Ну что, Галя, принимай смену. Будить Витюшку нельзя, а то встанет в поганом настроении и выклюет тебе все мозги. Я затопила печку, взяла детей и повела их во двор. Показала им, что они могут унести в сени, и мы приступили. Они лёгкие пакетики, я тяжёлые коробки. По пути топилась печка и грелся дом.

Ну ведь уже с первых минут понятно было, что бежать оттуда надо, бежать!!! А я перетаскала все вещи, разложила их по местам, уже в теплом доме раздела деточек и поставила вариться борщ. Больше у меня ни на что сил не было. А так как опять же попутно, нагрела на печке воды, то помыла всю угандошенную посуду и полы. Молодец. Орден в студию! Вокруг была красота, чистота и тепло. Ну и борщ, конечно, благоухал изо всех сил.

И вот в этот самый момент проснулся Витюша! Удобно, да? Улыбочку виноватую на себя нацепил, моментально притащил с мороза холодильник, у меня то на него сил не хватило. Накрыл на стол и стал кормить детей. Слава тебе, Господи, хоть тут подсуетился! Ну а потом поели и мы с ним, посуду я мыть не стала. В доме идеальный порядок, и хватит на сегодня. А Витюша целый день спал, значит выспался, поэтому у меня есть перспективы бессонной ночи. Буду его басни всю ночь слушать. А мне оно надо? Я сегодня за двоих отработала. Сейчас пойду укладывать детей, и надо как-то заснуть вместе с ними. А сплю я хорошо.

Ну как задумала, так и получилось. Не знаю, кто быстрей заснул, дети или я, но Витёк остался без собеседника, и меня по доброте душевной не будил. Ну пять то дней надо построить из себя доброго. А сегодня день первый.

Так началась моя счастливая семейная жизнь. То ли сном, то ли обмороком. Никто меня не тревожил, проснулась я от того, что домик то выстыл. Ну ничего же удивительного, я это все предполагала. Часы показывали семь часов. Не, не хочу вставать. Посмотрим, как будут разворачиваться события. Я прижалась к детям, оставила на свободе только нос, остальное всё было спрятано под одеялом. Очень быстро я заснула. Если честно, Я не хотела просыпаться и осознавать реальную жизнь. Потому что надо было придумывать, как жить дальше. С холодом, с детьми, с полным отсутствием благоустройства. И ко всему этому со здоровым мужиком на шее. Но это же мечта моя.

Как ни удивительно, я проснулась от того, что в доме стало жарко и было понятно, что Витёк затопил печку, наверное, замёрз. Я слышала, как он ходил туда-сюда и не хотела проявлять признаки жизни.

– А пожрать что-нибудь у нас есть?

– Я борщ вчера варила

– И что? Сколько его можно есть?

– Пока не съедим. Я же не собираюсь его на помойку уносить.

– А ты что, больше ничего не привезла что ли?

–– А что я могу привезти то?

– Колбаски какой-нибудь, мяса

– Откуда у меня может случится колбаска и мясо? Детей то тоже надо кормить.

– Дети и картошку хорошо едят. А мужика кормить надо, он добытчик, не забывай.

– Витя, дай денег. Я сейчас схожу и куплю тебе и колбаски, и мяса

– Откуда у меня деньги? Зарплата две недели назад была

– А у меня откуда? Я ещё детей твоих кормлю.

– Ты на них пособие получаешь, забыла, что ли?

– Двадцать рублей? И на что их хватит, если подумать?

– А что этим пупсам надо то? Наварил ведро каши, грей и корми.

– Ты то почему кашу есть не хочешь? Даже не кашу, а борщ? Какие-то претензии предъявляешь?

– Я, мужик! Ты не слышишь, что ли? Я после твоей каши молоток держать не смогу!

– А зачем тебе молоток держать? Ты же вроде не плотник? А кстати, кем ты числишься на своей работе, раз тебе усиленное питание надо?

– Вот это уже не твоего ума дело! Ты у нас кто?

– Я у вас тот, у кого вечно жрать просят, а денег не дают!

