Как бы она ни держалась со мной, я ничему не верил, ни на что не надеялся и все же продолжал любить ее – без веры и без надежды. К чему повторять это снова и снова? Так было всегда.
Какой у тебя бодрый взгляд на жизнь! – воскликнул я с чувством благодарности и восхищения.
– А иначе нельзя, – сказал Герберт, – ведь больше-то у меня ничего нет.
Но как мог я, жалкий, одураченный деревенский парнишка, избежать той удивительной непоследовательности, от которой не свободны и лучшие и умнейшие из мужчин?