Цитаты из книг автора «Брэм Стокер»

бро пожаловать, приходящий гость, и поспеши – уходящий»

Харкер Джонатан – простите, не так, я ставлю фамилию вперед по обычаю моей страны

Прислушайтесь к ним, к детям ночи

Никто, кроме женщины, не может помочь мужчине, когда у него сердечное горе; а его некому было утешить. Он переносил свое собственное горе так мужественно, что мое сердце истекало за него кровью.

– Ради нашей дорогой Люси, – произнесла я, и мы пожали друг другу руки. – И ради вас самой, – добавил он. – Ибо если уважение и благодарность мужчины чего-то стоят, вы их действительно заслуживаете. Если вдруг в будущем вам понадобятся помощь и поддержка мужчины, поверьте, вам не придется долго ждать. Дай вам Бог, однако, чтобы никогда не настал в вашей жизни черный день. Но если что-то случится, обещайте дать мне знать немедленно. Он был так серьезен, а его печаль столь искренней, что я сказала: «Обещаю».

– Я привык верить, профессор, что вы ничего не делаете без причины, и все же хорошо, что здесь нет скептика, а то он сказал бы, что вы колдуете против нечистой силы. – Очень может быть, что так оно и есть, – спокойно ответил он и принялся за венок, который Люси должна носить на шее.

Ван Хелсинг хотел уже в гневе топнуть ногой, но интуиция, основанная на жизненном опыте, и долгие годы привычки удержали его.

Ван Хелсинг тихо, по-кошачьи приблизился к кровати.

так получилось, что по той или иной причине все, не касавшееся ее лично, – даже ужасная перемена в дочери, к которой она была столь привязана, – казалось, не доходило до нее. Словно бы Госпожа Природа обернула отчужденное тело в бесчувственную ткань, предохраняющую от повреждений, которые иначе появились бы при непосредственном соприкосновении.

Он очень самоуверенный человек, но вызвано это только тем фактом, что он действительно необыкновенный врач. Он философ и метафизик и вместе с тем выдающийся ученый. Кроме того, это человек большого ума. У него железные нервы, спокойствие духа, впору айсбергу, невероятно решительная натура, великая сила воли и терпение, почерпываемое из добродетели молитвы, добрейшее и преданнейшее сердце, какое билось когда-либо, – вот что составляет его снаряжение в благородном деле, которое он вершит на благо человечества и в теории, и на практике, потому что его воззрения столь же широки, как и его всеобъемлющая доброжелательность.