Дизайн обложки Екатерины Петровой

Комикс от Lera 2x2

© Хоуп А., текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

* * *

Посвящение

Посвящается всем тем, кто пересматривает ромкомы 2000-х и верит, что одна нелепая случайность может изменить все. Не бойтесь сделать «шаг вперед», не выдумывайте, «как отделаться от парня за десять дней», и ни за что на свете не отказывайтесь от «отпуска по обмену». Настоящая любовь приходит тогда, когда совсем ее не ждешь.

Глава 1. Лу

Taylor Swift – Shake it Off

Март. Середина полугодия.

Если бы я была Беллой Свон, то дальше бы я сказала: «Супер!»^[1]

Но я не она.

Меня зовут Лукреция Руссо, и я флайер^[2] самой титулованной команды по чирлидингу нашей страны – «Ягуары» Университета штата Юта.

И это не американский фильм «Сумерки», а моя жизнь, в которой, в отличие от популярного фильма, все далеко не супер.

Конечно, в этом есть и свои плюсы.

Например: меня не хотят съесть древние вампиры, а рядом не ошиваются какие-то псы.

И тем не менее не все так радужно, как мне бы хотелось.

До отборочных на чемпионат страны осталась пара месяцев, а двое наших флайеров травмированы, несколько ребят из команды, с которыми мы победили на прошлом чемпионате, выпустились еще в том году, а новых отобрать мы так и не смогли, потому что большая часть спортсменов университета считает, что парню не место в чирлидинге.

Если бы эти глупые регбисты-качки хоть разок попробовали сделать высокий выброс^[3], то сразу же засунули бы свои языки себе глубоко в задницы.

Хотя чему я удивляюсь. Мы же говорим о регбистах. Сомневаюсь, что слова «мозг» и «регбист» вообще могут сосуществовать хоть где-нибудь на просторах необъятной вселенной.

То ли дело этот накачанный красавчик передо мной. Его зовут Вуди Томас, и он мой парень. Он умен, силен и чертовски хорош собой. И то, что Вуди чирлидер, только добавляет ему сексуальности.

Прикусываю губу, по достоинству оценивая то, что вижу перед собой. Тонкая ткань фиолетовой тренировочной футболки облегает груду его мышц, а черные спортивные штаны идеально сидят на упругой заднице. Не блестящей, конечно, как у Эдварда Каллена, но тоже неплохо.

Заметив мой взгляд, Вуди слегка наклоняет голову и широко улыбается той самой улыбкой, от которой внизу живота разливается жар.

– Моцарелка, что зависла? Ты готова? – доносится до моего сознания голос Вуди.

Сразу же забываю о тех эмоциях, которые буквально секунду назад охватили каждую клеточку моей кожи, и мысленно считаю до десяти, чтобы утихомирить свою злость и не прикончить Вуди.

Ладно, я немного слукавила. У владельца этой накачанной задницы все же есть минусы. Например, все, кроме этой самой задницы.

Шутка.

Или нет…

Просто я ненавижу, когда он называет меня так. Или любым другим итальянским словом. Я понимаю, что он так пытается сделать отсылку к моим корням, но… Моцарелка? Пеперонька? Тирамисушка?

Господь Всемогущий, что это за ерунда?

– Готова, – киваю ему, процедив сквозь зубы.

– Пять, шесть, семь, восемь… – начинает счет Нора, наш тренер.

Я делаю короткий выдох, поднимаюсь на носочки, немного сгибаю колени и толкаюсь вверх, пока Вуди крепко держит меня за талию.

На мне форма нашей команды: фиолетовый гимнастический топ с эмблемой ягуара и черные тайтсы. Волосы я убрала в высокий хвост и заколола блестящим бантом. Я чувствую себя настоящей богиней, но дело вовсе не в одежде, а в том, что я предвкушаю то, что произойдет дальше. И в этом я определенно хороша.

