3. Бульдог-убийца

Мы продолжали ехать на восток.

– В Танресе очень красиво, живописно. Несмотря на ноябрь, мрачный месяц, там довольно весёленько, – Элджи старалась говорить беззаботным тоном, чтобы меня отвлечь от переживаний. И ей это удалось, когда она меня заинтересовала: – Тебе должны понравиться наши коллеги из Танреса.

– Ах да, филиал ТДВГ в Танресе и коллеги. Можешь немного рассказать о них?

– Их там немного, где-то человек пятнадцать. Предводительствует ими несравненная Мори Килло, агент-легенда, невероятно харизматичная дама, которую очень любит Аманда. Мори находится в формальном подчинении у Аманды, но иногда бывает и так, что Аманда её слушается. Ещё там работает наш несравненный судмедэксперт-патологоанатом Поль Парус. Он умеет всё в медицине, причём не только в патологоанатомической: вылечить гастрит, вправить перелом, принять роды. Мне кажется, что воскресить мёртвого он тоже умеет, – хихикнула Элджи. – В основном с ними тебе и придётся общаться, но редко, только по необходимости. Поэтому сначала заедем в штаб, познакомимся, заодно ты узнаешь, где этот штаб находится. Остальные агенты филиала в Танресе – люди, завербованные во всякие общества, кружки и кучки этих богатеев. Мощная паучья сеть, осьминожьи щупальца. С этими агентами под прикрытием миллионеров и их друзей я и буду работать, вести свою линию расследования. Наверняка к нашему приезду они много чего нарыли, и мы поймаем этого убийцу с собачкой-бульдогом уже сегодня-завтра!

Элджи снова искрила заразительным оптимизмом. Её рассказ о коллегах заинтересовал меня тем, что коллег-агентов в родном Укосмо я успела хорошо узнать за 2,5 года, а коллег из других городов и как там построена работа ТДВГ, не знала практически совсем. За редким исключением: лишь несколько раз мне довелось участвовать в расследовании вне своего города и знакомиться с местными коллегами-оперативниками.

Элджи выискивала, как объехать пробку, а я думала про состав преступления. Высказала мысль:

– Удивительно, что убийства совершает бульдог. Собака небольшая, и по идее добрая. Бульдогов часто заводят пенсионеры. Эти собаки – друзья детей.

– Смотря кто и как воспитывает собаку. Собаки, к сожалению или к счастью поддаются дрессировке. Из них можно лепить всё, что хочешь. Достаточная твёрдость плюс солидарность и своевременное поощрение – и собака принадлежит тебе душой и телом. Любая собака, любой породы. Есть миф, что какие-то породы вообще невозможно дрессировать. Но собаки для того и были созданы и выведены, чтобы их дрессировать. Что касается бульдогов, эта порода выводилась для участия в боях тореадоров и быков. Собак натравливали на быков, чтобы раззадорить их перед корридой. Нижняя челюсть бульдога так устроена, что крепко впиявливается в плоть жертвы, и сама собака может держать жертву сколько угодно, продолжая дышать.

– Надо же, какие кровожадные псы… – выдохнула я.

– Мне искренне жаль собаку, вернее тот факт, что такое преданнейшее, бескорыстное и благородное существо какой-то гадёныш использует в низменных целях, – высказала Элджи.

– Расскажи, как ты была кинологом, – попросила я.

– О, я училась на кинолога года три назад. Проходила практику в питомнике. Я натренировала двух собак за свою карьеру, и оба раза это были лайки, – Элджи мечтательно улыбнулась, погружаясь в воспоминания. – Это было хобби. Я и не знала, что мой опыт пригодится! Я пошла учиться на кинолога, потому что очень любила собак, в детстве у меня была мечта завести собаку, но было нельзя из-за родителей. Они ненавидели собак, у них была аллергия. Я до сих пор не понимаю, как можно не любить собак. Ты любишь собак, Клот?

– Я очень люблю собак, – честно призналась я. – Гораздо больше, чем кошек. В детстве тоже хотела собаку, но родители не поняли и не приняли. Они часто на работе, решили, что я не справлюсь, не хватит взрослости, ответственности, что собака была бы для меня как игрушка. Вместо собаки они мне подарили телескоп. Может, это и к лучшему – если бы у меня была собака, за которую я несу ответственность, я вряд ли бы смогла отлучаться на спецзадания!

– Или отлучалась бы вместе с собакой, – подмигнула Элджи. – Когда что-то или кого-то любишь, одно другому не мешает. Здорово, что ты любишь собак, я и не знала. То-то я и смотрю, что ты как знаток заметила про добродушный нрав бульдога.

– У меня есть книга про разные породы собак, и она одна из моих любимых. Я иногда перечитываю её, – скромно призналась я.