Я пререкалась конечно с Витькой, но внутри у меня тряслось не то, что сердце, а даже кишки. Я как будто хотела вывести его из себя и получить в глаз. Зачем мне это надо было? Чтобы еще раз осознать, что он совсем не годен для жизни? Именно для этого я приехала в этот домик в сугробах по самые окна? Да ещё с детьми? А ещё у меня была задача выстоять и не рассекретить свои деньги и мясные заначки. Для того, чтобы вкусно есть, надо хоть что-то делать! Но у Вити то тоже не было задачи сделать так, чтобы я в первый же день ходила с фонарем. Я ещё, конечно, не встала, и не рассмотрела, что есть съедобного в этом доме, но что-то догадывалась, что в закромах пусто.

Я хоть борща привезла, а у него, наверное, постоянное картофельное меню. Картоха вареная, картоха, жареная, картоха в мундирах. Да и картоха то ему досталась в наследство от корейцев. И то только потому, что они ее сами в подполье опустили. Ну а я вылезла из-под одеяла в натопленный дом и пошла греть борщ. И по пути решила напечь оладий. Я почему-то с детства любила борщ с блинами или с оладьями, почему бы не повторить детский опыт? Тем более эти изделия по цене почти бесплатные. А дети их и с чаем прекрасно употребляют. В общем через полчаса к борщу был готов ещё и небольшой тазик оладьев. Посмотрим, как Витёк среагирует?

– Борщ то ты будешь, или он тебе вчера надоел?

– Так нету же ничего? А что на вечер готовить будем?

– Я привезла суповых наборов и макарон, так что думай сам.

– Тогда лучше потушим с картошкой? Я их маленько порублю твои суповые.

– Хорошо, потушим

Что-то нет у него сегодня желания скандалить. Это прямо очень хорошо. Значит надо поговорить о детях.

– Слушай, а дети-то как тут будут жить? Ты на работу, я на работу, а их кто пристраивать будет?

– Я с бабой Гутей на неделю договорился, а потом посмотрим

– А денег ей сколько за это надо будет заплатить?

– Не надо денег, у нас с ней свои делишки

– И прекрасно. Значит я их соберу завтра, а ты к бабе Гуте уведешь, так?

– Да. Только ты еды им тоже собери, кормить она не будет.

– Да конечно, Витенька, соберу! А то уж я все мозги сломала, как же наши деточки то тут жить будут?

– Нормально жить будут, замечательно, под присмотром

Как я была рада! Это же какое мне облегчение! На радостях я даже картошку потушила не в кастрюле, а на противне в духовке, там она вкуснее получается. Ешь на здоровье милый Витюша, не ожидала я от тебя такого сюрприза. Ну и для полного счастья я ещё сбацала пирог с картошкой. Вообще, все пироги, это для тех, у кого денег нет. Три копейки, и все сыты. Вот и я от радости так накормила Витюшу, что он шевелиться не мог. Пусть ест, он так мне угодил, что я в себя прийти не могла. После того, как всех уложила, я собрала и одежду, и еду дочурам, все аккуратно сложила в коробку и поставила к двери. Идти до бабы Гути три метра, в коробке будет удобнее.

А сама опять привалившись рядом с детьми, стала настраиваться на рабочую неделю. Идти далеко, вставать на час раньше, значит завернулись в одеяло и спать. Завтра начнется адаптация к новой жизни. Господи, дай мне сил и терпения!

Ну вот и начались мои тренировки. Всю мою жизнь у меня очень сложно было с обувью. Нога вся переломана, попробуй найди, что тебе подойдёт. А если подойдёт, то давить будет. Это кроссовочки демисезонные. А зимняя обувь вообще засада, ни одного доброго воспоминания, ей богу. А мне ещё в этих плохих воспоминаниях надо было до главной улицы дойти. Снег тогда не убирали. Да ещё домовладельцы со дворов на дорогу снег скидывали. В общем ждал меня утром ребус неразгаданный, поскольку я не знала даже сколько времени до остановки идти. Сугробы, накатанные дороги, горки, отвратительная обувь. Все это надо было победить.

Варианта было два. Либо идти по Кряжева и по Медведева. Дорожка накатанная скользкая, но терпимая. Упадешь раз пять. А может и не упадешь, если здоровье богатырское. Ну в общем, как повезет. Второй вариант в горку. По Иланской, и вверх. Для того, чтобы здесь идти, надо было сначала на разведку сходить. Потому что скользко, круто, и давно я там не ходила. Да даже если ходила, то только летом, и только, потому что мой основной девиз "отвага и слабоумие". В общем, в первое утро пошла я там, где большинство народу ходило. По Медведева. Но все равно это было ужасно. Пригорочек еле победила. А сколько раз поскользнулась? Не считала.

