Все совпадения с событиями, местами и персонажами не более, чем простая случайность.

Глава 1

Шасси самолета плавно коснулись взлетной полосы, и он резво побежал, снижая скорость до полной остановки. Пассажиры дружно зааплодировали мастерству пилота и начали вскакивать с мест, доставать ручную кладь из багажных отсеков и скапливаться у выхода, чтобы побыстрее покинуть чрево железной птицы. Я практически единственная, за исключением еще пары человек, не торопилась к выходу, а бесцельно таращилась в иллюминатор.

– Девушка, – обратилась ко мне вежливая стюардесса, – все уже покинули салон.

Я очнулась от своих мыслей, наспех похватала свои вещи и заспешила к выходу. В зоне прилета встала в хвост очереди, оставив надежду быстро покинуть аэропорт. Спустя час, такси мчало меня по пустым утренним улицам еще спящего города. Осень была в самом разгаре и порывистый ветер беспощадно срывал золотое убранство с деревьев, настраивая на романтический лад после удушающей жары неаполитанского солнца.

Я летела со свадьбы своей единственной подруги Лерки. Теперь у нас остались только редкие встречи и скупые разговоры по телефону.

В дверях я застала благоухающую родительницу, которая, как всегда, торопилась на любимую работу. Увидев меня, она радостно чмокнула меня в щеку, послала воздушный поцелуй мужу и упорхнула за порог. Отчим распростер свои объятия, демонстрируя свое радушие. Он пребывал в отличном расположении духа и тут же принялся за мной ухаживать.

– Альберт Геннадьевич, я устала, как собака, хочу в душ и спать, – взмолилась я.

– В душ – это пожалуйста, а вот насчет спасть, ни-ни, – шутливо погрозил он. – Я тут приготовил изумительный гратен дофинуа, ты просто обязана его попробовать.

– Это картофельная запеканка что ли?

– Запеканка, но какая! – он со знанием дела поднял к потолку указательный палец, и я поняла, что спорить бесполезно, да и обижать мне его не хотелось, уж больно счастливый вид у него был.

Выйдя из душа, я тут же была усажена за стол и обслужена по высшему разряду.

– Да, Альберт Геннадьевич, умеете вы удивить. Ваш гратен, как его? – я пощелкала пальцами.

– Дофинуа, – подсказал он.

– Да, да. Так вот, он просто восхитителен!

Отчим зарделся от удовольствия и подложил мне еще кусочек.

– Вы хотите, чтобы я растолстела и в двери не вошла? – пожурила я его.

– Твоей фигуре это не грозит, – сделал он мне комплимент.

Я съела завтрак до последней крошки и даже облизала пальцы. И это несмотря на то, что я только что из Италии, где царит настоящий культ еды и гостей кормят на убой, одно блюдо вкуснее другого. Отчим отстал от меня только тогда, когда я запротестовала как профсоюзы на забастовках. Тогда он поставил передо мной дымящуюся чашку с кофе и сам устроился напротив меня.

– Какие планы? – осведомился он.

– Думаю в Ягодное смотаться, Лерка бабушке гостинцев вагон передала, да Анчутку забрать. Вы же не выселите нас из своего коттеджа?

– Конечно нет, живите, сколько хотите. А что же твоя подружка бабушку на свадьбу не пригласила?

– Альберт Геннадьевич, не надо на Лерку бочку катить! Она приглашала, но та сама не поехала, нет у нее доверия к международным бракам, да и путь на это мероприятие не близкий, а она уж не молода.

– По поводу международных браков ее опасения имеют под собой основания. Тут я с ней соглашусь.

– С Леркиным браком все будет тип-топ, можете мне поверить.

– Верю, – тут же согласился отчим, гася конфликт в зародыше.

– А спать-то все равно хочется, – зевнула я. – Пойду вздремну минут шестьсот.

Мой драгоценный сон никто не потревожил и проснулась я довольно поздно, на улице было уже темно, слышно было только как моросил мелкий осенний дождь. Я поуютнее зарылась в теплое одеяло и стала обдумывать свое сегодняшнее положение.

В универе уже все приступили к дипломной работе, а я на пороге своей Альма-Матер так и не показалась с лета, но это меня волновало меньше всего. Меня тяготили два долга Болотнице. Как я допустила такое и что теперь с этим делать? Надо бы к ней заглянуть, прозондировать почву, а то скоро снег ляжет и буду маяться до весны, а вдруг она мне еще проценты за просрочку выкатит? Интересно, что она с меня может потребовать? Завтра же, с утра пораньше тронусь в путь. С этими мыслями я повернулась на другой бок и снова заснула.

