Цитаты из книги «Мысли»

для глупца общество других глупцов несравненно приятнее общества всех великих умов, взятых вместе.

тот, кто создал бессмертные творения, должен в собственное утешение применять к ним индийский миф, что минуты в жизни бессмертного на земле представляются годами, а земные годы суть минуты бессмертного.

Вкус одинаковый отыскивал дурак.

хотя естественный страх действует на всех одинаковым образом, но храбрый его обнаруживает – в этом-то и заключается храбрость

Представим себе, что акт зарождения не сопровождался бы ни потребностью, ни похотью, а был бы делом чисто благоразумного размышления: мог ли тогда еще существовать человеческий род? не был ли бы тогда всякий настолько сострадателен к грядущему поколению, что, скорее, избавил бы его от бремени существования или, по крайней мере, не принял бы на себя обязанности хладнокровно возлагать на него такую обузу? Мир все равно что ад, в котором люди, с одной стороны, мучимые души, а с другой – дьяволы.

Как обширная, но не приведенная в порядок библиотека не может принести столько пользы, как хотя бы и весьма умеренное, но вполне устроенное книгохранилище, так точно и огромнейшая масса познаний, если они не переработаны собственным мышлением, имеет гораздо менее ценности, чем значительно меньшее количество сведений, но глубоко многосторонне продуманных. Ибо только посредством всестороннего комбинирования того, что знаешь, посредством сравнения между собою всех истин и каждой порознь усваиваешь себе вполне собственное знание и получаешь его во всем его могуществе. Продумать можно только то, что знаешь, – потому-то нужно чему-нибудь учиться, но знаешь также только то, что продумал.

всегда помнить изречение Бальтасара Грасиана: «Хорошее вдвойне хорошо, если коротко»

Отличные умы редко пробиваются при жизни, потому что они вполне и настоящим образом будут поняты только родственными им умами

В хорошем или в дурном – всегда бывало так —Вкус одинаковый отыскивал дурак. Вкус одинаковый отыскивал дурак.

Мы в ненависти все отрады больше видим, Мы любим второпях, но долго ненавидим, —