Но на автобус успела, слава те Господи, но по спине пот тек. Хотя я не в шубе была и не в дублёнке. В стеганом пальтишке. Не сказать, что оно сильно грело. Да, стегали тогда с помощью ватина. Всяких синтепонов, холофайберов не было. Но когда я стала в цеху переодеваться, поняла, что мокрая насквозь. Благо у меня в кабинке были запасы на всю жизнь. Переоделась. Все пропотевшее под краном в раковине сполоснула, да на головку стула сушиться повесила. А мне ещё такая дорога предстояла вечером. А если я сумку с продуктами в руки возьму? Да я же не дойду никогда до этой Ереванской. От перспективы мне стало плохо.

Хотя все это я предполагала ещё тогда, когда не жила там, но попробовала зимнюю дорогу только сейчас. Можно сказать за один раз наелась этого счастья. Значит надо сказать Витюше, чтобы он теперь и хлеб и молоко покупал. Господи! Что-то я с первого утра стала сомневаться, что мне хватит сил. А впереди ещё был вечер! И полные сусеки женской работы! Хоть бы печь дорогой Витюша натопил до моего прихода! Но Витюша печь не натопил. Потому что пошел за детьми, и пару часов сидел у бабы Гути, гонял чаи. Но вообще это было его любимое занятие, трепаться до тех пор, пока из дома не выгонят. Я догадывалась, что происходит. Но зато он мне не мешал.

Я, конечно, после дороги была умотанная. Но отдыхать решила у горячей печки. Так лучше. Печь затопила, и села прямо перед дверкой. Хоть погреюсь, да одежка моя пропотевшая подсохнет. Дом, как только затопишь печку, сразу жилым становится. Вот и сейчас от треска дров веселее стало. Тепло пошло по комнатам. А на печку я поставила варить остатки вчерашних суповых наборов. Будет бульон. А мясо обрежу и запеканку сделаю. Духовка вон красная, значит все получится. Представьте, сколько мой муженёк у соседки сидел? Я печь растопила, суп гороховый сварила, запеканка стояла в духовке, а я домывала полы в прихожей. И тут явился он. Конечно, уставший и голодный.

Но перспектива есть суп ему не понравилась. Он то думал, что я деликатесом его попотчую. Да и я так с утра думала. Но у меня сил не хватило. Перспектива нести килограмм мяса, скользя при каждом шаге мне не нравилась. И я ему об этом сказала. Он не очень грубо наехал на меня и предупредил, что завтра он суп есть не будет. А я напомнила ему, что есть ещё запеканка в духовке. А он сообщил мне, что он давно вышел из детсадовского возраста. Я устала препираться, и молчала. Налила супу детям, и вспомнила, что нужен хлеб. А где он? Его купил кто-нибудь? Нет. О том, что нужен хлеб, Витя тоже не вспомнил, просто не привык.

– Витя, я по вашей Нахаловке, себя еле ношу. Зачем мне в руках сумка, если я иду и за заборы хвастаюсь, чтобы не упасть. Поэтому будь добр, покупай продукты по пути домой.

– Интересно, на что я буду покупать эти самые продукты? Ты мне денег дала?

– Витя, ты же вчера сказал, что ты добытчик и кормилец, у тебя должны быть деньги

– Ещё я вчера сказал, что зарплата у меня давно была, и деньги закончились.

– Ну аванс то никто не отменял? Когда аванс?

– Аванса не будет.

– Почему?

– Я его тоже получил

– И где он?

– Ну нужны мне были деньги

– А какие претензии тогда? Хлеб я допустим испеку, ну а к хлебу будет картошка или макароны. У меня денег тоже нет.