Встала я еще до восхода и потихоньку выскользнула из дома. Дождь моросить перестал, но над дорогой висел густой туман и видимость была так себе, но так как было очень рано и дороги были достаточно свободны, до Ягодного я добралась быстро. Деревня уже не спала и мое появление не осталось незамеченным. Первым меня увидел Валек, который отсалютовал мне издали, я помахала ему в ответ и пошла к себе в дом. Анчутка тут же показался из-под печки и заулыбался всеми своими мелкими зубками – обрадовался.

– Доброго здоровьечка! – он отряхивался от сажи, пытаясь придать себе приличный вид, при этом, внимательно посматривая на мои руки, которые оттягивали битком набитые пакеты.

– Как тут обстановка? – поинтересовалась я.

– Пока все спокойно, – уверил меня он. – А что это у тебя там? – не выдержал он.

– Держи. Гостинцы тебе.

Анчутка подпрыгнул от радости и даже крутанулся в воздухе вокруг своей оси и тут же нырнул в пакет. Он чавкал и жмурил глаза от удовольствия, сытости его не было предела, я даже волноваться слегка стала.

– Ты лопнешь, или у тебя заболит живот, – предупредила я.

– У меня никогда не болит живот, – жуя промычал он.

– Просто ты раньше не питался из супермаркета.

– А ты чего приехала? – сменил он тему разговора. – Просто меня проведать или дело какое появилось?

– Хочу к Болотнице сходить. С долгами ей что-то делать надо, тяготит это меня.

– Повышенное чувство ответственности в нашем деле не всегда прибыль приносит, – сумничал он.

– Да какая уж тут прибыль! При своих бы остаться, – вздохнула я.

– Когда пойдем?

– Может, сейчас?

Анчутка вытер рот тыльной стороной ладони и завязал пакет на узел, чтобы не испытывать искушения съесть еще что-нибудь.

– Ты б умылся, чумазый весь.

– Для Болотницы что ли? Еще чего! Ей и так сойдет.

Я переобулась в резиновые сапоги и сменила городскую куртку на брезентовую парку, закинула на плечо небольшой рюкзак, и мы тронулись в путь. Анчутка бежал вприпрыжку впереди меня, щебеча без умолку, рассказывая местные сплетни, из которых я узнала, что жена Валька, Нинка, скоро родит, что у соседки Надежды Ильиничны, Полины Дмитриевны муж по пьянке в петлю полез, но его успели вынуть, а он, похоже, умом тронулся, поскольку сам с собой разговаривает и бред несет. А еще в соседней деревне горожане снимали дом летом, пара семейная. Так вот жена возьми, да и пропади, ходят слухи, что на болотах осталась.

– А вот это уже интересно. Тебе подробности какие-нибудь известны?

– Как суета с ее поисками началась, я сбегал на болота аккуратненько, но ничего не увидел, кроме платочка голубенького на тропке к Болотнице, за елку зацепился и висит. Думаю, что ее.

– Платок взял?

– А как же, вот он, – протянул мне свою добычу мой наблюдательный друг.

Я поднесла платок к лицу, от него исходил слабый аромат. Сомнений никаких, у деревенских просто не может быть таких дорогих духов. Попробую что-нибудь выжать из этого, подумала я и убрала платок в карман.

На болоте было тихо, окно моего дома зияло черной дырой, оно так и было разбито. Надо бы Валька что ли попросить стекло вставить, а то нехорошо как-то. Я присела на завалинку и поставила рядом с собой на землю рюкзак, Анчутка побежал в дом на разведку, но быстро вернулся, видимо, все было тихо. Тут на поверхности болота появились пузыри и показалась сама хозяйка.

– Кого я вижу! – обрадовалась она. – Я уж не чаяла тебя до весны увидеть. Случилось чего? Помощь моя нужна?

Болотница, зная о своем преимуществе просто цвела как майская роза. Ее мутные глаза даже ярче стали от хорошего настроения и отливали глубоким изумрудным оттенком.

– О долгах своих потолковать пришла, – сказала я.

– Неужто спишь плохо? – съязвила Болотница.

– Сплю хорошо, но не хочу с долгами в зиму уходить.

– Похвально, – улыбнулась хозяйка болота.

Она устроилась на своем троне-коряге, готовая обсуждать мои долги.

– Что ты хочешь? – спросила я прямо.

– Ты знаешь.

Лицо Болотницы стало серьезным, с него слетела вся игривость, глаза потемнели и затуманились так, что стали почти черными. По моей спине побежали мурашки, предчувствуя нехорошее.

