Глава 2. Прогулка в Летнем саду

Зимний день выдался ясным, морозным. Солнце сияло в безоблачном небе, а снег под ногами скрипел от стужи. Анастасия, закутанная в соболью шубку, стояла у главного входа в Летний сад и нетерпеливо поглядывала на часы. До назначенного времени оставалось ещё десять минут, но она пришла раньше – волнение не давало ей усидеть дома.

Рядом с ней стояла Марфа Петровна, старая няня, которая служила в семье Романовых уже тридцать лет. Она должна была сопровождать барышню в качестве дуэньи, но в душе роптала на необходимость гулять в такой мороз.

– Барышня, – ворчала она, поправляя платок, – в такую стужу только дома сидеть, у камина. А мы тут на улице мёрзнем.

– Потерпи, Марфа Петровна, – отвечала Анастасия, но сама дрожала от холода и волнения.

В три часа ровно появился граф Дракулов. Одетый в длинную чёрную шубу на беличьем меху, он выглядел элегантно и благородно. Но больше всего поразило Анастасию то, что он совершенно не казался замёрзшим, хотя на улице было не менее двадцати градусов мороза.

– Графиня, – приветствовал он её, снимая шляпу. – Благодарю вас за то, что согласились на эту прогулку.

– Здравствуйте, граф, – ответила она. – Позвольте представить вам Марфу Петровну, мою няню.

Граф вежливо поклонился пожилой женщине, которая в ответ присела в почтительном реверансе.

– Итак, – обратился он к Анастасии, – готовы ли вы к небольшому путешествию в прошлое?

– Путешествию в прошлое? – переспросила она. – Что вы имеете в виду?

– Увидите, – загадочно улыбнулся граф.

Они вошли в сад, который зимой выглядел совсем иначе, чем летом. Аллеи были расчищены от снега, но деревья стояли голые, а мраморные статуи укрыты деревянными футлярами для защиты от мороза.

– Знаете ли вы историю этого места? – спросил граф, когда они шли по главной аллее.

– Конечно, – ответила Анастасия. – Сад был заложен по приказу Петра Великого в 1704 году. Император сам следил за его планировкой.

– Совершенно верно, – кивнул граф. – Но знаете ли вы, что происходило здесь раньше, до основания сада?

– Нет, – призналась она. – А что?

– Здесь была старая усадьба шведского генерала. А ещё раньше – языческое капище древних славян. Место это всегда было особенным, намоленным. Недаром Пётр выбрал именно его для создания своего сада.

Анастасия с удивлением посмотрела на графа.

– Откуда вы знаете такие подробности?

– Я интересуюсь историей, – уклончиво ответил он. – Особенно историей этих мест.

Они дошли до центральной части сада, где стояла ограда, за которой виднелось здание Летнего дворца.

– Скажите, – неожиданно обратился граф к Анастасии, – верите ли вы в судьбу?

– Верю, – не раздумывая, ответила она. – А вы?

– Я прожил достаточно долго, чтобы понять: судьба не просто существует, она имеет свои планы на каждого из нас. Иногда эти планы кажутся жестокими, но у судьбы своя логика.

– Достаточно долго? – переспросила Анастасия. – Но вы же молоды.

Граф остановился и внимательно посмотрел на неё.

– Графиня, если бы я сказал вам, что мне не тридцать лет, как может показаться, а гораздо больше, вы бы мне поверили?

– Это невозможно, – рассмеялась она. – Вы выглядите совсем молодо.

– Внешность бывает обманчива, – тихо произнёс он. – Особенно у тех, кто… отличается от обычных людей.

В его голосе прозвучала такая грусть, что Анастасия почувствовала непреодолимое желание утешить его.

– Граф, что вас тревожит? – спросила она мягко. – Вы можете доверить мне свои печали.

– Боюсь, моя история слишком необычна для молодой девушки, – ответил он. – И слишком мрачна.

