зацепки.

Дуаньму Хуэй раздавал тщательные и подробные распоряжения, прекрасно понимая, что при такой предварительной подготовке противнику не составит труда сбежать, и теперь придется искать иголку в стоге сена, размахивая при этом кулаками после драки.

Посреди собрания в оперцентр вернулась Юнь Шань. Она накинула пальто и не стала маскировать полученные синяки. После нескольких минут хаоса она выглядела жалкой и униженной, будто несколько месяцев скиталась по безлюдным пустошам. Вновь с самого начала изложила случившееся, которое зафиксировали камеры удаленного наблюдения. Изложила по памяти точно и очень быстро. За две минуты Юнь Шань смогла четко рассказать о том, что увидела вблизи, не упустив ни одной детали, так что представление сложилось даже лучше, чем если бы они все наблюдали своими глазами. Лишь когда она упомянула о странной, похожей на цилиндр черной штуке, ее речь замедлилась, а голос дрогнул.

Этот матовый черный предмет больше нигде не всплывал. За исключением формы и размера, вещество выглядело точно так же, как два черных шарика, которые Юнь Шань лично вручила господину Вану.

– То, что он сказал напоследок: «Если у тебя в Чэнду есть родные и друзья, пусть уедут развеяться на пару дней!» Это дословно?

– Да, он именно так и сказал.

Дуаньму Хуэй призадумался. Теперь было ясно, что он совершил большую ошибку, приведя козла в огород. Он и раньше выступал против плана, но сейчас говорить об этом было бесполезно. Если бы все прошло успешно, все ошибки сразу списали бы; в случае провала это говорило лишь о том, что ты был недоволен планом начальства и не радел его выполнять.

Дуаньму Хуэй мог не беспокоиться о пустяках и сам заняться решением вопроса – и вовсе не для того, чтобы получить повышение и разбогатеть. Но теперь у террористов в руках оказалось неизвестно что с совершенно непонятным действием. Что они могут сотворить? Как они это сделают?

Дуаньму Хуэй заметил, что Юнь Шань прикусила нижнюю губу, отчего лепестки ее ротика, изначально ярко-красные, побелели. Только в этот момент он осознал, что сам неосознанно грызет ногти. Он быстро опустил руку.

– Нам нужно предположить, что Чэнду станет их целью? – следуя за его мыслью, подключился Лао Цю.

Дуаньму Хуэй на мгновение задумался.

– Почему он вообще нам это сказал? Этот господин Ван, вот зачем?

Господин Ван, полное имя которого было Ван Хайчэн, разительно отличался от террористов, с которыми Дуаньму Хуэю доводилось иметь дело. Во-первых, в прошлом он не имел судимостей, а во-вторых, не был приверженцем экстремистских религиозных убеждений и даже не имел обычного для террориста военного или криминального прошлого. Обычно люди с такой историей не ввязываются в подобные дела, потому резюме Ван Хайчэна выглядело особенно странно.

Уже в двадцать пять лет Ван Хайчэн стал доцентом астрофизики в Университете Сунь Ятсена. Затем исчез на пять лет, а объявившись, записался в террористы. Полгода назад Вэньчанский центр исследования новой энергии на острове Хайнань обратился в пепел, от огромной базы не осталось даже руин – только кучка пыли. Впоследствии различные доказательства, включая видеозаписи с камер наблюдения, свидетельства очевидцев и записи разговоров, доказали, что взрыв был связан с этим человеком.

В течение полугода была создана следственная группа, но она так и не достигла существенного прогресса. Исследовательский центр, занимающий площадь в две тысячи му^[15], стерли с лица земли, волк-одиночка ни за что не смог бы организовать подобное. Атака такого масштаба требует чрезвычайных организационных способностей, ведь для этого нужно доставить сто тонн взрывчатки и незаметно проникнуть в национальный сверхсекретный исследовательский институт. Все указывало на хорошо организованную, последовательную и крупномасштабную террористическую организацию с множеством участников, но после полугода расследования они не нашли почти никого, кроме Ван Хайчэна.

Даже название и код организации специальная опергруппа выяснила только в последние три месяца. Организация называла себя «Светлячок», как жучка. Кроме этого опергруппа крайне мало знала о своих противниках. Почему они выбрали для себя именно это название? Что в него вложили? Что означало слово «светлячок»? Или что под ним подразумевалось? Что за силы за этим стоят? Не было никаких зацепок.

Если бы опергруппа не смотрела на мир красными от бессонных ночей глазами, начальство, может, и не предложило бы на первый взгляд совершенно абсурдный план – наверху сами раздобыли товар, нужный Ван Хайчэну, и вручать его отправили агентов под прикрытием, чтобы поймать террориста на крючок.

Теперь же товар ушел, а рыба сорвалась. Да что же этот Ван Хайчэн собирается сотворить?

– Если они действительно собираются напасть на Чэнду, зачем он рассказал нам об этом? – Дуаньму Хуэй скрестил руки на груди и задумался. – Провокация? Маловероятно, нет?

