Цитаты из книги «Ореховый Будда»

– Умному и хитрому человеку в России жить выгодно, – говорил Ян, ведя постояльцев по мосту обратно в город. – Нужно только знать правила. Здесь кажется, что всё нельзя, а на самом деле почти всё можно. Симпэй кивал, думая: вот обычный урок, который извлекает слепец, бредя жизненной дорогой, но не видя Пути. На самом деле всё наоборот. Кажется, что тебе всё можно, но хорошему путнику почти всё нельзя. Только идти вперед.

– Что ж, можно сказать и так. Но у христиан главный из полезных страхов – страх перед Богом, а у нас – перед собою. Потому что последователь Мансэя считает хозяином своей жизни самого себя, а не высшую силу. Но распоряжаться собственной жизнью человеку мешают страхи мелкие, стыдные и вредные. От них ты должна избавиться. И тут есть несколько твердых правил…

Помереть, чай, не просто! – Всё просто, если умеючи.

слабая доброта хуже зла, ибо представляется благом, а оказывается предательством,

Ката лежала на спине, хлопала глазами. Над ней склонился улыбающийся Симпей. – Вот тебе и всё умирание, – засмеялся он. – Притом худшая его часть. И чего тут бояться? – Нечего… – медленно ответила она, садясь. – Я бы прямо сейчас померла. – Ну и глупо. Вернешься обратно, откуда сбежала – такой же несмышленой, слепой девчонкой. Пройди честно свой Путь – и умирай себе на здоровье.

Хочешь, я возьму тебя за руку и проведу из низшего Жилья в следующее? Предупреждаю: будет трудно. Но без этого ты не сможешь стать настоящей Хранительницей. – Конечно хочу! – воскликнула Ката-тян и сама протянула руку. – Ну так пошли. А свои руки оставь при себе. Будешь тереть ими лоб, чтоб лучше думал.

Мир Будды являл один из своих сладостнейших видов, поздневесенний. Свежесть молодой листвы, голубизна высокого неба, синева реки и золотистое дрожание воздуха наполняли душу покоем, с которым не хотелось расставаться.

Одной твердой точки для опоры довольно. Стоя на ней, можно держать на себе целую вселенную. Исходи из того, что вселенная создана для тебя одной и без тебя ее нет. Она и есть ты.

– Взять какие-нибудь вещи? Поверь, вещи не имеют важности, они химера, сиречь обманное видение. – Вещей у меня никаких нет. Есть листок, оставшийся от матушки. Там ее рукой писаны два имени, ее и мое: «Марфа» да «Ката». Потому все меня так и зовут, хоть я крещена Катериной. – Дело иное. Это не вещь, а чувство, чувства же химерой не бывают. Ради такого можно и сделать крюк. А времени терять мы не будем. По дороге я начну обучать тебя искусству Полной Жизни.

– Будда – это не бог, это Просветленный. Каждый может стать Буддой. И в конце концов станет,