Цитаты из книг автора «Борис Акунин»

дурак всё опасно, даже вода пить, если мера не знает.

Да, образованных большинство. Они душою выше, потому что вдали от грязи росли. Но есть и работницы

Да, образованных большинство. Они душою

Название «Золотая Орда» – позднего происхождения. Вероятно, оно возникло благодаря парадной золотой юрте хана Узбека (1313–1341), которая своим ослепительным сиянием производила большое впечатление на современников. Однако в те времена название это, кажется, широко не употреблялось, и в русских источниках впервые попадается только в «Истории о Казанском царстве» (ок. 1564 г.), когда Золотой Орды уже не существовало.

Московское, а затем российское государство получилось русским. Но оно унаследовало много черт от Золотой Орды. По мнению ряда историков, это наследие даже явилось главной составляющей новой русской государственности.

ассимилируясь среди тюркских племен, ведших одинаковый с ними образ жизни, монголы совершенно не смешивались с русославянами. «Если бы Моголы сделали у нас то же, что в Китае, в Индии или что Турки в Греции; если бы, оставив степь и кочевание, переселились в наши города, то могли бы существовать и доныне в виде Государства», – пишет Карамзин, имея в виду государство, общее с русскими. Но монголы, превратившиеся в татар, продолжали жить географически обособленно и построили себе собственные города, оказавшиеся недолговечными.

С середины XV века монархическая власть начинает тяготиться чрезмерной мощью боярства и его анахроничными для централизованного государства привилегиями – например, правом свободного перехода к другому сюзерену. К тому же у главнейших бояр (они назывались «большими») имелись собственные вооруженные отряды, иногда значительные. Во время войны они вливались в княжеское войско, но в случае междоусобицы или мятежа могли стать угрозой для государства. Проблема слишком сильной аристократии будет еще долго беспокоить русских самодержцев. Окончательно ее решит сто с лишним лет спустя Иван Грозный, прибегнув к крайним мерам.

Несколько лет Русь прожила без главы церкви. Духовенство всё надеялось, что Константинополь образумится и вернется к «отеческому преданию». Когда стало ясно, что ждать нечего, епископы сами избрали митрополита. Им стал рязанский архиерей Иона, впоследствии канонизированный русской церковью. Это произошло в 1448 году. Поначалу говорилось, что это мера вынужденная и временная – лишь до тех пор, пока патриарх не восстановит независимость православия. Но возврата к прежнему уже не будет. Московская церковь стала самостоятельной и отныне никого кроме московских же государей не слушалась.

Верхушке русского общества было выгодно, чтобы власть переходила не к боковым династическим ветвям, а от отца к старшему сыну. Это не ломало сложившейся иерархии и позволяло избежать лишних потрясений – последнее было важно не только для боярства, но и для всех слоев населения. Страна желала стабильности и предсказуемости. В ту эпоху выполнить подобный запрос наиболее оптимальным образом могла только наследственная самодержавная монархия.

Ведь зло помнят только обиженные, у обидчиков память короткая.