Сергей
Втроём с Борисом и Антоном мы поднимались через сосновый лес, прикрытые на время нашими двойниками из будущего. Это им сейчас приходилось спасаться, именно за ними велась охота, а о нас противник даже не догадывался. Поэтому нас посетило чувство безопасности. Земля под ногами сухая. После дождливой недели тропки за несколько безоблачных дней просохли до каменного состояния. Антон идёт впереди и не оглядывался. Борис за мной старается не отставать. Похоже, ему стала ближе наша с Антоном вера в переход. Идёт молчит, что для Бориса неестественно. И первым он услышал гул. Я о чём-то спросил Антона и тот мне что-то ответил. А Боря рявкнул:
– Воздух!
Как по такой команде надо реагировать не знаю, то ли падать и закрывать голову руками, то ли искать укрытие под ветками деревьев. Стал прислушиваться и оглядывать небо. Коптер прошёл за кронами сосен не замеченным, по звуку летел в направлении от города.
Мысль о попытке перехвата продолжала беспокоить. Кто они, эти люди? Чего хотят? Но мои попутчики молчат. Когда прошли ещё метров сто, я остановил Антона:
– Стой, поговорим!
Под близкой берёзкой я начал:
– Давайте не будем молчать!
Оба ожидали чего-то иного, это вызвало лёгкий шок. И я продолжил:
– Только не надо рассказывать, что не думали об этом. На нас, как на зверей ооткрыли охоту в день, когда завершился первый этап и мы должны выдать Александру Михайловичу результат!
– Результата ещё нет! – тут же вставил Борис.
– Не понял! – меня возмутило такое заявление. Он собирался сегодня выдать отчёт Сергееву. Это с его же слов.
– Рано говорить о каком-то результате…
Мы с Антоном переглянулись. Похоже, Бориса сегодняшние события окончательно выбили из привычной колеи и он стал догадываться о своей неправоте.
– Тем не менее… – я стал возвращать обсуждение к своей колее. – Кто их на нас натравил? Кто они такие? И почему сегодня?..
– У тебя какой-то ответ? – выдал догадливый Антон.
– Я хочу понять: какие причины вызвали агрессию? – мне действительно не хватало понятия откуда у нас враги.
– Агрессии не было! – безапелляционно заявил Борис.
Мне кажется он тогда не разобрал, почему я крикнул: «По газам!». Сам полусонный сидел на заднем сидении, и только с наших слов уяснил что случилось, когда возвращались обратно в город, уходя от засады.
– Опять ты!.. – косо взглянул на Бориса Антон.
Я постарался утихомирить назревающий конфликт:
– Я теперь тоже так думаю. Нас просто пугали, оружие показали, но ни одного выстрела не было.
– Чего тогда ты кричал? – по инерции возмутился Антон.
Я остановил готового вступить в спор Бориса:
– Погоди! У нас есть в тысячу раз более важная тема: в чём конфликт, из-за чего весь сыр-бор? О том, что в камере месяц назад произошёл интересный процесс, до сего дня знал лишь я…
Друзья смотрели удивлённо.
– Хочешь признаться, что это ты виноват? – удивился Антон.
– Не понял! – включился и Борис. – Какой-такой интересный процесс?
Вчера вечером, когда Антон высаживал меня перед гостиницей, я ему намекнул, что эксперимент с биологическим объектом был и принёс неожиданные результаты, пообещав, что завтра об этом расскажу. Бориса в известность не поставил, у него сразу появились бы вопросы.
Теперь пришлось компенсировать недостаток информации в походных условиях. Стал рассказывать:
– Месяц назад, когда ты, Борис, в кабинете готовил отчёт, а Антон, занимался крылом своего четырёхколёсного друга, у меня было свободное время и я провёл эксперимент с живой материей. То, что гибридное состояние парадоксально влияет на неживую материю мы знаем. И я решил проверить на себе. Подготовил камеру, задал параметры и сунул в фокус кулак…
– Идиот! – с чувством оценил Боря.
Я с ним полностью согласен. Кто меня тогда дёрнул так поступить, самому теперь непонятно. Ребячество было лишь мягкой оценкой такого решения. Магнитное поле с этими параметрами должно было мой кулак, в лучшем случае, разогреть до свечения, в худшем, я этого не исключаю, расщепить до атомов.
– У тебя мозгов не хватает! – покрутил пальцем у виска Борис.
– Покажи руку! – сказал Антон. Он сразу ухватил суть. При утреннем переходе ему досталась левая, не отмеченная звездой рука. – Ого!.. Прямо здесь?
Звезда за месяц побледнела, но точка в центре до сих пор оставалась яркой.