– Ха! Возможно, то, что ты запомнила из этой книги, тоже может тебе пригодиться в этом деле! Но надеюсь, что нет. Мне будет очень страшно и жутко, если опасения Лонды сбудутся и тебе предстоит сцепиться с этим монстром. Но я думаю, что не придётся. У убийцы не будет резона нападать на племянников Эрнеста в его отсутствие, да ещё и тех, которые живут в совсем другом доме. Да ещё и под присмотром няни!

Мы давно уже ехали по пригороду. Оставшееся до Танреса время прошло незаметно. Мы с Элджи здорово поговорили – и про собак, и про её работу скульптором. Элджи рассказывала весёлые байки, от которых становилось легко и солнечно на душе. Один раз останавливались на заправке, выпили по кофе. А часа через полтора после заправки въехали в район Танрес.

Здесь местность была не то чтобы дикая, но относительно безлюдной. Преобладали холмы, покрытые жухлой осенней травой. Леса, болота и открытые луга тоже попадались часто. Мелкие деревушки и дачи, но они уже необитаемы: сезон закончился. Небо начинало заволакиваться тучами. Было по-прежнему серым. Не депрессивным и унылым, нет! Серым – в смысле себе на уме, как и во всём ноябре.

На шоссе, кроме нас, тоже практически никого. Стрелки часов приближались к десяти утра.

– Заброшенный край, – сказала я.

– Да. Именно в таких краях и происходят всякие странные вещи, – заключила Элджи.

Край напомнил атмосферу романтических классических детективов. Мрачная осень, дождь, дальняя дорога туда, где совершилось ужасное преступление. Наша поездка грустная, по сути: мы едем в место, где побывала смерть в виде добродушной небольшой коренастой собаки с приплюснутой мордой и унесла пять жизней. Пять богатых людей, каждый из них наверняка имел планы и цели, жизни оборвались внезапно. Я тоже загрустила, мне стало жаль этих абсолютно чужих для меня людей – будто они были моими родственниками, а не богачами, с которыми у меня не может быть ничего общего.

И вот вдали показались очертания городка Танрес. Въезжали мы туда по главной центральной улице.

– Представляю твоему вниманию посёлок городского типа, Танрес. Танрес, представляю твоему вниманию Клот Итчи, агент ноль-ноль-один, по прозвищу Сорвиголова, – весело разговаривала с видами за окном Элджи.

– Симпатичные домики, – проговорила я, с удивлением понимания, что словно попала в другую страну.

Провинция и сильно удалённые от мегаполиса городки должны быть не такими в моём представлении! Уже здесь чувствовался тот самый гламур и лоск, которого я так опасалась, вернее, опасалась того, насколько мне будет в нём комфортно. Стерильно вычищенные улицы, омытые застывшей дождевой влагой в воздухе дома, снующие по своим делам люди в хороших костюмах и пальто и блестящие лакированные машинки люксовых марок. Я словно попала в декорации фильма, только теперь не детектива, а этакого молодёжного сериала в стиле "Богатые тоже плачут".

– Да, здесь есть где разгуляться, – проворковала Элджи. На её лице улыбка так и не исчезала. – Мне нравится сюда приезжать. Это бывает не часто, раз в год или даже раз в два года, и каждый раз мне приятно здесь. Наверное, всему "виной" общение с коллегами. В нашем филиале в Танресе, как и в Укосмо, мы все одна большая семья. Жаль, что сегодня мы сюда приехали по не очень счастливому поводу. В те разы мы расследовали некоторые аномальные явления, было повеселее.

Каждый домик здесь был на одну семью, коттеджем или кондоминиумом на несколько семей. Все эти коттеджи и особнячки непременно аккуратненькие, с ухоженными газонами, пусть и из не зелёной уже травы, подметёнными листьями, подстриженными деревьями.

– Танрес на самом деле городок условно: тут большая концентрация домиков. Чем дальше от центра – тем меньше плотность населения и плотность домика на один квадратный километр. Нам кстати нужно проехать практически через весь город, – пояснила Элджи.

Вскоре я убедилась в правдивости её слов. Домов становилось меньше, появлялись леса, холмы, многие дома виднелись за этими холмами и лесами. Где-то тянулись сплошные монолитные и каменные заборы: люди любят уединение и не любят, чтобы им кто-то мешал.

4. Танресский филиал ТДВГ

Совсем неожиданно мы припарковались возле небольшого особнячка.

– Приехали! – торжественно проговорила моя спутница. – Это База ТДВГ в Танресе.

База совсем не походила на Базу. Маленький домик о двух этажах, правда, красивый, с вычурными декоративными элементами, с ухоженным садиком и лужайкой.

– А вы тут хорошо законспирировались, не бросаетесь в глаза, – улыбнулась я.

– Да, мы такие, – хихикнула Элджи. – Запоминай: улица Булочников. Дом Мирты Доридан тоже находится по этой улице, километра три с половиной вниз, – она указала направление. – Мы туда поедем, когда здесь хорошенько отдохнём. У нас больше часа в запасе!