– Ты просишь слишком многого.

В этот момент я достала из кармана голубой благоухающий платок и повязала его себе на шею.

– Ты мне тут платками не размахивай, тоже мне, высокоморальная особа! – взорвалась хозяйка болота. – Я тут в своем праве, у нас договор был, если ты забыла, так что попридержи коней и нотации не тебе мне читать! Это была не местная баба и, если бы она со своим мужиком в лесу не поругалась, домой бы ушла жива-невредима. А за две жизни, что на твоей совести лежат, это цена вполне равноценна. Когда ты меня Васюганским болотником пугала, не скрою, струхнула я, а потом подумала, а что тут такого? Вот поезжай к нему и договорись о моем возвращении в Сестрорецк.

– Я смотрю, платочек-то вас сильно задел. Недосмотрели ваши подчиненные, – заулыбалась я. – Я платочек у себя оставлю, на всякий случай, вдруг вы меня следственному комитету сольете, я же не знаю, какие у вас с ними отношения. А про свои долги поняла, буду всеми силами стараться вам их отдать.

– Вот и постарайся, а я пока тела ведьмы и недоумка этого получше законсервирую, а то, не дай бог, предъявлять придется.

– К какому делу, хозяюшка, владелицу платочка приставили?

– А тебе не все ли равно? Или ты ее как Галку отобрать у меня хочешь? Очки себе заработать стараешься? Как она, кстати?

– Хорошо. Привет вам передает. В работе вся, в делах. Карна ею очень довольна.

– Карна. Что б ей пусто было! – обозлилась Болотница. – И смотри, ведьма, с плохими вестями здесь лучше не показывайся, добром это для тебя не закончится. Поняла?

– Да ты не лютуй так, подруга. Переговорю я с начальником твоим, без обмана, только уж и ты слово свое держи, Луна у нас с тобой в свидетелях будет.

Спорить со мной хозяйка болота не стала, видимо, посчитала это выше своего достоинства, а ушла к себе на дно, в свое болотное царство. Интересно, как у нее там все устроено?

Тут из-за пня появилась плешивая голова Анчутки.

– Ну что, может, домой пойдем? – спросил он осторожно.

– Пойдем. Делать тут больше нечего.

К вечеру мы были в деревне.

– Анчутка, поедешь со мной в город?

– Я уж решил, что ты передумала – все не зовешь меня, – заулыбался он.

– Как я про тебя забуду? Ближе тебя у меня никого нет.

От такого комплимента Анчутка довольно зажмурил глаза и заулыбался.

– Так я пойду вещи соберу?

– Давай. Поедем завтра, а я пока к Леркиной бабушке схожу, подарки ей от внучки передам, да и Валек меня видел, скажут, была, да не зашла – не красиво.

На том и порешили. Надежда Ильинична весь вечер расспрашивала меня о Леркиной свадьбе. Особенно, конечно, ее жених интересовал.

– Да вы не переживайте так, Надежда Ильинична, нормальный он парень, ответственный и Лерку любит, сразу видно. Все у них будет хорошо.

– Хороший, говоришь?

– Хороший.

– Ой, в гости их что ли позвать?

– Конечно позовите. Нам ведь с вами еще их детей крестить, не католиками им же становиться. Как вы думаете?

– А, вдруг, он против будет?

– Против вашего обаяния не устоит.

Столько чая, сколько за этот вечер я еще ни разу не пила, думала, лопну.

Утром Анчутка начал стаскивать свое добро в багажник машины, куча получилась вполне приличная.

– Тебе точно все это нужно? – с сомнением в глазах спросила я.

– Конечно, – ничуть не смутившись ответил он.

Пришлось помогать ему все это утрамбовывать.

– Ничего не забыл?

Он осмотрелся вокруг печальным взглядом, сказав, что вроде бы все взял и полез в салон.

– Ты чего какой грустный?

– Я еще ни разу никуда не уезжал, боязно как-то.

Я потрепала его по голове, решив приободрить его конфетой, завалявшейся у меня в кармане. Глаза его блеснули радостным огнем, и конфета тут же была отправлена за щеку. Настроение его немного улучшилось, и мы поехали. По дороге Анчутка во все глаза обозревал окрестности, периодически уточняя различные детали. Когда мы въехали в центр города, он заметно занервничал.

– Что случилось? – спросила я.

– А мы не потеряемся тут?

Мне стало смешно от этой детской наивности, и я постаралась его успокоить, сказав, что все будет в порядке.

