Глава 5

Футболист на такси успел к автовокзалу на уходящий автобус, чтобы вернуться обратно, к себе в О… Оказался у себя дома уже за полночь. Сбросил потную одежду, в задумчивости встал под душ, потом вытер себя своим спортивным полотенцем, посушил волосы феном и лёг в кровать. Дело надо рассмотреть со всех сторон. И пока не ясно, что делать. Основное – не рисковать – иначе… И похоже, был прав – опасности окружали. Человек, убивший Пинского, как минимум уже дважды убийца, и можно было нисколько не сомневаться, что при определённых обстоятельствах он не станет особенно церемониться и в третий раз.

Пинский не узнал его, а ведь он, сообразил, что у Крайневой есть любовник, похожий на Футболиста. И тем не менее попался на удочку. Наверное, ездил к Крайневой поразведать и выдал себя при этом. Бедный, несчастный Пинский. Футболисту было жаль его. Но теперь у Футболиста появилось преимущество: он знал внешность убийцы и даже немного его физиономию. Вместе с тем, убийца успокоится, полагая, что теперь опасности нет, и потому проявит себя каким-то действием.

Крайнев мчался со смертельной скоростью, и единственное, что он мог увидеть перед ударом чужой машины, – это смутный образ шофёра. Ему нужно было быть уверенным, что в догоняемой машине находятся именно его жена с любовником, которых он выследил. Футболист знал, что жена Крайнева была у озера. Проезжая по просёлку в тот вечер, он увидел её возле дороги, ведущей к озеру «Светлая жизнь». Заметив машину Футболиста, Крайнева шагнула быстро вперёд, но, поняв, что обозналась, вернулась в придорожные заросли. Тогда не было совсем темно, и Крайнева могла разглядеть и машину Футболиста, и его самого в ней. Значит, ожидала она не мужа, т.к. у того был «лексус» представительского класса, а совсем другого. Того, чья машина была похожа на малолитражку Футболиста. Вот при таком раскладе всё прояснялось и объясняло произошедшее. Футболист перешёл к главному пункту своих выкладок. Для возвращения домой с любовником Крайнева должна была проехать мимо места аварии. Увидев машину Крайнева, они остановились, чтобы посмотреть. Крайнев был без сознания и беззащитен, но ещё жив. Он намеревался расправиться с ними, а теперь сам был как труп. Им повезло. Вокруг безлюдье и ночь. Потому их никто не подозревал. Никто, кроме Пинского. Но, собирая улики, в тоже время так напугал эту парочку любовников, что они убили и его. Теперь они не остановятся – если потребуется, ухандокуют и Футболиста – как пить дать. Если он совершит ошибку… Значит, его удар должен быть первым. До настоящего времени у Футболиста не было каких-то поводов для подозрений, кроме присутствия теперешней вдовы Крайнева в районе озера и циничных убийств Пинского и самого Крайнева. Но этого вполне достаточно, чтобы напугать их так, чтобы они были ему послушны. Футболист спрятал голову под подушку. И когда всё-таки заснул, ему снился шофёр такси, подвозивший его к Пинскому. Кроме того, были и ещё улики: Пинский дважды звонил ему, о чём Футболист совсем уж было забыл. В распечатке звонков полиции нетрудно будет найти номера телефонов Пинского и его. Футболисту это совсем не нужно было, хотя он и не убивал Пинского – сам на полу за холодильником валялся чуть живой. Проснувшись очень рано, он почувствовал, что горло его ещё болит. Чтоб провалилось эта каналья джио джитсу. Другое дело футбол … Футболист соскочил с кровати: много дел до того, как обнаружат Пинского. И, чтобы его не постигла участь убитого, следует действовать быстро и решительно. Футболист принял душ, побрился и позавтракал. В газетном киоске купил газету. Об убийстве – ни слова. Это удивляло. Позже он понял: когда произошло убийство, газета уже была в наборе, потому сообщения будут, но только в завтрашних выпусках. И сколько пройдёт времени, пока полицейские обнаружат труп Пинского?

– Больше – лучше, чтобы таксист не вспомнит обо мне. – Решил Футболист.

Возвратившись, он позвонил по сотовому Петьке, который обретался в городе В… и был хозяином рыбацкого домика на озере. Ему повезло, он настиг его в приёмной, как раз в тот момент, когда тот появился и собирался зайти в свой кабинет. Вместе с отцом старый друг руководил процветающей компанией.

– Это ты, морда тряпочная? Почему не приехал к нам? И где ты вообще?

– Вернулся с моря, из клубной гостиницы, в местную.

– Я читал в газете, что тебе не повезло, – откликнулся Пётр. – Ну и как дальше собираешься жить, Футболист?

– Теперь – бывший. Ещё не решил, но позвоню тебе…

– Послушай, приезжай‑ка ты лучше к нам. Тут и поговорим. Нам нужен толковый специалист, ты у нас уже служил с успехом, так что мы готовы принять тебя вновь. Или ты решил отдохнуть до следующего сезона?

