Чего он надеялся достигнуть? Ведь ничего нельзя исправить и ничего нельзя забыть. Никакое признание – независимо от того, кому он его сделает, – не может убить память. Призрачная надежда искупить вину на миг забрезжила было перед ним, и он сделал попытку за нее ухватиться. Но все это пустой самообман. Быть может, даже лучше, что их разговору помешали.
И снова Кейз почувствовал свое одиночество – он был закован в него, как в невидимую броню. Снова он был один на один с неотвязными мыслями, а у них была своя тайная камера пыток, куда никто, даже его брат, не имел доступа. Оттуда, из этой камеры пыток – вечных, нескончаемых пыток, – путь к спасению был только один. И он уже избрал для себя этот путь и пойдет по нему до конца.