Выбросы – это не просто элементы для флайера. Это глоток свежего воздуха после долгой задержки дыхания. Оргазм для нимфоманки. Особый вид кайфа, от которого каждую клеточку тела пронзает разряд.

– Ап! – произносит Вуди, и я выпрямляюсь на обеих ногах, которыми упираюсь в ладони базы^[4].

Мы демонстрируем студентам самый простой стант^[5] в чирлидинге, который может сделать даже ребенок.

Ну, так мне казалось раньше.

Теперь же я должна признать, что заблуждалась, иначе бы мы давно набрали команду. И этот вердикт чертовски меня раздражает.

Сегодня у нас кастинг. Очередной. Примерно десятый за последние полгода. И я практически уверена, что этот кастинг, как и все предыдущие, закончится ничем.

А вся проблема в том, что чирлидинг не воспринимают именно как вид спорта. Для всех присутствующих здесь девиц кастинг в группу поддержки – лишь очередной способ продемонстрировать регбистам свои выглядывающие из-под коротких юбок задницы.

И меня дико раздражает, что, несмотря на то что пять лет назад чирлидинг получил полное признание Международного олимпийского комитета, все вокруг до сих пор думают, что быть чирлидером – это легко и просто. По мнению большинства студентов нашего университета, мы просто выходим на поле, трясем упругой задницей и широко улыбаемся своими белоснежными зубами. И на этом все.

Но ведь никто не говорит, что хоккеисты просто по льду катаются да клюшкой машут в разные стороны. Так почему труд чирлидеров настолько недооценен? Можно нам хоть каплю уважения? Мы, конечно, не ходим беззубые, как хоккеисты, но травмы в чирлидинге – такое же плевое дело.

Любой спорт в принципе – это про опасность, невероятный труд и изнурительные тренировки. Чирлидинг такой же серьезный вид спорта, как хоккей, футбол или бейсбол. И мы ежедневно тренируемся вовсе не для того, чтобы продемонстрировать задницу этим тупоголовым регбистам.

– Сход, – командует Вуди и, слегка подбросив меня вверх, ловит за талию, опуская ногами на пол.

Точно. У нас же кастинг в самом разгаре. Из-за злости я совершенно отвлеклась.

– Малышки, всем понятно, что нужно делать? – вдруг интересуется у девчонок мой парень.

Меж моих бровей появляется складка.

Малышки? Ему жить надоело?

Длинноногая блондинка, накручивающая локон белых волос на палец, быстро кивает, а затем подходит к Вуди и голосом тигрицы интересуется:

– А меня тоже ты ловить будешь?

Скептически смотрю на девушку, которой никогда не видать места в составе «Ягуаров», и едва сдерживаюсь, чтобы не съязвить.

– Стейси, шевели своими длинными ножками! – кричит ей тренер, вызывая у меня еще больше раздражения, ведь мой рост приблизительно равен длине ног этой «малышки». – Лу, подойдешь к нам для станта?

Киваю и отхожу от Вуди, чтобы помочь с отбором парней, но напоследок успеваю прошипеть ему на ухо:

– Еще раз услышу про малышек, ты – труп.

Вуди лишь ухмыляется и хлопает меня по заднице.

Мысленно отрезаю ему ладони лазерами, поскольку тысячу раз просила его не распускать руки в публичных местах, а затем иду следом за тренером.

Прямо передо мной, на синем тренировочном покрытии спортзала, оказываются три первокурсника, которые не прошли отбор к регбистам. И с моих губ срывается короткий вздох, когда я понимаю, что вряд ли хоть один из них попадет и в нашу команду.

Вопреки глупым стереотипам, парень в чирлидинге должен быть невероятно сильным. Делать выбросы партнерши, вес которой около сорока пяти килограммов, на высоту своего роста, а то и выше, – не так уж и просто. А парни, стоящие напротив, явно не слышали о силовых тренировках.

И это грустно.

Но, должна заметить, это все еще лучше, чем постоянно хотеть съесть людей, как Джаспер в «Сумерках».