– Нет, я выбыл из футбола. Разговоры о следующем сезоне – фантастика. А чем заняться, ещё не решил, хочу пока отдохнуть. Вот и подумал насчёт твоего домика у озера. Он тебе сейчас нужен?

– Нет… Хорошо, отдыхай, лови рыбку. А от домика у тебя есть ключ?

– Я уже давно вернул тебе почтой.

– Ах да. Забыл. Тогда вскрой дверь, потом поставишь другой замок. Хотя нет, чтобы не менять замки. Пришлю тебе ключ.

– Вот я и хотел тебя попросить. Я тут ещё побуду некоторое время.

– Договорились. Ловись, рыбка, большая и маленькая. Твоё хозяйство ещё там?

–Да.

– Что ж, надеюсь, в дальнейшем тебе повезёт больше. Это будет справедливо.

– Такова спортивная жизнь, – философски ответил Футболист. – Да, ты знал этого Крайнева, который изувечил мою ногу – хорошо не обе?

– Встречался. А что?

– Кто‑то говорил, что у него тоже дача в тех местах.

– Да, но познакомился я с ним не там. Совершенно случайно встретились на охоте. Он произвёл на меня плохое впечатление. Не нравятся мне такие.

– Почему?

– Как он раньше не свернул себе шею. Какой-то он, чёрт его знает. Понимаешь, что я имею в виду?

– Он охотник?

– Нет… Стрелял в ласточек, по всем птицам подряд, чтобы их разрывало на куски.

– Извращенец…

Минуты две они ещё обменивались новостями. После Футболист подсчитал свои финансы. У него, кроме денег на счёте, оставалось ещё деньги – аванс от клуба. Следовало взять в каршеринге машину. Свою малолитражку Футболист продал почти сразу после того, как её отремонтировали, а деньги, полученные за неё, положил в банк вместе с теми деньгами, которые получил по страховому полису.

Он торопился. Уложив вещи в сумки, он на такси доехал до автовокзала, сел в автобус, идущий через Т…, в Н… Добравшись без приключений до пункта назначения, сдал сумки в камеру хранения на автостанции и вышел на улицу. Несмотря на утро, воздух был тяжеловат – может быть из-за выбросов химкомбината, хотя и расположенного за двенадцать километров от города в сторону столицы. Купив газету, зашёл в кафе «Сеньор Помидор» и заказал завтрак. В газете снова ничего не было о Пинском. На последней странице Футболист посмотрел объявления о каршеринге. Ближайший пункт находился неподалеку от кафе, и он отправился туда пешком. Площадка была полна машин, и менеджеры облепили Футболиста со всех сторон. Однако, узнав, что он живёт в другом городе и не имеет постоянного места работы, поотстали. Футболист убеждал их, а сам думал, что же делать? Время утекает. Но знающие менеджеры уверяли, что наличные деньги сразу – это то, что надо.

– Да, да, – задумчиво реагировал он, а на выходе заметил «Рено» ценой в семь рублей приезде и ноль при ожидании. Футболист оглядел внутренности машины, равнодушно пнул колесо и почти вышел с площадки. Менеджеры что‑то сообразили, догнали Футболиста и настойчиво вернули обратно, сказав, что отдадут «рено» на его условиях. Тогда он предложил им пять. Они колебались, даже звонили боссу, но в конце концов согласились. Футболист проверил машину. Всё функционировало, сделка состоялась. Они ещё и вымыли машину.

Вернувшись на автостанцию, Футболист забрал свои сумки и посмотрел на часы: половина второго. Нужно было ещё кое‑что приобрести. В комиссионке он купил электрическую пишущую машинку, бинокль и травматический пистолет, оформленный, как наган, но с коротким стволом, потом, поразмыслив, купил запас патронов. Всё это ему и самому не очень‑то нравилось, но то, что он затевал, не было детской игрой. Уложив всё в машину, он отправился на поиски приличного портативного диктофона. Потратив часа полтора, наконец, нашел то, что нужно, – отличный, очень чувствительный портативный аккумуляторный диктофон – продавец уверил о его продолжительной работе без подзарядки и ёмкой кассете, даже пообещал заменить или вернуть деньги, если что-то не устроит. Положив китайское чудо в «рено», Футболист вернулся к перекрёстку и купил последний выпуск газеты. Вот оно, долгожданное, Футболист охватил и быстро прочитал всё объявление:

«Сегодня в своей квартире (далее указан адрес в городе Ч…) был обнаружен труп Пинского, частного детектива и бывшего следователя страховой компании. Пинский умер от удара по голове тяжёлым металлическим предметом. Удар был нанесён человеком большой физической силы. Орудие убийства не обнаружено. Следов убийцы – тоже».

И это всё. Подробности, если появятся, то завтра. Но и сегодня достаточно сведений: адрес Пинского, характеристика убийцы. Футболист понадеялся, что его таксист не слушает радио и не читает от безделья газету. Время было дорого. Футболист сел в «рено», выжал газ и влился в поток машин. До скорой встречи, мадам Крайнева.

