Чем дальше я шел, тем гуще становился смрад. Наконец, открыв тяжелую дверь, я очутился в старой полуразвалившейся часовне, напоминавшей склеп. Крыша была проломлена, земляной пол перерыт, а часть земли ссыпана в те самые ящики, которые привезли крестьяне.