Просто это мой последний год в университете Юты. Впереди магистратура, но я не уверена, что мне удастся поступить. Поэтому мне бы хотелось красиво завершить этот сезон. Вдруг на этом все закончится?

Жаль, конечно, что в этом году в дисциплине «партнерский стант» от нашей команды будем заявлены только мы с Вуди. Но я должна просто принять это и не терять бдительности перед чемпионатом, ведь мы трехкратные чемпионы штата и просто не можем подвести «Ягуаров».

Мы встали в пару сразу же, как я переехала в штат Юта из небольшого городка Монтепульчано, что в итальянской Тоскане, вместе с другими студентами Университета физической культуры и спорта Пизы по обмену. Мне так понравилось в Солт-Лейк-Сити, что я решила перевестись сюда окончательно, получив спортивную стипендию и прочно обосновавшись в местной команде по чирлидингу.

В Италии чирлидинг стал популярен относительно недавно, и мне не довелось с ним познакомиться, когда я жила там, но зато на протяжении пятнадцати лет я занималась акробатикой и даже подумывала стать воздушной гимнасткой. Но, оказавшись здесь, я влюбилась. Сначала в чирлидинг, а затем и в Вуди, который всегда был рядом.

– Лукреция, ты на какой планете летаешь? – доносится до меня голос нашего второго тренера – мистера Брюзги.

На Асгарде^[6] вместе с сексуальным Локи^[7]. Спасибо, что спросили, тренер Мур.

Игнорирую вопрос этого кретина и подхожу к парням, которые стоят рядом с другим флайером и по совместительству моей лучшей подругой Эли, чтобы подробно объяснить, что необходимо будет сделать.

Итан Мур, тот самый мистер Брюзга, или просто Дылда, наш второй тренер, недовольно смотрит на меня, но и его взгляд я тоже игнорирую. Я встаю перед базой, а он – позади, чтобы подстраховать флайера на случай падения.

– Пять, шесть, семь, восемь… – отсчитываю я.

Схватив парней за плечи, Эли опирается правой ногой на их руки, сцепленные в замок, а затем выталкивается наверх и встает в положение либерти^[8], сразу же выпрямляя и корпус, и ногу.

На удивление, новичкам даже удается обхватить обеими ладонями ее стопу и удержать наверху. Может быть, все не так уж и плохо.

Но едва я успеваю об этом подумать, как Элис летит вниз.

Стискиваю зубы от негодования, пока дылда Итан ловит мою подругу и сразу же опускает ногами на покрытие.

Фантастика.

Белла, а есть прогнозы, когда все будет супер?

– На сегодня хватит! – рявкает мистер Брюзга перепуганным ребятам, чем удивляет меня, учитывая, что обычно он сохраняет абсолютное спокойствие, как самая настоящая сентябрьская дева.

Видимо, у мистера Совершенство все же бывают плохие дни. И вот это точно супер.

Так ему и надо.

Итан Мур – высокомерный, грубый и просто отвратительный человек. Он сын нашего тренера Норы, бывший игрок в регби, а ныне второй тренер сборной по чирлидингу. После того как год назад он повредил переднюю крестообразную связку, ему пришлось помахать ручкой мечтам о будущем в профессиональном спорте, поэтому сейчас он доучивается в магистратуре нашего университета, имея спортивную стипендию, которая, собственно, и вынуждает его тренировать нас. А дальше он уходит в свободное плавание.

Ну, надеюсь на это.

Точной информации у меня нет.

Я лучше умру, подавившись кусочком кантуччи, нежели по собственной воле решу поинтересоваться, какие у него планы на дальнейшую жизнь, ведь Итан – самый раздражающий человек в метагалактике. Эдакий Ворчун из сказки про Белоснежку. Вот только Ворчун был очень храбрым и умным, раз за разом доказывал всем, что он лидер, а Итан просто урод, который буквально каждую секунду чем-то недоволен.