Глава 6

Свет фар автомобилей разрезал темноту. Футболист вспоминал эту дорогу. Н… – самый большой после областного центра город, застроенный в центральной части вокруг Советской площади в тысяча девятьсот тридцатые годы, когда создавался химкомбинат, крупнейший в Европе, четырёхэтажными домами серого кирпича без балконов – для большинства граждан и более внушительными, с балконами-гульбищами – для ИТР. Городской гостиницы тогда не предусмотрели – возможно потому, что всем работающим предоставили жилплощадь, а деловых гостей селили в коттеджах, которые много позднее передали местной команде футболистов. Футболисты, сменяясь поколениями, фактически являлись профессиональными, и формально трудились «подснежниками» на шахтах – пока те давали уголь, а после выработки и закрытия – на том же химкомбинате. За площадью на восток прятался в живописных зарослях Дом инженера и техника (ДиТ). На этом же восточном краю площади, перед кинотеатром «Победа» был уютный скверик с кустарниками по окружности, клумбой в центре и гаревыми дорожками. Перед сквериком на диаметральном краю площади и лицом к ней стоял серый памятник Сталину с примыкавшей к нему небольшой трибуной, с которой во время праздничных демонстраций звучали по микрофону через репродукторы соответствующие лозунги. Летом по вечерам за колоннами проектно-конструкторского и исследовательского института угольной промышленности ПНИУИ (ПНИ, как его окрестили аборигены) около площади играл духовой оркестр, и желающие танцевали, а по Комсомольскому бульвару, который проходил через весь город – от городского парка до автостанции – прогуливалось население. Таким когда‑то был и Футболист, пока ни перебрался, повзрослев, в город О… Добрался он до Н… поздно вечером.

Футболист понимал, что, продвигаясь на призрачный свет денег в конце туннеля, рискует последовать за Крайневым или Пинским. Но это не имело для рискового борца за справедливость никакого значения, главное, что деньги у госпожи Эмилии Нуэль – вдовы Крайнева есть. Футболист знал, что они у неё есть и немалые, а всё остальное было для него «красной пропагандой». Кажется, в Н… построили гостиницу и не одну – одна рядом с автостанцией и вокзалом, другая в конце Московского бульвара, перпендикулярного Комсомольскому.

Как только Футболист снова смог водить машину, он сел за руль отремонтированной малолитражки и поехал в Т… Так что в Н… он был. В Т… получил несколько дополнительных медицинских справок насчёт ноги. Все врачи в один голос твердили, что хирург-травматолог потрудился на славу и травмированному Футболисту очень повезло.

– Да уж, – соглашался Футболист, – «повезло», а ещё больше, если бы до этого не дошло.

На въезде в город был неплохой мотель, но Футболист миновал его, так как ему надо было найти именно ту гостиницу, которая была необходима для задуманного. Шоссе из Т.. проходило с северо‑запада, огибало южную часть города и шло затем налево в сторону химкомбината, направо в сторону Западного посёлка, мимо завокзальной части и в центр, собственно, города. На улицах было уже пустынно. Он поехал по улице имени Садовского – бывшего директора химкомбината, в сторону городского парка и в том направлении, где, помнится, должна быть гостиница. Гостиницу он увидел именно там, где и ожидал, на северной стороне города. Она под вывеской: «Отель Октябрь» помещалась на краю Московского бульвара, напротив магазинов готового платья и спорттоваров. Магазины были закрыты, но светилась электрическая рекламная иллюминация. Слева, в конце бульвара, в низине – ошибка архитектора – находился Дворец культуры с кинотеатром. Футболист повернул с улицы Садовского направо и подрулил ко входу в гостиницу, вышел из машины, вошёл в гостиницу, миновал холл и подошел к стойке администратора. За стойкой сидела необъятная женщина с волосами, окрашенными под седину и коровьим выражением лица. Она рассматривала журнал. В огромном кресле – на двоих – сбоку стойки, похрапывал молодой охранник под два метра ростом в форменной одежде. Дежурная посмотрела на Футболиста:

– Хотите остановиться у нас?

– Есть ли свободный номер с горячей водой и окнами на улицу?

Она кивнула. Он заполнил анкету. Она попыталась разбудить охранника. Тот никак не реагировал. Футболист отложил заполненную анкету. Дежурная вновь попробовала докричаться до спящего. Тот что-то проворчал, дрыгнул ногой и, посчитав, что исполнил свой гражданский долг, повернулся на другой бок.

– Оставьте, – усмехнулся Футболист. – Сам отнесу сумки.

– Машину поставьте за отелем на стоянку, и не беспокойтесь, она охраняется, – сообщила дежурная. – Ваш номер на втором этаже и второй по коридору справа. – И кивнула в сторону лестницы. – Сумки можете занести, не заходя сюда, через вход со стороны стоянки.