Борис на руку смотрел недовольно. Он мог всё понять ещё тогда, на болоте, когда я протянул ему отмеченную правую ладонь. Но я недооценил теоретика, он глядел дальше.
– Куда мы? Как только противники поймут, что потеряли, будут ловить у посёлка. Нам туда не сунуться!
Антон, опередив мой ответ, возразил:
– У нас телефоны. Охрану предупредим ещё за километр!
– Мне кажется, они и к этому подготовились! – ответил Борис. – Могут глушить связь.
Антон хмыкнул. Мне тоже показалась нереальной настолько мощная подготовка. Но поддерживая статус-кво, выдал независимое среднее.
– По крайней мере, попытаться стоит.
Антон прав, но то, что выложил Борис, тоже могло иметь место. Слишком открыто подставили себя нападавшие, заперев нас вне зоны доступа, рассчитывали на какой-то «план Б».
Те, кто придумал блокаду, безусловно не догадывались о моём, скрытом в рукаве, тузе. Но тем не менее позволили уйти. Даже если бы мы не смогли перейти во времени, то всё равно каким-то путём сумели выйти в район связи. При таких обстоятельствах избежать этого никакая система не сможет! Даже если весь заповедный лес заблокировать, наводнив вражеским контингентом, мы бы пытались выйти трясиной. Заблокировать абсолютно всё нужна армия.
– Идём! Там всё будет ясно. – стоять и говорить можно было до бесконечности.
– Может быть это и было их целью, заставить нас долго топать к посёлку по лесу. – высказал интересную мысль Борис.
– Зачем? – спросил его Антон.
– Пока идём, контролировать их не можем… – ответил Борис.
– Без нас охрана никого не пустит. – снова Антон.
– Это ты про того дедулю?..
– Олег Валерьевич, нюхал порох, служил в Афгане, без боя не сдаст! И там ещё есть кнопка…
Они опять ушли в свои споры. Я, задумавшись, пропустил момент, когда пора вмешаться и теперь стоял с обалделым видом после сказанного Борисом. Действительно, мы теперь без машины и за пять-десять часов пока будем двигаться пешком там может произойти всё что угодно. Быть может сейчас там шёл упорный бой и шансов у нашего охранника даже с кнопкой и пистолетом оставалось всё меньше. Ведь у него в сейфе не склад оружия. А из города полиция и за час не доедет.
Заставив загнать автомобиль в болотные кусты, я надеялся, что смогу перескочить в более ранний утренний час. В шесть-тридцать в посёлок приезжает грузовик со свежим хлебом и стоило в полшестого выйти на трассу, мы легко добрались бы до посёлка на колёсах. Если бы не Борис с его слабым здоровьем и неуравновешенностью…
Да и Антона я зря потащил. Надо было тогда ещё идти одному. Жаль, нет часов. Как там Антон время определял?..
И я наконец вмешался:
– Мы всё неверно делаем! Но я обещаю это исправить. А вы возвращайтесь назад, где оставили автомобиль, выезжайте из болота и в город. Только избегайте сталкиваться с двойниками. А я в лаборатории справлюсь сам!
– Э-э… эй… – это было последнее, что я услыхал от Антона, когда уже сцепил руки перед собой.
Меня снова окатило мощью, оторвало от земли, и я взмыл в замерцавшую дымку. Когда серость развеялась и подошвы оказались на земле, в мире вокруг существенно стемнело. Светлый ствол берёзки остался чуть ли не единственным ориентиром. Борис с Антоном остались где-то в светлом утреннем будущем, сейчас я остался один.
Вытянув руки и стараясь нащупывать ногами неровности почвы, двигался в беспросветной тьме почти наугад. Только через пару минут глаза свыклись и стали различать кое-какие ориентиры пройденного маршрута. Склон, на который мы взбирались, теперь мягко сталкивал меня вниз. Различались стволы сосен, кусты и сухая трава.
Когда вышел на асфальт, стали оживать лесные звуки. Издалека донёсся трубный вой дикого обитателя леса. Насколько рано здесь я появился было неясно. Решил у трассы подождать минут пятнадцать, если хлебный фургон уже проехал, сделаю ещё короткий заброс и оттуда буду ждать уже до конца. Мои часы, не синхронизированные с местным временем, отмечать интервал умели.
Машина из города остановилась перед моей поднятой рукой на девятой минуте. Когда подошёл, незнакомый голос из-за руля что-то сказал. Не разобрав за шумом мотора, я спросил:
– Что?
– Сергей Анатольевич? – спросил водитель громче.