Рассмотрев Базу Танреса, мы вышли из машины. Моросил дождь, но мы не обращали на него внимание: дело прежде всего. Это обывателю дождь в ноябре может показаться заурядным и негативным явлением, поводом завести беседу ни о чём, мол какая ужасная погода. Для секретных агентов нет ничего лучше дождя. Во-первых, под шум дождя легче думается. Во-вторых, дождь смывает все следы, в том числе кровь. В-третьих, дождь – он как ночь: меньше народу на улицах, тем же обывателям не хочется выказывать свой нос за порог, а это значит, что секретным агентам можно вдосталь проворачивать свои тёмные делишки. Да-да, тёмные – прямо как вот это небо.

А совсем скоро – зима, дождь сменится снегом. Удивительно, что снег не выпал до сих пор: поздняя, значит, зима в этом году.

Внутри База представляла очаровательное зрелище: многокомнатный и уютный дом. Обитые деревом и вагонкой стены, треск поленьев из камина в главной комнате, куда меня повела Элджи знакомить с главной начальницей филиала ТДВГ в Танресе. Когда мы вошли, она нас уже ждала. Эта высокая женщина с фигурой спортсменки, рыжеватыми волосами до плеч и открытым улыбчивым лицом сразу очаровала меня. Деловитая, подтянутая, она напоминала спринтера перед стартом. А её лицо искрилось неиссякаемым жизнелюбием и оптимизмом. Этим, кстати, она напомнила Элджи.

Элджи без комплексов метнулась к ней обниматься.

– Мори!

– Элджи! Как я рада тебя видеть! – руководительница Базы в Танресе обладала низким, приятным грудным голосом. Я почему-то представила её выступающей на сцене, в опере, и то, как зрители падают в обморок от восторга.

Да, эту женщину на громадном расстоянии окружал флёр искренней харизмы. Она не совсем молодая, но и далеко не пожилая: лет за тридцать или сорок с небольшим.

– О, ты привезла сильное подкрепление! – Мори, выпустив Элджи из объятий, переключила всё своё живейшее внимание на меня.

Она подскочила ко мне и особенно тепло пожала мне руку, я представилась, хотя мне на тот момент показалось, что мы с ней знакомы давно.

– Мори Килло, боевое прозвище Агент Два-Девять! – радостно представилась она. – Я тебя знаю, Клот Итчи, по прозвищу Сорвиголова. Заочно знаю. Читала отчёты о Делах с твоим участием, и невероятно горжусь, что мы коллеги!

– Серьёзно? – удивилась и засмущалась я. – Отчёты о каких моих Делах?

– Не волнуйся, компромат на тебя агент Огневица не стала подсовывать, всё чинно-благородно, – засмеялась Мори.

Огневица – это боевое прозвище Аманды. Элджи успела намекнуть, что Аманда и Мори плотно общаются и хорошие подруги. Мори же напомнила мне о моих "заслугах", которые я не считаю своими, поскольку то была коллективная работа:

– Запомнился отчёт по делу об экспрессе "Блистающий", который ты проворачивала на пару с Элджи-Пятницей! Вы молодцы с ней, два сапога пара! Что ж, дело, которое тебе предстоит тут выполнить, не такое громкое – всего лишь посидеть пару дней с чужими детьми. Дети и сами могли бы управиться, не младенцы. Но раз обещала Лонда Мирте, что присмотрит за парочкой сорванцов – обещание есть обещание. Агент сказал – агент сделал!

Мори оказалась не на шутку болтливой. Или общительной: "болтливых" агентов ТДВГ не существует в природе в принципе. Если бы существовали – ТДВГ бы давным давно тоже перестала существовать. Весёлая, шумная, заводная – вот как бы я охарактеризовала свою новую знакомую-коллегу. Но и это веселье, которое можно принять за непосредственность, отдавало изрядной долей шарма и харизмы. Так подшучивать, прикалываться, включать ребёнка или клоунессу может только очень уверенный в себе человек.

– Станет скучно – заглядывай! Если буду на месте – с радостью пообщаемся. Нам, конечно, всем работать надо, но если вдруг управимся раньше, перевыполним план – душевно посидим! У меня есть чай с мятой, пойдём, заварю. Ах, какая я растяпа, вы ведь добирались сюда больше пяти часов, мне надо было сразу предложить!

Потом мы пили чай в уютнейшей столовой с настоящими медвежьими шкурами на полу и висящими рогами и чучелами животных. Мори расспрашивала Элджи о делах в Укосмо. Элджи принялась расспрашивать про текущие дела в Танресе. Тут, видимо, разговор не совсем предназначался для моих ушей: Мори предложила мне осмотреть Базу, другие комнаты и отдохнуть в одной из них. Я понимала коллег: у них своя часть расследования, куда посвящать меня не имело смысла. Ведь моя миссия ограничена тем, чтобы просто сидеть с детьми.