– Имеете в виду дымовую завесу? – спросил Лао Цю.

– Я не думаю, что он надменен настолько, чтобы намеренно провоцировать нас. Я предпочитаю верить, что у него есть четкая стратегия по каждому шагу. Было бы совершенной глупостью с его стороны раскрывать свои планы, если он намеревается нанести удар по Чэнду. Будь тот его целью, он бы не совершил такой тупой ошибки.

– Я думаю, все же есть вероятность, что он ударит по Чэнду, – сказала Юнь Шань, не поднимая головы, приподняла юбку и побрызгала ноги обезболивающим спреем.

– Да ладно? То есть – как?

– Если предположить атаку масштаба Вэньчана, им наверняка придется как следует ее подготовить, верно? – тихо пояснила Юнь Шань. – А такую подготовку, особенно координацию и размещение участников, Ван Хайчэну будет трудно вести на расстоянии. Ну, мы, конечно, еще не знаем структуры их организации и где находится сам Ван Хайчэн, но я склонна предполагать, что он играет во всем этом важную роль. – Юнь Шань немного подумала и добавила: – В этом случае для успеха всей операции потребуется, чтобы Ван Хайчэн координировал ее из центра. А это невозможно сделать без местных контактов.

– Если он действительно хочет ударить по Чэнду, имеет смысл там и обосноваться, – задумчиво сказал Лао Цю. – Такое действительно возможно.

– И еще… – Юнь Шань опустила голову и запнулась. – Судя по тому, с чем я имела дело, этот человек… не похож… ну, на обычного террориста.

Она не стала озвучивать, почему именно у нее возникла эта мысль, это было просто ощущение: что-то не так.

Дуаньму Хуэй на мгновение задумался, затем быстро подошел к компьютеру и начал просматривать новости:

«В Чэнду проходит научно-технический саммит Альянса девятнадцати наций G19, жителям девяти районов и шести уездов предоставляется три выходных дня».

– Твою же мать! – в ярости выпалил Дуаньму Хуэй, а затем в его голове промелькнула мысль: «Свяжусь с министром, попрошу ее скоординировать действия отдела по борьбе с терроризмом в Сычуани, а еще прислать человека, который лучше всего знаком с местной обстановкой».

Вот только совершенно непонятно, какой специалист нужен, чтобы вытащить такой каштан из огня.

Провинция Сычуань расположена на юго-западе страны. Из всех тридцати четырех провинциальных административных округов она не первая ни с точки зрения экономики, ни с точки зрения политики, ни даже культуры, но если говорить о местной разведке, то здесь она прямо-таки крадущийся тигр или затаившийся дракон. Поскольку Сычуань находится в котловине, ее окружают высокие горы и мощные хребты, единственная равнина – Чэндуская – своими плодородными просторами расстилается на тысячи ли^[16]. Топография в целом сложна и для въезда, и для выезда. В особый исторический период, после образования КНР, на эту территорию, которая не годилась для промышленного освоения, возложили особую историческую миссию – провести строительство третьей линии фронта^[17] и сохранить промышленное подкрепление на случай Третьей мировой войны.

Потому в эти края, о которых сложили строфы «Трудны сычуаньские тропы, трудней, чем взобраться на небо», переместились различные отрасли тяжелой промышленности, военно-промышленные предприятия и специальные подразделения, о которых лучше не упоминать. Хотя гигантские панды, досуг и развлечения теперь приводят в восторг жителей всей страны, но прошлое, скрытое за кулисами, никуда не делось. Промышленная группа Чэнфэй, которая проектирует и строит лучшие отечественные истребители, Центр исследований и разработок в области ядерных технологий при Академии химических и физических исследований в Мяньяне, машиностроительный завод Чанчжэн – производственная база стратегических ракет серии «Дунфэн» – и крупнейшая в Азии аэродинамическая труба… Этот список можно продолжать бесконечно, и все они находятся в радиусе ста километров от Чэнду.

Из-за всего этого плотность подводных камней в этом месте пугающе высока.

Доклад Дуаньму Хуэя был передан его непосредственной начальнице. Выслушав доклад, министр не стала ставить палки в колеса. В конце концов, план особой рыбалки был ее непосредственным приказом.

Меньше чем через час появились результаты межведомственного согласования. До официального распоряжения министр лично позвонила Дуаньму Хуэю, чтобы в лучших сорочьих традициях заранее принести весть.

– Я думаю, что должна рассказать вам об этом лично. По вашей просьбе я направила человека, который лучше всех знает, что творится на месте. Я надеюсь, вы сработаетесь и уладите наше дело. Если возникнут проблемы, мне нужно, чтобы вы решили их сами.

Дуаньму Хуэй сперва не совсем понял, что это значит, пока двадцать минут спустя подчиненные не вручили ему плотно запечатанный конверт с характеристикой прикомандированного агента.

Звали его Го Юань, опыт работы составлял восемь лет. А под именем сотрудника красовалась броская жирная надпись: «Тяжелое антисоциальное расстройство личности». Слишком крупным шрифтом для документов обычного формата.