– Попробуйте, – настаивала она. – Возможно, я не такая хрупкая, как кажусь.

Граф долго смотрел на неё, будто взвешивая что-то в уме.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Но не здесь. Марфа Петровна замёрзла, и к тому же… есть вещи, которые нельзя говорить при посторонних.

Анастасия обернулась к няне, которая действительно дрожала от холода, несмотря на тёплый тулуп.

– Марфа Петровна, – сказала она, – вы не могли бы подождать нас в павильоне? Мы недолго.

– Барышня, – забеспокоилась няня, – как же я вас одну оставлю?

– Ничего страшного, – успокоила её Анастасия. – Граф – дворянин, он не причинит мне вреда.

Марфа Петровна неохотно направилась к ближайшему павильону, где дежурил сторож и была растоплена печка.

Оставшись наедине с графом, Анастасия почувствовала, как сердце её заколотилось быстрее. Теперь, когда их никто не видел, она могла позволить себе рассмотреть его внимательнее.

Граф действительно был необыкновенно красив – красотой холодной, мраморной, почти нечеловеческой. Его кожа была бледной, как у человека, который никогда не бывает на солнце, а глаза казались бездонными.

– Итак, – сказал он, – вы хотите знать мою историю?

– Да, – твёрдо ответила она.

– Тогда слушайте. И помните – вы сами просили об этом.

Граф отвернулся к замёрзшей Неве, и начал свой рассказ:

– Я родился в 1456 году в Валахии. Мой отец был воеводой, правителем небольшой, но гордой земли. Я был его единственным сыном, наследником рода, который вёл своё происхождение от самого Влада Дракула.

Анастасия вздрогнула.

– Влада Дракула? Того самого, которого называли Цепешом?

– Да, того самого. Но он был не таким монстром, каким его изображают. Он защищал свою землю от турок, делал то, что должен был делать правитель.

– Но… граф, – растерянно произнесла Анастасия, – если вы родились в 1456 году, то вам сейчас…

– Триста девяносто один год, – спокойно закончил он. – Да, графиня. Я не смертный человек.

Анастасия почувствовала, как земля уходит из-под ног. Это было невозможно, абсурдно, но что-то в голосе графа, в его взгляде говорило ей, что он не лжёт.

– Вы… вы шутите, – прошептала она.

– Хотел бы я, чтобы это была шутка, – грустно ответил он. – Но увы, это правда. Я – то, что люди называют вампиром.

– Нет, – Анастасия отступила на шаг. – Это сказки, легенды…

– Графиня, – мягко произнёс граф, – вы сами чувствуете, что я говорю правду. Ваше сердце, ваша душа знают это.

И действительно, несмотря на весь ужас и невероятность услышанного, Анастасия понимала, что он не лжёт. Слишком многое становилось понятным – его неестественная красота, холодная кожа, способность двигаться бесшумно, знание истории, которую он не мог изучить по книгам.

– Как… как это произошло? – спросила она дрожащим голосом.

– Это долгая история, – ответил граф. – Но если вкратце – я был смертельно ранен в битве с турками. Умирал в развалинах старого замка, где жил отшельник-монах. Он пожалел меня, попытался спасти… но спасение оказалось проклятием.

– Монах сделал вас вампиром?

– Нет, – покачал головой граф. – Монах был стар и слаб. Он не мог противостоять тому, что пришло в ту ночь. Древняя сила, которая обитала в том замке с незапамятных времён. Она вселилась в моё умирающее тело и дала мне новую жизнь. Вечную жизнь.

Анастасия молчала, пытаясь осмыслить услышанное.

– Почему вы рассказываете мне это? – спросила она наконец.

– Потому что чувствую – вы не такая, как другие. В вас есть сила, которая может… может изменить мою природу.

– Изменить? Как?

– Я не знаю, – признался граф. – Но старинные легенды говорят о том, что чистая душа может освободить проклятого от его проклятия. Если она полюбит его не за красоту или богатство, а за то, что скрывается под этой оболочкой.