Ну вот я же предполагала, что его долг не семьдесят рублей, вот оно все и открылось. Вернее, я догадалась. Сколько у него аванс интересно? Рублей шестьдесят? Красота. И теперь он рассчитывает на меня! Герой. Суп без хлеба он не любит. Интересно, он прямо сегодня на меня наедет, или подождёт положенное время? Помолчать, наверное надо, зачем люлей выпрашивать. Витька хлопнул дверью и убежал. А я кинула в печь пару полешек и поставила тесто. Пока будем есть то, что можно изобразить из подручных средств. Но дня через три у Витюшки закончится терпение. Вернулся добытчик. Принес самоиспеченный хлеб от бабы Гути. Вот и хорошо. Вот и ужин

То ли Витя боялся меня прижать, то ли считал это бессмысленным, но где-то нашел денег и покупал каждый вечер хлебушек и молоко. Я поставила галочку в свою записную книжку. Но между тем он не забывал трындеть о мясе, которое мне надо было принести, и на которое у меня реально не было сил. Я видимо настолько уставала от той жизни, что мне было все равно, когда я огребусь. Хотя по мои подсчётам время уже пришло. Потому что кормила я Витю тем, чем реального мужика, таким он и был, кормить нельзя. Наверное, неделю мы ели суповые наборы и то, что из них можно изобразить. Но основным блюдом был суп. Суп гороховый, суп с вермишелью, борщик, картофельный супчик и он почему-то терпел это скудное меню.

А моя терпелка то ли заканчивалась, то ли прирастала, я не могла понять. Ведь помощи то от Вити не было. Слава богу, что молчит и просит соседей набрать воды из водовозки, которая приходила днём, это все. Остальное, уборка, готовка, стирка, дети, все было на мне, и все, как в частном доме. Но ещё же никто не отменил мою работу, и путь до нее и от нее. Я так уставала за пять дней, что в пятницу падала замертво и спала, пока не разбудят. Но Витя был мастер по побудке. Он то, как я понимала просыпался от голода, и начинал трындеть о том, какая я никчемная хозяйка, в закромах у меня ничего нет, суп не на бульоне, а на воде, вся семья умирает с голоду.

Но с голоду умирал только он. И конечно я могла исправить это положение. Но пока в меня ещё не метнули топором, и не посадили в подполье, я вела себя так, как нужно было себя вести при отсутствии денег. Макароны, крупа, мука, этого в достатке, все остальное не на что купить. То ли действительно этот лысый хрен, осознавал тяжесть положения, то ли были ещё какие-то причины, но он молчал. Нет, это я конечно льщу ему. Молчать он не мог и не умел. Но мозги мне кипятил, как-то корректно, я даже спать могла под его бесконечные стоны о голодном животе. Он не стаскивал с меня одеяло, не заставлял топить печку, он нудил без конца и края. А я старалась отоспаться на всю неделю.

Сюрприз был революционным. В субботу меня из-за забора крикнула баба Гутя.

– Галь, тебе Витюха сказал, что в понедельник я уезжаю, и с вашими деточками сидеть будет некому?

У меня реально подкосились ноги. Вот это да! И что теперь? Куда мне их пристроить и как? Мысли в моей голове закипели.

– Нет, тетя Гуля, ничего он мне не сказал конечно

– Ну я так и думала. Поэтому и решила тебя окрикнуть. Я же знаю, что все на тебя ляжет

– Ляжет. Это вы как-то нежно. Меня сейчас просто бетонной плитой придавило. Это же засада. Я даже не знаю в какую сторону думать. Спасибо, что предупредили. А то бы был инфарктный понедельник, а так хоть полтора дня есть.

– Ну вот и хорошо, что они у тебя есть, думай. Ты хваткая, ты чего-нибудь придумаешь.

Баба Гутя ушла, а я стояла у забора. Очень хотелось просто сесть в сугроб, так мне было плохо от этой новости. Вот ведь вроде взрослый человек, и при каждом удобном случае орет на весь мир, что он мужик! А почему мне не сказал, что дети с понедельника без присмотра? Это специально? Или по дурости? Я и сегодня не знаю, как разрулить эту проблему, так сегодня то ещё время есть. Да и что толку от этого времени? Я только одну кандидатуру знаю, которая может мне помочь. Мама. Только это каждое утро детей надо сначала везти к маме, потом забирать от мамы, и это всё я. Других вариантов нет.

Я зашла в дом, и посмотрела на этого коня, который лежал на диване, и разгадывал кроссворд.

– Ты когда мне собирался сказать, что у нас дети с понедельника не пристроены?

– А что, это так важно?

– Ты дурак? Или ты их в понедельник с собой на работу возьмёшь?

– Ты чего, Галя, городишь? На работе я работаю

– Ну а я видимо брошу работу. Мы же такие с тобой богатые. Особенно ты. Ни получки, ни аванса. Мы можем это сделать без урона нашего материального благосостояния, да?