Дуаньму Хуэй внезапно осознал, что попал в переделку. Его ступор прервало возмущение стоявшего рядом Лао Цю:

– Это досье спеца или подозреваемого? – Лао Цю всегда отличался прямотой. – Шеф, вы можете пояснить, что все это значит? Они прислали к нам психа? Вот так, да?

– Расстройство личности – это просто болезнь… – сказал Дуаньму Хуэй, но мысли в его голове метались в совершенной панике.

– Шеф, давайте вот не будем, а? Это вот и есть лучший информатор, которого смогла найти министр? – Лао Цю сердито топнул ногой. – Так она же явно стрелки на нас переводит!

– Лао, не горячись, – Юнь Шань подошла к ним, опасаясь, что его крики взбудоражат простых солдат. – Нам бы сейчас самим не сплоховать.

– Да не горячусь я, ну раз мы козлы отпущения – так тому и быть, экая беда. Дело-то в том, что у нас тут дело, и кого нам прислали? В ответственный момент все запорем, вылетим с работы, ну офигеть круто, да? А кто дело перехватит-то? А случись какая заваруха, что можно будет поделать?

– Да завали уже! – рявкнул Дуаньму Хуэй. Он знал, что Лао Цю прав, но раз уж дошло до этого, если ему суждено стать пушечным мясом, обязательно было делать это так некрасиво? – В чем наше призвание? Выполнять приказы. Если есть поддержка с воздуха, будем использовать поддержку с воздуха; если есть пистолет, будем использовать пистолет; дадут кинжал – будем работать кинжалом. Понимаешь?

Лао Цю вздохнул и неохотно кивнул.

– Остается надежда, что над этим делом работают и другие товарищи.

А про себя Дуаньму Хуэй подумал: «Что ж, поживем – увидим».

– Юнь Шань, – он взглянул на ее раны и решился. – Ты все еще в игре?

– Переоденусь и буду готова. – Она потерла бедро и улыбнулась. – Дайте только лекарство втереть, чтобы не было отеков. А не то с толстыми ногами я сразу стану походить на Квазимодо.

От подачи заявки до получения ответа прошел час. С момента, как стало известно о «тяжелом антисоциальном расстройстве личности» до прихода этой самой личности прошло еще два часа. Учитывая расстояние и межведомственную координацию, все произошло на удивление быстро.

Тем временем следственная группа работала как заведенная. Проверка разведданных, осмотр на месте, техническое расследование – все отделы работали слаженно и интенсивно. Под огромным давлением потенциального провала всей миссии народ сновал туда-сюда трусцой и даже сходить в туалет пописать откладывал на потом.

Особенно полевая техническая группа. Биомасса, которая внезапно в огромном количестве вылезла из земли, спустя два часа стремительно погибла. Растительная часть иссохла, а животная сгноилась в нечто, похожее на грязь, и отчаянно воняла. Эксперты в масках и защитных костюмах спасали образцы, сбившись в кучу над останками.

Кроме Юнь Шань и Лао Цю, об особенностях присланного агента Го Юаня Дуаньму Хуэй никому ни слова не сказал, опасаясь, что народ сразу поникнет духом.

Песчаную карту оперативно заменили на общую – тринадцати районов Чэнду, – и теперь Дуаньму Хуэй уставился на нее, понимая, что новое поле битвы ему совершенно не знакомо. Кроме центра и северных пригородов, где был запланирован саммит G19, он не понимал, что где находится. Он оказался на чужбине, равно как и другие боевые товарищи. Пробежав взглядом по дорогам и системе водоснабжения, он попытался нарисовать в уме карту города, словно это могло определить цель группы Ван Хайчэна и захватить его именно там.

Когда не знаешь, что представляет собой город, нельзя понять, где что-то пошло не так. Для того и нужны специалисты вроде Го Юаня, но…

Как раз тогда, когда Дуаньму Хуэй собрался расстроиться, в дверь трижды постучали. Тук-тук-тук.

– Войдите.

– Агент прибыл! – сообщил солдат, втаскивая в комнату человека.

Дуаньму Хуэй внимательно оглядел посетителя с ног до головы. Зная неуправляемый язык Лао Цю, он заранее послал его на место происшествия и Юнь Шань также отправил отдыхать. Сейчас кроме него в командном центре не было ни души.

Несмотря на все внутренние приготовления, при виде гостя Дуаньму Хуэй малость оторопел. Хотя мужчине было за тридцать, он выглядел как студент лет двадцати с небольшим. У него было маленькое круглое лицо, обрамленое волосами до плеч, большие глаза и тонкие брови, он казался таким миленьким, что походил на девочку. Но что не соответствовало его внешности, так это усталость, всеми красками расписанная на его лице. Го Юань бесцеремонно смерил Дуаньму Хуэя взглядом и презрительно скривил губы.

Без рапорта, приветствий, даже чести не отдал. Этот парень с детским лицом ухмыльнулся и просто сказал:

– Я уже прочитал сводку по дороге. У вас мозги не работают, да? Министерство что, уже стало приютом для умственно отсталых?