Из-за темноты после ярких фар мы друг друга не видели. Я обескуражено пробормотал:
– Да!
– Садись! – сказал водитель. – Как велено, не беру никого кроме тебя.
– Кто велел? – спросил я, усаживаясь в кабине.
Но он не ответил, отпустил сцепление и прибавил газу. Лицо водителя перекосилось кривой усмешкой.
Для меня запахло чем-то таинственным, всё-таки собирался ехать случайным попутчиком, но оказалось, меня одного брали по какому-то странному велению. И водитель объяснять ничего не стал.
Дорога до посёлка заняла не больше часа. Когда остановились у ворот лабораторного комплекса, я, выйдя, но придерживая открытой дверцу, снова спросил:
– Так кто велел меня забрать?
Водитель хмыкнул:
– Проверь у себя голову! – захлопнул боковую дверь и тронулся.
Когда после звонка ворота открылись, я спросил встречавшего меня охранника:
– Олег Валерьевич, что с моей головой?
Тот оглядел меня и, не улыбнувшись, ответил:
– Вроде на месте! – он был серьёзным человеком.
Лаборатория наша на втором этаже. Я забрал у охранника ключ и по ступенькам поднялся к волшебной обители науки. Света вверху не хватало. Нам обычно это не мешало, добирались сюда почти днём и уезжали засветло. Первый ночной визит внёс сумятицу. Чтобы отыскать дверь, осторожно ступаю по скрипучему полу, отыскивая руками перила и стену с дверью.
Вставляю в замок ключ, открываю, в лаборатории тихо и темно. Закрыл дверь и стал рукой по стене нащупывать выключатель.
– Не включай! – внезапно раздался голос.
От неожиданности руку от стены отдёрнул. Кто это здесь, в закрытом помещении? И требование не включать свет слишком бесцеремонно, в темноте почувствовал мурашки по спине.
– Как это «не включай»? Может мне и не дышать?
– Дыши! – был ответ.
– А ты кто и что здесь делаешь? – это необходимо выяснить прежде всего.
– Дур-рак ты! – с чувством произнёс неизвестный.
В интонации что-то показалось знакомым.
– А свет почему нельзя включить?
– Чтобы никто не догадался что ты не один! – голос собеседника приблизился.
– Но охранник знает что я пришёл. – это не ответ, срабатывала самозащита, предупредил оппонента о возможной помощи.
Неизвестный вздохнул:
– Его убьют через час. Я пытался спасти, пробовал всё, вышло только хуже!
Незнакомец в состоянии предвидеть и… в состоянии перемещаться во времени.
Но только я могу такое, в этом времени никто не знает про звезду на правой ладони, наделяющую властью переигрывать. Об этом могли знать те двое, которых я оставил в утреннем лесу и которые в этом настоящем ещё даже не проснулись.
– Подожди секунду! – ответил незнакомец. И через мгновение ослепительно вспыхнул огонёк зажигалки.
Пламя чуть подсветило окрестности и достаточно ясно его лицо. Язычок пламени в вытянутой руке слепил. Я с удивлением всматривался в привычные черты: нос с горбинкой, выступающие скулы и правую бровь чуть выше левой. Словно в зеркале, в котором отражение переворачивает справа налево. Это такой же я, мой двойник, какого уже видел месяц назад с четвёртого этажа. Кто он?
– Ты кто, точнее, откуда?
– Перестань мучать себя глупыми вопросами. Задай себе главный: что ты со своими знаниями собираешься делать дальше?
– Какими знаниями?
– Неужели ещё не понял? – двойник погасил пламя и нас снова окутала темнота.
Что я должен понимать? Да, беседую с собой, двойником, явившимся из будущего момента времени. Звезда на правой ладони у него тоже есть… Но это ничего не объясняет! Что можно в таких условиях понять?
– Не понял. Объясни!
– Попытаюсь, но времени может не хватить… Помнишь, как мы на вокзале спасали Оксанку? Так вот, через минуту туда вломились эти придурки и никого не нашли, один из них был ошарашен настолько, что попал к школьному психиатру с подозрением на паническое расстройство. Закрутилась карусель расследований. Полицией были допрошены все участники, и установлено наблюдение за дочкой и мной. Оксану неделю назад приглашали в прокуратуру, она всё рассказала.
– Откуда знаешь? Она бы мне сразу позвонила…
– Её убедили не звонить и она не стала. Потом следователи вышли на академика Сергеева и Александр Михайлович был вынужден в общих чертах рассказать, чем здесь занимаемся…
– Чем мы занимаемся?.. – я подкорректировал, сделав хорошее ударение на «мы». И продолжил: – Но Сергеев же не знает о звезде!