– Дети, это твоя забота, вот ты и думай, куда ты их пристроить.

– Типа, это не твои дети? И что ты за мужик то такой? Только жрать умеешь и дрыхать у печки. А кто на эту жратву зарабатывать будет? Папа Карло?

Витёк встал с дивана, подошёл ко мне вплотную, выручил глаза и прорычал:" Я сказал, что это твоя забота, ты глухая? Ещё повторить?". Его пальцы сомкнулись на моей шее, и я поняла, что меня отключают от доступа воздуха. Но это было привычное для меня состояние, и я понимала только одно, семейное счастье так и не началось. А терпение у Вити уже закончилось.

Что интересно, в таких ситуациях я каждый раз думала о том, что сейчас же он меня не додушит, не добьет, не дорежет, не дорубит, или что там он со мной делал? Я переживу это, доживу до понедельника, и убегу отсюда. Екарный бабай, а зачем я сюда бежала то? Вопрос без ответа.

Хочу немного отвлечься от текущей реальности и порассуждать о том, что я тогда чувствовала. Вы знаете мне было плохо, больно, обидно, страшно. Но мне в голову не приходило, что я могу умереть, честное слово, в моей голове была такая жёсткая уверенность в том, что это случится не сегодня. А может я была уверена в том, что я бессмертна? Не знаю. Но мы же все понимаем сейчас, и я в том числе, что я могла все это прекратить в один момент, раз и навсегда. В то время у меня это в голове полностью отсутствовало. Я даже не вступала с ним в противостояние, я всегда готова была лечь ему под ноги половичком, пусть затопчет, пусть измажет, пусть порвет, лишь бы не выкинул.

И так же я реально понимала, что он мне больше обуза, чем помощь. Никогда я не чувствовала его поддержки. Зато всегда чувствовала, как он прямо топчет мою самооценку, глушит все мои светлые порывы. А порывы в тот момент у меня были исключительно денежные. Витя был очень дорогой девайс, очень энергоемкий. Но я почему-то не хотела понимать, что все наши деньги уходят на его содержание. Или скорее всего понимала, но боялась признаться себе в том, что я работаю на чужого дядю. А все дядины мечты сосредоточены только на палке колбасы и на жирном куске буженины. Я тогда просто была в недоумении. В моей родительской семье так не ели.

Ещё часто думала про семейный сценарий, который мы переносим в свою жизнь. Позже, конечно, думала. В моменте у меня не было времени думать о высоком, я думала о примитивном. Так вот, о сценарии. Сейчас я почему-то уверена, что просто загнулась под чужой сценарий. Сценарий отвратительный и непонятный для меня. Да, я реально не понимала, что происходит, почему это происходит со мной, и почему я это терплю, и год, и два, и три. И нет конца моему терпению. Ведь если я уходила, значит все, это был перебор с его стороны. Но сейчас то я понимаю, что не важно, какие у меня были намерения, в итоге то оказывалось, что я просто уходила отдохнуть и вернуться.

Про то, что детям была нужна живая мама, я не думала вообще, я же бессмертная! Да и ладно, бог со мной, если уж я так в себя верила. Надо было о детях думать. Потому что сейчас то я уверена, что детям не только вредно жить в такой обстановке, но и опасно. Потому что Вите, я узнаю это попозже, все равно, к кому применять физическую силу. Дети не стали исключением, просто в тот момент он просто ждал, когда они подрастут и смогут быть служанками. Но и в этом направлении мои мозги не работали. Я знала, что дети должны быть сыты и одеты, иметь игрушки и вкусняшки, а вот о том, что они должны быть в безопасности, я даже не догадывалась.

Конечно, сейчас уже поздно об этом рассуждать, да и смысла не имеет. Потому что я сейчас другая, и много чего знаю об этой жизни. И дети мои, слава богу, выросли хорошими. Не людьми, а именно дочерями. Наверное, на их формирование повлияло наличие отца- изверга. Но для них он был отец. И тут ещё надо, наверное, рассматривать именно желание ребенка, любого, иметь двух родителей. Я никогда не была безотцовщиной, но по примерам своих одноклассников знаю, им это не нравилось до слез. Нет, я не оправдываю себя в этом случае, я была просто рабыней. Причем в моем случае я ещё и доплачивала за то, чтобы мое рабство продлилось подольше.