Дом ему, несмотря на современную обстановку, очень понравился, особенно наличие водопровода. Он с интересом открывал и закрывал кран, удивляясь, что на колодец ходить не нужно и вода из одного крана сразу горячая идет. Еще мне пришлось выделить ему целую кладовку на первом этаже под его скарб, потребовав от него, чтобы эти вещи он хранил в одном месте и не растаскивал по углам. Он только согласно кивнул и занялся сортировкой своего имущества. К ночи, удовлетворившись результатом своего труда, он закрыл кладовку на ключ, а его повесил на шею.

– Ты может, помоешься? – предложила я ему, – смотри какой ты грязный.

– В ванной? – уточнил он.

– А где ж еще? – удивилась я.

Анчутка с готовностью согласился. Я набрала ему воды и даже предложила пену для ванны, он был в восторге и целый час взбивал пену своими худыми ручонками, пуская мыльные пузыри. Наплескавшись вдоволь, он вытерся пушистым полотенцем и с важностью прошествовал на кухню пить чай.

– Хорошо у тебя тут, – довольно заметил он.

– Ты особо не расслабляйся, завтра вылетаем в Томск, билеты я уже купила.

– А где это – Томск?

– Далеко. К Васюганцу поедем.

Анчутка как-то заметно сник, но спорить не стал, зная, что это бесполезно. Он тихонечко сполз со стула и скрылся у себя в каморке, зачем – не знаю. Спустя примерно полчаса он вышел оттуда со скромным узелком.

– Что это? – поинтересовалась я.

– Здесь самое необходимое, без чего на болота лучше не ходить, – со знанием дела ответил Анчутка.

Я только брови от удивления подняла, но не стала спорить, вдруг на самом деле он прав.

– А ты знаешь, как Васюганца-то найти? – на всякий случай поинтересовался он.

– На месте разберемся как-нибудь, – неопределенно ответила я.

– Фьють, – присвистнул Анчутка. – Надо к Карлуше обратиться, он нам провожатого найдет.

Я только удивилась сообразительности своего компаньона и, естественно, согласилась. Анчутка набрал горсть пшена и открыл окно, к нему тут же слетелись голуби, он с ними о чем-то пошептался и одна из птиц тут же взметнула в воздух и куда-то упорхнула.

– Ну все, теперь только ждать, – сказал он, закрывая окно.

Спустя пару часов на подоконнике показался знакомый птичий силуэт – Карлуша. Я поторопилась открыть окно и впустить птицу в дом, но он остался на подоконнике. Анчутка пошептался с ним, и тот улетел.

– Вот теперь порядок, – удовлетворенно заметил он, – а то сгинем в этих болотах на радость нашей подруги из Ягодного.

– Сейчас не в ее интересах наша смерть, она скорее нам помогла бы, если бы знала, как. Дни будет считать до нашего возвращения.

Глава 2

Перелет прошел штатно и в аэропорту Томска меня встречал представитель турфирмы, через которую я заказала экскурсию под названием «Болотные врата». У них на сайте был красочно расписан маршрут в интересующее меня место, и так удачно все сложилось – им как раз не хватало одного человека до полной комплектации, так как в этом году это была последняя поездка, как-никак начало октября, даже небольшую скидку сделали, чтоб я не передумала.

– Здравствуйте, я Сандра, – обратилась я к молодому человеку с табличкой, на которой красовалось мое имя.

– А я Марат, – с улыбкой сказал парень, и подхватив мой рюкзак пошел на парковку.

Он ловко закинул вещи в багажник джипа, и мы покатили к месту сбора.

– Как долетели?

– Нормально.

– Давно болотами интересуетесь?

– С лета.

– Где-то побывали уже?

– Можно на ты. Только у себя в Ягодном. Так моя деревня называется.

– А чем знаменито твое болото?

– Мифами.

– Здорово. Расскажешь?

– Говорят, что у нашего болота есть Хозяйка, которую отправили к нам в ссылку и силу отобрали, так она, чтобы силу себе вернуть, заманивает к себе молодых девушек и топит.

– И многих уже утопила? – смеясь поинтересовался Марат.

– Да под сотню уже. Старожилы утверждают, что даже видели ее. Говорят, красивая.

– У Васюганских болот тоже Хозяин есть, но его пока никто не видел.

– Может я увижу?

– Может, – подмигнул мне Марат.

Ехали мы долго, место сбора было в селе Бакчар, там был старт нашего путешествия по болотам Западной Сибири. Вся компания уже была в сборе, она состояла из двух девушек и пятерых парней. Девушки сразу окинули меня критичным взором, и одной из них я явно не понравилась, той, что постарше. Она представилась Региной и была тут, по-видимому, на правах хозяйки.