– Я говорил с ним. Он знает гораздо больше, чем ты думаешь! Звезда – это просто нюанс.
– А ты выходит, знаешь больше, чем остальные. – мне нужно было поставить двойника на место. Он намекал на мою неосведомлённость.
– Я знаю также мало, как и ты! – успокоил он. – Но о последствиях осведомлён. Поэтому постарайся не перебивать!
Перебить хотелось, я покачал головой, но согласился:
– Ладно!
– Кроме прокуратуры на мальчишку вышли и уголовники, а вот это уже не так ладно.
– Это они будут убивать охранника?
– Безусловно! Я сегодня уже пытался уговорить его скрыться, но он остался и сам решил принять бой. Я сделать ничего уже не смог. В тот раз его, лежащего раненного, расстреляли из автомата. Я это видел, поэтому стал пытаться изменить условия. Убедить ФСБ и полицию не удалось. Я выходил даже на прокурора…
Откровенно перебивая я спросил о другом:
– Кто сегодня нас на дороге ловил в мешок? А водитель хлебовозки тоже преступник?
– Ты только не ругайся, это организовал я! С водителем поговорил вчера, а молодёжь участвует в театрализованном шоу. Я убедил, у нас ролевая игра, квест, всё должно выглядеть натурально.
– Зачем тебе это? Ты с ума сошёл? – я перестал оценивать своего двойника как нормального. Всё, о чём он говорил, попахивало безумием
– Но ведь всё вышло! Ты здесь, остальные приедут, когда всё кончится и здесь будет полиция.
– Остальные приедут завтра. – поправил я двойника.
– Ты их плохо знаешь. Примчат сегодня!
– Да, молодцы! – похвалил заочно друзей, а двойнику попенял: – Одного из тех ролевых игроков мы сегодня сшибли…
– Это зря… – ответил двойник. Меня это волновало мало. Более важным казался вопрос спасения охранника:
– Сейчас нападут, мы с тобой выйдем и что будем делать?
– Мы вместе не можем, я иду один. А ты будешь тихо здесь сидеть и ждать. Это моё дело, Серёжа! Твоя задача вытащить потом всех из этого неприятного дела и спустить всё на тормозах. Я вчера старался убедить академика Сергеева, что с биологическими объектами работа бесперспективна, что это тупиковая ветвь гибридного состояния. И он со мной согласился.
– Сколько же времени вчера ты на это потратил?
Двойник за сутки организовал театрализованное шоу с автомобилями на шоссе и коптером над трассой, ещё уговорил водителя хлебовозки взять по дороге меня, пообщался с ФСБ, полицией и прокуратурой и убедил академика…
– Сколько?.. Думаю, не меньше суток. Потому как приходилось, чтобы срослось, переигрывать много раз.
– Переигрывать?.. – он ещё умудрялся всё повторять. Я покачал головой.
– Ну да, ты ещё не пробовал, но понимаешь, что один и тот же момент может быть переигран несметное количество раз, если только соблюдать определённые правила…
Об этих правилах я узнал в первый же день. Ответил второму:
– Не натыкаться на самого себя!
– Молодец! – засмеялся двойник. – Понимаешь уже что к чему.
Я снова покачал головой. Двойник сам сейчас отступил от этого золотого правила и мы встретились! Зачем это, и к чему такое может привести? И я высказал:
– Но мы встретились и говорим! – это то, что уже не изменить, претензии высказывать глупо. И я сменил тему: – Ты не отдыхал, как будешь воевать? Это я должен…
Но Сергей-второй перебил:
– Что не успел отдохнуть, это только ты один так считаешь. У меня в сутках может быть любое количество часов. От двадцати четырёх и до бесконечности. Я проснулся уже два часа назад, спать больше не хочу. И ты никому не должен, отдыхать теперь твоя очередь. Сколько ты на ногах?..
Я мысленно попробовал подсчитать, но быстро сбился. После парковки на болоте, всё дальнейшее казалось цепью нерасчётных отклонений. Но оценивать время без часов и приблизительного подсчёта, можно было по внутренним ощущениям. Казалось, уже вечер. Не то чтобы проголодался или хотел спать, ноги и спина гудели, требуя отдыха. Так было быть может оттого, что перенапрягся, перетаскивая Бориса с Антоном в сером тумане. Что, вероятно, в мудрые планы двойника не входило. По его мнению я должен был сразу сообразить что нужно, укрыть друзей, в одиночку пройти портал, встретить на том конце хлебовозку и примчаться в лабораторию к половине седьмого, исключая промежуточные мероприятия.
О проекте
О подписке
Другие проекты