– Вы хотите, чтобы я полюбила вас? – прямо спросила Анастасия.

– Я хочу, чтобы вы попытались понять меня, – ответил он. – Я не прошу любви. Я не достоин её. Но если между нами возникнет хотя бы дружба, доверие… возможно, это поможет мне стать человеком.

– А если нет? – тихо спросила она.

– Тогда я продолжу своё существование, как прежде. Одинокий, проклятый, лишённый права на человеческое счастье.

В его голосе звучала такая безнадёжность, что сердце Анастасии сжалось от жалости.

– Граф, – сказала она, – вы… вы пьёте кровь?

– Да, – честно ответил он. – Но только тех, кто заслуживает смерти. Убийц, насильников, тех, кто причиняет страдания невинным. Я никогда не трогал добрых людей.

– А если… если вы не будете пить кровь?

– Тогда я умру. Окончательно и бесповоротно.

Анастасия долго молчала, обдумывая всё услышанное. Разум говорил ей, что нужно бежать, забыть об этом человеке, никогда больше с ним не встречаться. Но сердце подсказывало иное.

– Граф, – сказала она наконец, – я не знаю, смогу ли я помочь вам. Но я готова попробовать.

– Правда? – в его глазах загорелась надежда.

– Да. Но я хочу знать всё. Всю правду о вас, о вашем прошлом, о том, что вы делали за эти столетия.

– Это может быть болезненно, – предупредил он.

– Я выдержу, – твёрдо ответила Анастасия.

– Тогда… встретимся завтра вечером? Я покажу вам, где я живу. Там мы сможем говорить свободно.

– Где вы живёте?

– В Юсуповском дворце. Точнее, в его заброшенном крыле. Хозяева разрешили мне пользоваться этими помещениями.

– Хорошо, – согласилась она. – Но как мне туда попасть незамеченной?

– Я пришлю за вами экипаж. Скажите дома, что едете к подруге. А теперь нам пора возвращаться к вашей няне, иначе она забеспокоится.

Они молча дошли до павильона, где дожидалась Марфа Петровна. Обратный путь домой прошёл в молчании – каждый был погружён в свои мысли.

У дома Романовых граф галантно поцеловал руку Анастасии.

– До завтра, – сказал он тихо.

– До завтра, – ответила она.

Всю оставшуюся часть дня Анастасия размышляла о том, что узнала. Часть её сознания всё ещё отказывалась верить в невероятную историю графа. Но другая часть, более глубокая и интуитивная, знала, что он говорил правду.

Вечером, когда она сидела перед камином в своей комнате, к ней зашла тётя, княгиня Елизавета.

– Настя, – сказала она, – я слышала, ты гуляла с графом Дракуловым?

– Да, тётя, – ответила Анастасия. – А что?

– Будь осторожна с ним, дитя моё. Мне рассказывали… странные вещи об этом человеке.

– Какие странные вещи?

– Говорят, он никогда не ест на людях. Никто не видел его днём. А ещё… – княгиня понизила голос, – слуги утверждают, что он не отбрасывает тени.

Анастасия вздрогнула. Не отбрасывает тени? Она постарается проверить это завтра.

Она тут же вспомнила, как, проходя мимо высокой зеркальной дверцы, задержала взгляд: отражение графа в стекле было бледное, точь-в-точь лунный отблеск в полузакрытом окне, но вполне отчётливое.

«Значит, глупые слухи о том, что он не отражается, – лишь сплетни», – подумала она, но тревога не рассеялась окончательно

– Но это же суеверия, тётя, – сказала она вслух.

– Возможно, – согласилась княгиня. – Но мне не по душе этот человек. В нём есть что-то… неестественное.

– Я буду осторожна, – пообещала Анастасия.

Но в душе она знала, что завтра обязательно встретится с графом. Что бы ни ждало её в Юсуповском дворце, она была готова к этому.